В одном селе, расположенном в 3 км от райцентра, жил парень. И кудряв был, и хорош собой. Лишь один недостаток у него- не любил работать. Встанет с утра, дождётся, когда мать с отцом уйдут, а сам надевает трофейную кожанку - и на местный железнодорожный вокзал, скорее даже платформу.
В то время (дело было после войны) шла бойкая торговля-обмен между людьми. Шолё лучше всех знал, где выгодно можно обменять старые вещи на деревенские продукты. И эти знания приносили ему небольшой доход.
Немного заработав, Шолё садился на перила платформы, жевал яблоки и крутил на палец кудри, рассматривая прохожих. Парень вошёл в такой возраст, что каждая женщина воспринималась им как объект страсти. Поэтому перед всякой вылазкой на вокзал он начищал старую кожанку, тщательно причёсывал свои кудри и ждал. Кого или чего - он и сам не знал, просто ждал.
И вот однажды он увидел симпатичную девушку, которая бодро простучала каблучками по платформе и скрылась в сквере. Шолё заволновался, отчего с силой непроизвольно дёрнул себя за прядь волос. Он бодро спрыгнул с перил и пошел несколько в отдалении от нее.
Проводив её до единственного двухэтажного дома в пристанционном посёлке, Шолё пошёл назад. с тех пор потерял он покой. Почти каждый день сидел в тот самый час на станции и ждал появления этой милой девушки. У своих друзей-хулиганов Шолё разузнал, что это дочка фельдшерицы и девка-огонь - ни в какую не идёт на контакт с местной шпаной. А ездит каждый день в райцентр на библиотекаршу учиться.
Шолё очень высоко оценивал свои способности в обаянии и решил попытать счастья с Танечкой. Один раз пошёл за ней до подъезда. Наслаждался, глядя как девушка словно плывёт, а не идёт. Представлял Шолё, что она уже принадлежит ему. Потерял осторожность и подошёл сзади совсем близко, за что больно получил по плечу авоськой с пустой банкой и был назван оболтусом и рванью станционной. Затаил обиду.
В субботу весь посёлок шёл в баню. До 14.00 женская смена, после - мужская. Шолё выменял кусок сала у знакомого банщика в обмен на возможность полюбоваться в верхнее окошко на моющихся женщин, среди которых должна быть и Танечка.
Банщик заранее подготовил пункт наблюдения из подручных средств. Это был его своеобразный и малоприбыльный бизнес, но тем не менее бизнес. Шолё дождался, когда Танечка с тазиком и свёртком вошла в баню и тут же побежал на пункт наблюдения. Всего 5 минут у него было куплено. Но эти пять минут он чувствовал себя на пике радости! Сквозь запотевшее стекло под самой крышей он видел нескольких женщин, среди которых, словно Афродита, выделялась его возлюбленная.
Весь день Шолё пребывал в прекрасном расположении, даже вечером наколол матери дров и помог отцу почистить хлев. Пока он в порыве вдохновения помогал родителям, в голов ему пришла гениальная мысль. Под покровом ночи он взял у отца самодельную кирку и направился к бане. Он знал, что окна в бане выходили на три стороны, две из них - баня, а одно - раздевалка. Раздевалка как раз выходила на полуразрушенное здание у железной дороги. Шолё решил устроить себе там долгосрочный пункт наблюдения.
Больше месяца ушло на эту работу. Киркой он выковыривал под ступени кирпичи и под окном выемку для пальцев. И когда импровизированные ступеньки в стене бани были готовы, Шолё триумфально взобрался к окошку раздевалки, уцепился за выступ у окна и приник к стеклу. Тут был рай для подростка. Приходили и уходили разновозрастные женщины, худые и полные, красивые и нет. А Шолё всё смотрел и смотрел. В конце смены он поставил кирпичи на место и довольный зашагал домой.
Теперь Шолё чувствовал себя королём! Он мог в любую субботу смотреть хоть всю смену, как сменяются в раздевалке, словно стёкла в калейдоскопе, женщины. Будучи оборотистым парнем, он даже несколько раз за папиросы или деньги приглашал в пункт наблюдения своих приятелей. А те в свою очередь рекламировали услуги Шолё таким же станционным прохвостам.
Однако вскоре ситуация вышла из-под контроля новоявленного бизнесмена. То ли кто-то нажаловался банщику, то ли некто из подглядывавших решил свести счёты с Шолё, но в одну из суббот удар хворостиной по спине вернул притаившегося у стекла хулигана с небес на землю. У стены стоял банщик и милиционер. Шолё от банщика бы убежал, но вот с милицией ему не хотелось иметь дела, т.к. он и без этого проступка имел за душой не один грешок.
Милиционер пристыдил хулигана, запугал колонией, вызвал его родителей. Дома Шолё ждала серьёзная встряска. Отец излупил его до полусмерти, а когда тот оклемался, оформил его помощником токаря на завод, где и сам работал. Но вольнолюбивый характер хулигана не давал ему покоя - вскоре он укатил на поезде в степные края да там и пропал.