Лиза, нельзя так... Ты... Вы с Колей очень балуете Витю... Дима тоже ваш сын... Твой сын... - шёпотом отчитывала Нина Ивановна дочь.
-Мам, тише-тише. Мы же всё решили... Дима никогда не узнает, что Николай не его отец...
Виктор стал невольным свидетелем разговора матери и бабушки.
Несмотря на то, что они разговаривали очень тихо, но он слышал обрывки фраз, по которым, своим детским разумом в шесть лет, понял о чём идёт речь.
Витя за все эти годы, которые он хранил чужую тайну, ни разу не поинтересовался у мамы или отца, да и брату не сказал, что знает, даже когда очень сердился на него, когда получал от него за свои проделки.
Витька уважал и побаивался Димку.
Старший брат всегда его выручал из неприятностей.
А вот на родителей Виктор подсознательно обижался, чувствуя, что его больше оберегают, пренебрегая порой Дмитрием.
Наверное поэтому он и неуважительно относился к родителям, позволял себе безнравственное поведение.
Часть 3
-Мне даже не разрешили поехать, сказали звонить позже… - отец смотрел на сына потерянным взглядом. Как будто спрашивал: “Что делать, сын?”.
-Пап, я понимаю, что не время и не место, но я хотел бы спросить... Дима не твой сын?
-Что?! Откуда ты?... Дима мой сын, так же как и ты... Вы мои сыновья! Ты понял? У нас такая ситуация... А ты... - Николай Степанович спрятал лицо в руках.
Витя молчал. Он не знал, что ответить, что спросить у отца, жалея, что заикнулся о том, о чём отец явно не желал разговаривать.
Младший сын понимал лишь одно - всё очень плохо и он, Витя, ничем не может тут помочь. Остаётся ждать и надеяться на врачей.
В какой-то непонятной абстракции прошла неделя.
Из больницы не было новостей - и брат, и мать находились в стабильно тяжёлом состоянии.
Отец начал пить. Витя не мог на это смотреть. Последний раз он видел отца в таком состоянии… Да не видел он вообще его таким.
Изначально он и сам хотел было приложиться к бутылке, но пить он привык с хорошим настроением, а с таким, как сейчас - не получалось.
-Слушай, пап, может я таксовать начну? - спросил как-то младший у отца, когда тот был в более-менее адекватном состоянии, - чего машина то стоять будет, у меня и права теперь есть…
-Сын, делай что хочешь, я не знаю как мне жить теперь… - отец настолько безучастно произнёс эти слова, что Вите стало неприятно. Он понимал, что Дима был гордостью отца, а мама… Ну про маму и говорить нечего, они вместе прожили уже больше тридцати лет, а теперь она в таком состоянии, что непонятно, выживет ли. Но есть же он, младший сын, он же может помочь. Вите стало обидно, но обвинять отца в чём-то он не мог, старику приходилось нелегко.
Витя взял ключи от папиного опеля и вышел во двор. Машина стояла около подъезда. До произошедшего отец каждый день ездил на машине. Хоть и был на пенсии, глава семейства старался не сидеть дома, каждый день у него были какие-то дела, а на выходных, по классике, дача.
Сейчас же было не до дачи. Да и как туда ехать в таком состоянии.
Витя потянул за ручку и дверные петли заскрипели так, как будто хотели сделать максимально неприятный звук. “Надо смазку купить, а то это уже ни в какие ворота” - подумал про себя Витя.
Он сел в машину и вставив ключ, провернул его в замке зажигания. Машина завелась не сразу, пришлось покрутить стартер, но в итоге старый дизельный мотор ожил и начал чихать. Спустя минуту, работа стабилизировалась.
В кармане у Вити завибрировал телефон. Звонила Катя, жена Димы.
-Да, - коротко ответил Витя.
-Витя, привет! Ну что, как там папа, как у тебя дела? - голос в телефоне звучал невесело.
-Да как… плохо. Пьёт, - также грустно ответил Витя.
-Понятно. Слушай, может быть мы как-то его вытащили бы куда-то, немного надо его в чувства привести, а то это же никуда не годиться? Я звонила только что в больницу, сказали Диме стало немного лучше, но они боятся выводить его из искусственной комы пока что, он очень слаб, а ранений слишком много. В общем, дали надежду мне, что всё с ним будет хорошо. У меня знаешь, как от сердца отлегло. Позвонила по поводу мамы, сказали, что там пока что без изменений…
-Ясно. Хорошие новости, скажу отцу сейчас. А вытащить… Я не знаю, куда его вытащишь. Он же запойным не был никогда.
-Ладно, я подумаю, а ты это. Я чего хотела вообще, ты может быть мог бы нам помочь? Я же сейчас на работе зашиваюсь, у нас конец месяца, отчёты все эти, а с малыми некому посидеть. Может у тебя есть какая знакомая девочка, а то не хочется искать, я не очень-то чужим доверяю, насмотрелась всяких видео со скрытых камер… Ну боюсь, понимаешь?
-Понимаю. Девочки, наверное нет, но я свободен сам, мог бы посидеть.
-Ой, неудобно тебя просить… У тебя дела там могут быть…
-Да какие дела, я же ушёл с работы старой, уже месяц дома сижу.
-Я не знаю… Там не так просто, это же дети, ты уверен, что справишься?
-А почему нет?
-Ну не знаю, ты же такой… Ну не хочу сказать, что безответственный, ты меня не пойми неправильно, но всё же…
Именно это она и хотела сказать.
Вите вдруг стало так обидно...