Начало книги.
Утром следующего дня 14 июня 1988 нас поставили в наряд по столовой. Моя служба начиналась очень удачно. Мне досталось классное место хлебореза. Тогда, правда, я этого не понимал. Всё же меня порадовало в тот момент, что я не мою посуду и не мою пол.
В комнате хлебореза ножи все были очень тупые. Я понял, почему вчера и позавчера хлеб был нарезан большими кусками. Тупым ножом хлеб нормально трудно порезать.
Очень неудобно было есть хлеб, нарезанный огромными кусками толщиной 30-40 миллиметров. Возникло неприятное ощущение, что его подавали не как людям, а как свиньям. Я решил исправить это положение.
Решил обустраиваться на любом новом месте сразу капитально. Я вышел на улицу во двор через запасной вход и заточил ножи об асфальт. Помыл ножи в проточной воде и обеззаразил каким-то моющим средством с хлоркой.
Закатал рукава своей рубашки выше локтя и приступил к своим новым обязанностям. Я порезал хлеб, как учили в школе – ломтик хлеба не должен по ГОСТу превышать 10 миллиметров. Так резали хлеб во всех московских столовых, кроме этой.
Нам так объяснила учительница в школе во время учёбы. Тогда, нашего трудовика подменяла учительница труда девочек и учила нас правильно сервировать стол.
Нормально нарезанный хлеб подали на столы. Видимо это был первый раз в данной столовой.
Здесь и далее по тексту диалоги были изменены для более культурного изложения, так как военнослужащие матом не ругаются, а на нём разговаривают. Кто служил, тот догадается какие слова были заменены.
В комнату хлебореза ворвался старший лейтенант с повязкой дежурного по столовой с вопросом:
- Какого хрена так тонко порезан хлеб? – спросил дежурный по столовой.
- В соответствии с требованиями ГОСТа по сервировке стола, ломтик хлеба не должен превышать 10 миллиметров. – ответил я ему отработанным командным голосом держа в руках огромный отточенный нож.
- Не ври. Откуда знаешь? - спросил офицер, при этом он всё время смотрел, как я отвечаю, жестикулируя полуметровым столовским ножом.
- В школе учили. - ответил я.
Он посмотрел на меня оценивающим взглядом. Посмотрел на мой рост, широту плеч, на здоровые руки, оголённые до плеч, на острый нож в моих руках. Снизу в вверх. Он был на голову ниже меня. Промолчал. Вздохнул глубоко. И пошёл дальше раздавать команды моим будущим сослуживцам. Я ему ответил профессорским взглядом эксперта. С высоты своего роста в 195 сантиметров. Сцена была просто феерическая. Далее мне были только слышны его крики моим сослуживцам, где и что убрать перед началом завтрака.
Он, наверное, подумал, что я до этого работал в ресторане поваром и окончил школу кулинаров. В нашей команде был такой парень, но это был не я.
Через комнату, где я резал хлеб ребята из нашей команды выходили на улицу покурить. Один из них сообщил мне, что нашу команду отправляют на север куда-то под Ленинград.
Я успел сбегать позвонить родным по телефону автомату. В холле городского сборного пункта висели телефоны. Армия даже на звонках призывников экономила. За каждый звонок домой приходилось платить по две копейки.
Тогда, я не знал, что на каждом деле призывника ставился номер команды направления. На моём деле стоял номер 900, что означало север от Карелии до Чукотки. Позже, я узнал, что в то время существовал приказ о призыве в воинские части не ближе чем 1000 километров от места проживания призывника. И этот приказ выполнялся в отношении всех, кроме призывников со связями.
Уже позже мне сообщили, что мы едем служить в Тикси. Где это, я себе не мог представить, а географической карты на городском сборном пункте не было.
Кто-то из ребят команды вспомнил строку из песни Визбора «… и иностранный посёлок Тикси». Это было всё, что я знал об этом месте на тот момент. Но Визбор ошибался, из иностранного в Тикси были только суда приходящие в порт во время короткой навигации.
Я нарезал хлеб к обеду. Обед прошёл организовано. После обеда пришёл майор – руководивший нашей командой и приказал выходить во двор и садиться в автобус. Так закончился мой единственный наряд по столовой за всю мою службу.
На наше место тут же привели другую команду. Эта команда проводила нас сочувственными взглядами в арктический посёлок Тикси.
Поставить лайк, подписаться или оставить комментарий - дело добровольное.
Оглавление