Многие блогеры рассуждают о том, что в российских реалиях и мире «традиционных ценностей» женщину-мать вовсе не защищают, хотя обещали. А очень даже наоборот.
Если спросить носителя патриархальных идей, за кого именно пресловутый «настоящий мужчина» умрёт по первому требованию, ответом будет «за женщин и детей» (варианты «родина» и «родная земля» мы исключили, поскольку спрашивали не «за что», а «за кого»). Именно этот образ женщины с ребёнком на руках, которая посылает воина в бой или становится жертвой вражеского солдата, кстати, широко используют пропаганда и агитация, посмотрите плакаты военных лет.
Долг каждой женщины в патриархальном мире — это прежде всего материнство, так? Женщины должны рожать и растить, это их главная задача. Материнство свято. Мать и дитя у нас никогда не дадут в обиду, женщина с ребёнком на руках, земная смертная мадонна — самое святое для мира мужских и женских обязанностей и прочего «от веку» и «по заветам предков»?
Нет. Материнство, к которому такое общество активно призывает женщин («женское предназначение», «матери-героини», «нас перерожают», «вымрем»), не делает поддержавшую призыв уважаемой, почитаемой и обладающей гарантированной защитой. Наоборот: крайне уязвимой, постоянно осуждаемой. И да, жизнь женщины, которая пока не завела детей, в этом самом обществе проще и легче. Причём значительно. Поговорим об этом?
Молодая, нового родишь
Недавно одна знакомая завела со мной разговор: «Слушай, а ты не задумывалась, как бесчеловечно относится наше общество к женщинам, потерявшим детей?» Особенно — если ребёнка не удалось доносить, он был потерян в родах или умер в раннем младенчестве. Женщине буквально запрещают скорбеть со всех сторон. Ей говорят: «Забудь, ты молодая, родишь ещё», «Соберись, ты нужна мужу/детям/будущим детям». Ей формально сочувствуют — и тут же (хорошо, если за спиной, а не в лицо) начинают обсуждать её трагедию в духе «она в этом сама виновата»: не так питалась, не так лечилась, раньше прерывала беременность или имела травмы.
И это «бу-бу-бу, сама дура виновата» разводится по умам, приплетается уже иррациональное «за грехи»: она аборт делала, она мужа-то из семьи увела, она с матерью не ладит, на работе кого-то подсидела и от бывшего мужа ушла, предала мужика-то. Вот высшие силы и наказали. И поделом! При этом у отца неродившегося или погибшего младенца права на скорбь никто не отнимает. Вплоть до оправдания агрессии и запоев. Дык не просто так же, переживает мужик!
Я было открыла рот, чтобы возразить. Мол, ты преувеличиваешь, дорогая знакомая женщина, такое бывает, но всё же редко. А потом задумалась. И память услужливо подкинула пример похожего поведения людей с «традиционными ценностями» в голове. И ещё один. И ещё.
Зачем вы брак понарожали?
Лет пятнадцать назад моя близкая подруга родила первенца, славного мальчика. Она вовремя встала на учёт в женской консультации, старалась правильно питаться и выполняла все требования врачей, она была на всех положенных УЗИ и сдавала анализы. Но парнишка родился с патологией. Я не знаю точный диагноз, но у него неправильно сформированы кисти рук и стопы. Не просто сращение пальцев, а где-то оно, где-то их просто нет, не выросли. Плюс проблемы с сердцем и не только.
Семья жила в очень небольшом уральском городке. И в сказке не сказать, сколько раз посторонний «мимопроходил», успевший разглядеть детские пальцы, шарахался и причитал про всяких, которые «сначала наркоманят и пьют, а потом уродов рожают». Сколько было нездорового любопытства: ой, а что это у нас с пальчиками? А прооперировать можно? Хорошо, что мальчик, девке с таким и жить незачем. А вы не думали в роддоме оставить? А из-за кого так — из-за папы или из-за мамы? А пенсию вам за него платят? А сколько?
Родители мальчика тотально обследовали ребёнка и себя. Были у генетиков. Им выдали заключение, в котором чётко и однозначно было сказано, что это случайный сбой внутриутробного развития. Что никто не «виноват», что у пары нет повышенных рисков рождения ещё одного ребёнка с такой же проблемой. Их близкие знали об этом. Но не прекращали перешёптываться, что «Катька-то беременная курила, говорят, абортов напахала поди, таблетки всякие глотала, а сейчас валит на „никто не виноват, просто так получилось“. Урода выродила и такая вся ни при чём». Знакомо? Ну и да, отца мальчика жалели, пока мать обвиняли. Бедный мужик, старший сын, наследник, продолжатель рода, а тут такое.
Мать этого мальчика ведь молодец, да? Она очень ответственно растит ребёнка с особенностями, он очень развитый и умный. Она же умница, отчасти даже героиня, да? Нет. Для человека с патриархальными ценностями она — производитель некачественного продукта. Больной ребёнок! Как ты могла родить больного?!
Я утрирую? Нет. Каждой матери ребёнка с видимыми особенностями знакомы и нездоровое внимание, и взгляды «ой, ужас, чур меня». От женщины с таким ребёнком отсаживаются в транспорте. Их унижают при оформлении положенных льгот, они бьются за право установить тот же пандус с собственными соседями, нормальными с виду людьми. Периодически в прессе и блогах проскакивает, как очередную маму с особенным мальчиком или девочкой попросили покинуть детскую площадку, развлекательный центр, кафе: вы распугиваете посетителей, ваш ненормальный ребёнок пугает наших здоровых детей.
Святость материнства, как она есть.
Смерть как дезертирство
Года два назад другая моя знакомая, светлая ей память, не пережила роды. Ничто не предвещало. Ей было около тридцати. Да, не двадцать. Но она была чертовски здоровая и сильная даже физически. Не только умница, но и спортсменка. Ладно и крепко сложенная, без каких-то заметных проблем со здоровьем. Беременность была запланированной, ребёнка хотели, несколько озадачились после скрининга, показавшего, что их там двое, но это ж неплохо, просто не ожидали. Серьёзно готовились к родам и появлению в доме малышей. Она вообще была весьма практичной и основательной, не из тех, кому «да ладно, пронесёт» и «забей, так сойдёт».
После родов даже успела кому-то позвонить, кажется, подруге. Мол, всё, родила. Девочки, как и обещали. Отдыхаю. Вскоре она была в коме, кажется, это был инсульт. За её жизнь боролись, но увы. Через какое-то время ситуацию объявили безнадёжной, оборудование отключили, и её не стало.
На прощание пришло очень много людей, её, порядочную, весёлую и лукавую, любили. И там, прямо в толпе топчущихся перед закрытыми дверями и мнущими свои две розочки в ожидании церемонии, частым шепотком: «Чего натворила-то, девок осиротила, мужу такой хомут повесила, так-то вот ждать до тридцати с первым, карьеру делать, да ещё в зал свой ходила качаться, анаболики наверняка всякие глотала, вот и результат». Очень чётко помню желание обернуться и свои личные две розы засунуть оратору поглубже в глотку.
Казалось бы, да? Женщина жизнью заплатила за то, чтобы родились дети. Она же герой, да? Нет. Она посмела умереть и не выполнить свой долг по бытовому обслуживанию и выращиванию этих детей. Своей смертью передала его другому человеку. Святость материнства, точно.
Ожидание — это такое счастье
Ага. А ещё «беременность украшает», «беременность и роды оздоравливают» от создателей «если роженица поборет свою трусость, то испытает не боль, а оргазм».
Помнится, лет восемнадцать назад я, значит, одной рукой качаю коляску, второй держу мешок покупок, третьей открываю двери и расплачиваюсь, четвёртой неприличный жест пацану, бросившему мне под ноги петарду, показываю. А пятой журнал для родителей листаю, мы же гуляем, я ж отдыхаю. И там статья. Для только что родивших. Начинается со слов «ещё вчера вы были беременная принцесса, все желания которой исполнялись, а сегодня Золушка, хлопочущая над младенцем». Эммм, принцесса?
Да, помню, на сносях теплицу в родовом поместье своего принца перестраивала, замок драила, тараканов в нём травила… Простите, отвлеклась. Дак вот. Российское общество к беременным относится плохо и с позиции «ага, попалась, вот и терпи». Во‑первых, как только у украшенной и оздоровленной беременностью появляется заметный живот, с ней сильно по‑другому начинает вести себя значительный процент мужчин.
Беременная — это ой. Во‑первых, эта баба занята, она чья-то. Поэтому вежливость, которая на самом деле была чем-то в диапазоне от флирта до подката, отменяется. Будет «очередь для всех, у нас равноправие, и не надо на меня так смотреть, иди к тому, кто тебе этого ребёнка сделал, пусть он уступает». Будут шуточки про «эх, залётная» и комментарии приключившейся полноты, протёкшей груди, поведения, одежды.
С момента заметной беременности личные границы женщины постоянно грубо ломают. Она оказывается в мире примет и суеверий, которыми её будут активно доставать. В мире бабушкиных рецептов, традиций и прочего «я на твой стул не сяду, хи-хи», «ты что, нельзя заранее покупать, пусть сперва родится». Даже посторонние люди будут норовить погладить и пощупать её живот, спрашивать о сроках и делиться своими историями, часто жутковатыми и совершенно не прошенными. Многие авиакомпании с определённого месяца просто не пустят её на борт без справки о том, что это безопасно или необходимо. Люди, в том числе далеко не родня, будут заглядывать в её тарелку и охать: «Ты что, морепродукты, как ты можешь, это же жареное, брось каку, положи бургер».
Наблюдение её беременности будет представлять из себя фактически техобслуживание инкубатора: вес, давление, как там с отёками, что с анализами, плановое УЗИ, следующая. Психологическим состоянием и моральной готовностью пройти через роды никто не интересуется. Страшно? А ты не бойся. Неприятно? Терпи. Неча тут. Вас много, а я одна. Депрессия? Работать побольше или корову завести, будет не до депрессии. Гимнастику для беременных делаем? Вот и дальше делайте.
Я охотно верю, что у кого-то были прекрасный врач, отличная клиника, психолог, поддерживающая семья, обращались, как с хрустальной статуэткой, и всё прошло идеально, аж приятно вспомнить. Но среднестатистическая российская беременная — это измученная отёками, болями, бессонницей и страхами до последнего работающая женщина, с которой не церемонятся ни окружающие, ни врачи, ни родня. Днём начальница отчитает за попытку грызть крекеры или разминать поясницу на рабочем месте. Мало ли чего хочется. Перехочется. А вечером вторая смена, виснущие старшие дети, почуявший власть муж и свекровкино-мамино «ты что, вязать нельзя, в пуповине запутается».
Кстати, о техобслуживании. Как только женщину выписывают из роддома, её, ту самую, которую ещё неделю назад обмеряли и анализировали со всех сторон, медицина перестаёт замечать. Всё, она больше не инкубатор, чьё состояние надо отслеживать. Она персонал по обслуживанию младенца. Поэтому затянула свой бандаж, или что там у тебя, и прекратила ныть.
Дома её ждут запущенные за неделю старшие дети, помятый, похмельный и голодный муж, хорошо, если мама и свекровь хоть квартиру отмыли. Она едет не отдыхать от родов, а усиленно пахать по хозяйству, не высыпаться, невольно запускать своё здоровье, потому что просто не до него. Её физической и психологической реабилитацией заниматься никто не собирается. Раньше в поле рожали, никаких почек и депрессий не было. Святость материнства, много святости.
Что за мать, волкам отдать!
В апреле по Рунету прокатился скандал. Житель Ростова снял на телефон возмутительное с его точки зрения поведение молодой женщины с тремя детьми. У женщины были коляска, пакеты и ещё два маленьких мальчика. Один из которых бился в истерике. А у мужчины — телефон и сладкое упоение безнаказанным преследованием.
Потому что самые отборные упыри, жаждущие минутной власти над беззащитной женщиной, часто выбирают жертвой именно мать с коляской. Ну куда она от коляски-то убежит? Можно идти и комментировать её внешность, возмущаться «плохим» материнским поведением, давать непрошенные советы по уходу за ребёнком, навязчиво знакомиться.
На одно «боже, какой хорошенький» женщина получает десяток косых взглядов от тех, кому её ребёнок мешает. Он плачет или гулит, задаёт много вопросов или бегает-мельтешит, смеётся, кричит, истерит, чего-то хочет. И многих раздражает. Ваша коляска грязная, куда вы с ней в автобус, успокойте ребёнка, вообще не понимаю, почему нет специальных рейсов для рожалок и их личинок, ты посмотри, эта яжемать чего-то там хочет, дура такая.
И да, если вы кормите грудью, то это тоже обязательно кому-нибудь помешает. Даже если взяли накидку и забились в дальний угол. Принадлежность к классу млекопитающих вас не оправдывает. Грудь надо в декольте носить, а не вот это вот. Ещё бы штаны тут спустила и в туалет сходила, тоже ведь «естественный процесс», это кафе, я тут ем. Дак ведь ребёнок тоже ест? А пусть не ест! Пусть ест не здесь! Противно, отвратительно, дома надо сидеть с младенцами, а не по кафе шастать. Святость материнства, она самая.
