"Святой Пётр" 19 / начало
Рябина смотрела на Петра умоляюще. А он молча разглядывал её. Клочками остриженные волосы торчали во все стороны. А сама она была вся белой. Казалось, что даже светится белизной её лицо в сумерках.
— Это же я, Петя… — прошептала Рябина.
— Вижу, что ты, — голос Петра был грубым, резким. — Но забирать тебя не буду. Дорогу знаешь, сама придёшь.
Рябина еле слышно стонала.
Пётр отвернулся и пошёл домой. Он уже совсем запутался. Не мог понять, что это за Рябина сейчас лежит на берегу: жена его или ведьма.
Вернулся домой, закрыл все окна, запер дверь, лёг на кровать и накрылся с головой одеялом. Его начало сильно трясти. Никак не мог согреться. А потом встал и затопил печь. Наверное, это странно смотрелось со стороны: жарким летом вьётся дым из печной трубы. Но и тепло от печи не согрело Петра.
А потом резко стало душно. Пётр открыл все окна. Плеснул в печь воду, чтобы затушить поскорее. Вышел на улицу, но и там было невыносимо душно. А ему очень захотелось прохлады, и он пошёл к реке.
Но свернул правее, чтобы не наткнуться на Рябину. Река манила, она охлаждала его разгорячённое тело, ласкала прохладой. Пётр несколько раз нырнул. Лёг на спину. Взглянул на небо. Оно вдруг стало звёздным.
Звёзды отражались в воде. Тонкой линией светилась лунная дорожка на водной глади. И Пётр поплыл прямо по ней. Никогда ещё лунная дорожка так не манила его. Доплыв до середины реки, он вдруг устал. Запаниковал немного. Ноги стало сводить судорогой. Еле справился с волнением.
Дышал тяжело, грёб со всей силы. Показалось, что другой берег всё ближе и ближе. Когда стал чувствовать под ногами песок, начал успокаиваться.
Долго ещё сидел в воде. Петру уже казалось, что она очень тёплая, приятная, нагрелась за день солнечными лучами. Даже выходить не хотелось. Стоило только выйти, как тотчас становилось холодно. И вытереться было нечем, и переодеться не во что. Так и сидел в воде, пока не пересилил себя.
На этом берегу Пётр не был. Не приходилось ни разу. Да и не замечал, чтобы кто-то переправлялся туда на лодках. Водоросли толстым слоем устилали берег. Пётр вышел из воды, разделся, взял в руки водоросли и начал ими вытираться. А потом отошёл чуть дальше от берега и залез под толстый слой сухих водорослей, как под одеяло и уснул.
Ему снилась мать. Она качала в одной большой колыбельной семерых его братьев и сестер и говорила Петру:
— Я уже заждалась тебя, Петя. Хожу каждый день тебя встречать, а тебя нет и нет. И отца жду не дождусь. Я вот их качаю, качаю, а как только перестаю, так они плачут, спать никому не дают.
И так весь сон мать качала своих детей.
Пётр плохо помнил мать в детстве. В глубинах памяти у него были странные воспоминания. Он подошёл с отцом к какой-то женщине. Помнил, как крепко держал отца за руку и чего-то боялся. И тут отец сказал:
— Знакомься, это мама.
Пётр ещё крепче вцепился в руку отца, а женщина погладила его по голове, поцеловала в макушку.
И Пётр не понимал, зачем его было знакомить с мамой, если она ею и была раньше.
Пётру сквозь сон показалось, что кто-то облизывает его пятку. Он резко открыл глаза и увидел, как маленький котёнок трётся о его ногу. Одна нога была надёжно укрыта одеялом из водорослей, а вторую, вылезшую наружу, и облюбовал котёнок. Солнце уже светило вовсю.
Пётр встал, увидел рядом с собой дерево, на ветке развевалась на ветру его одежда.
Он не мог вспомнить, когда успел повесить одежду, более того, не помнил даже это дерево. Осознав, что он полностью голый, стал озираться по сторонам.
Но кроме него и кота никого на берегу не было. Пётр спешно оделся. Долго и пристально смотрел на противоположный берег. Плыть обратно не хотелось. Котёнок так и вертелся под ногами.
Пётр взял его на руки, погладил. Прижал к себе. И вдруг вспомнил ребёнка, которого родила ему Рябина. Сожалел, что не пришлось почувствовать биение его сердца так, как чувствовал сейчас сердечко котёнка.
— И что ты тут делаешь? — спросил он вслух у кота.
Но кот ничего не ответил.
Пётр побрёл вдоль берега. Шёл около часа. Берег стал обрывистым. Солнце всё больше припекало, и Петру опять захотелось в воду. Он подошёл ближе к реке, скинул с себя рубашку и вдруг, неподалёку увидел человека. Это был, по-видимому, рыбак. Пётр надел рубаху обратно и подошёл к рыбаку. Тот встал, кивнул Петру.
Рыбак был очень высокого роста. Петру даже пришлось голову назад запрокинуть, чтобы разглядеть его лицо.
— На, вот, покорми кота, — произнёс рыбак, кинув на песок мелкую рыбёшку.
Пётр отпустил кота, поднял рыбку, ополоснул её в воде, положил себе на ладонь. Котёнок ел прямо с ладони Петра.
Продолжение тут
Другие мои рассказы здесь