С момента рождения СССР из хаоса Октябрьской революции и Гражданской войны Ватикан объявил ему идеологическую войну, которая велась согласно антикоммунистической доктрине под названием «восточная политика». «Ватикан и СССР» – книга об истории восточной политики, а также роли католической церкви как активной участницы европейской внешней политики в XX веке.
Предлагаем вашему вниманию отрывок из книги, посвященный сближению Ватикана с фашистскими режимами в попытках создать антикоммунистический фронт.
Страница книги в магазине издательства
Необходимо рассказать о судьбе Ахилла Ратти — Пия XI, — для того чтобы понять его последующие шаги после восшествия на папский престол.
В 1919 году он был назначен Бенедиктом XV в качестве папского представителя в Польше и по совместительству католическим визитатором в СССР (Советскую Россию). До России он так и не добрался, советские власти во въезде ему отказали. Ратти требовал от России гарантировать свободу контактов и сношений с католическими священниками в России, неприкосновенность дипломатической переписки между ним и Ватиканом, свободу въезда и выезда из России. Ответ из России на эти требования получен не был, не считая информации о снятии или расстреле всех католических епископов.
Советское правительство было не против заключения соглашения о сотрудничестве с католической церковью. Аресты в среде духовенства являлись средством давления на Папский Престол, который пытался держать под контролем католические организации в России, рассчитывая использовать создававшиеся возможности для распространения католичества. Голод в Поволжье 1921 года был использован, чтобы закрепиться в СССР. В марте 1922 года, уже при новом папе Ахилле Ратти — Пие XI, было подписано соглашение между представителем Ватикана кардиналом Гаспарри и торговым представителем России в Италии В. В. Воровским.
В августе 1922 года, после прибытия в Крым, миссия была направлена на юг страны и в Поволжье. Она насчитывала не более 1700 служащих и 275 кухонь, кормивших порядка 95 тысяч человек, основное большинство из них составляли дети. По соглашению миссия должна была оказать помощь всем независимо от вероисповедания, но помощь в основном получили приверженцы римско-католической церкви. Имея связь с диппредставительствами, торговыми агентами, миссионеры занимались вопросами вывоза церковных книг и ценностей.
В 1924 году миссия была свернута. В целом она лишь углубила неприязнь между СССР и Ватиканом. В своей аллокуции «Nostris qua praecipue» от 12 декабря 1924 года папа заявил, что все обвинения миссии в антигосударственной деятельности беспочвенны, напротив, она пыталась исполнить свой долг — предотвратить серьезную опасность и «бесспорный вред от социализма и коммунизма». Ратти был ярым врагом коммунизма: он придерживался мнения, что только сильная власть может успешно бороться с большевизмом. После провала генуэзских переговоров, поняв, что контакт с коммунистическим правительством России (официальный, на уровне дипломатических отношений) наладить ему не удастся, он сделал ставку на фашизм. Муссолини, в свою очередь, делал все возможное, чтобы завоевать доверие вновь избранного папы и иерархов католической церкви и «через них заручился в парламенте необходимой поддержкой католической народной партии». Это Муссолини частично удалось, хотя и подавляющее большинство католиков открыто отказалось пойти на сговор с фашистами.
К 1926 году фашисты взяли власть в Италии в свои руки безоговорочно, а в 1929 году между Ватиканом и фашистской Италией состоялось подписание Латеранских соглашений, по которым Ватикан стал новым независимым государством. Были урегулированы и финансовые вопросы с Италией: Ватикан получил 90 млн долларов по тогдашнему курсу.
Пий XI одобрил действие итальянских фашистов в Эфиопии и франкистов в Испании. В 1933 году был заключен конкордат с гитлеровской Германией, который провозгласил сотрудничество с фашистским правительством католиков, представителей центристской партии. Оказывалась поддержка различным лидерам и диктаторам Латинской Америки. В энциклике «Год Сороковой» или «Qudragessimo anno», изданной в 1931 году, спустя 40 лет после опубликования «Rerum novarum» Льва XIII, предавались анафеме социализм, коммунизм, классовая борьба, провозглашалась реконструкция сотрудничества на межклассовом уровне всей капиталистической системы.
Система «подавления социалистического движения» была взята на вооружение Муссолини в качестве партийной доктрины. Пий XI видел трагедию XIX века в потере рабочего класса для церкви. Действенными средствами он считал союз с фашистами и порицание коммунистов. Сам факт существования СССР он рассматривал как угрозу для всего католического мира. Еще в ходе генуэзской конференции он пытался принудить СССР к подписанию меморандума, в котором выдвигались требование свободы совести, в том числе для иностранцев, гарантии отправления культа и религии, возвращение имущества церковным общинам.
В 1925 году Пий XI создал русский отдел в конгрегации Pro Ecclesia orientale во главе с иезуитом д’Эрбиньи, который имел опыт подпольной деятельности в России, затем отдел был в 1930 году реорганизован в Русскую комиссию, подчинявшуюся статс-секретариату. В тоже время был основан колледж «Руссикум», готовивший для подпольной работы в СССР священнослужителей на территории таких стран, как Бельгия.
С 1927 года Пий XI начал активную подготовку «крестового похода» против СССР. Для этого ему было важно склонить Русскую Православную Церковь, в основном ее белоэмигрантскую часть, к унии с католичеством. В энциклике от сентября 1928 года — «Rerum Orientalium» — были поставлены задачи, которые дали новый толчок к решению проблемы восточной церкви. Энциклика рисовала различные перспективы отношений с восточными церквями. Это спровоцировало лихорадочное оживление в католическом движении за умы. Папский восточный институт в Риме стал главным центром униатского антироссийского фронта. С 1927 года стали предприниматься попытки проведения унии, была провозглашена уния с белорусами и украинцами, живущими непосредственно на западных границах с СССР. Во главу угла стала политика униатской церкви. Борьба Ватикана за унию укрепляла и его положение в Италии. «Католическая активность» против «евразийского наступления большевизма» упрочила отношения с итальянским фашизмом.
В энциклике 1932 года «Caritate Christi Compulsi», в которой чувствовались страх и тревога, внушаемые Советским Союзом Ватикану, был провозглашен лозунг: «С Богом против безбожников». Энциклика давала новый толчок международному движению в борьбе с СССР и международным атеизмом, возникшему при поддержке Ватикана. Здесь необходимо показать, каким образом СССР отреагировал на действия Пия XI. В Москве раскрыли «ватиканский заговор» во главе с архиепископом Русской Православной Церкви Варфоломеем, руководившим «контрреволюционной» общиной Высокопетровского монастыря: «Оперативная инициатива в этом вопросе принадлежала VI отделу СОО ГПУ под руководством Е. А. Тучкова». Дело архиепископа Варфоломея было не единственным. В 1920–1930 годах состоялся ряд процессов по делам русских католиков, польских священнослужителей, немецких католических священников в Поволжье. Гонения на католиков СССР стали составной частью общей государственной политики по отношению к религиозным организациям. Особая политика правительства Сталина касательно немецких католиков и греко-католиков будет сформирована позднее, тогда противостояние Ватикану станет одним из главенствующих направлений политики СССР.
Крестовый поход Пия XI против Советской России не ограничивался только «идеологической стороной». Пий XI искал в Восточной Европе союзников среди католических стран, и его попытки можно назвать удачными. Союзником Ватикана являлась Чехословакия, с которой было заключено временное соглашение в 1928 году.
В 1929 году был ратифицирован конкордат с Румынией. Это была «большая политика» Святого Престола, как считалось в СССР, по охвату со всех направлений Советской России на Западе и созданию против нее политических блоков на религиозной основе. Это видение не было обманчивым. В беседе с немецким послом фон Риттером Пий XI с истинным беспокойством говорил об угрозе большевизма, которая может охватить всю Европу, прорвав «немецкую плотину». Папа высказался, по словам фон Риттера, за совместные действия партии центристов и народников в Германии с национал-социалистами. Пачелли же, по словам все того же фон Риттера, с беспокойством воспринимал популярность коммунистов в Германии. Необходимо сплочение политических сил Германии для отпора коммунистам и их влиянию в виде «культурбольшевизма». «Во всех подобных политических расчетах Ватиканом Польша рассматривается как передний край антисоветского фронта, а крепкий тыл ей может обеспечить лишь Европа, защищенная от коммунизма. Так называемое Польско-Германское соглашение от 26 января 1934 г. было подготовлено в Ватикане уже в 1932 г. Таким глубоким и многоступенчатым видел Ватикан антисоветский фронт».
Ватикан еще 1927 году присоединился к антисоветскому фронту, созданному англичанами. В рамках данного фронта Ватикан пытался уладить конфликт Польши и Германии из-за Литвы и ее Виленской области, что ему удалось, когда Виленская область была включена в состав Польши. Путем заключения конкордатов Ватикан создал своего рода антикоммунистический блок, часть которого одновременно являлась буфером между большевистским СССР и Западной Европой (Германия, Чехословакия, Польша, Литва). Ватикан имел надежных союзников в лице фашистских Италии и Германии, а также Австрии, в которой осуществился проект создания сословного католического государства в соответствии с энцикликой «Quadragessimo Anno». Англия была еще одним антибольшевистским союзником Ватикана.
Интересны отношения фашистских Италии и Германии с Ватиканом. Европейские исследователи вопроса (например, Энтони Родс) полагают, что было много общего между Ватиканом и фашистской Италией, это и подтолкнуло их к заключению союза. Во-первых, по мнению Родса (Antony Rhodes), у Муссолини были политические мотивы для объединения, но, кроме того, существовали и побуждения эмоционального порядка. Оба — понтифик и диктатор — были сторонниками концепции «Roma caput mundi» («Рим — глава мира»). По своей сути фашизм был романским, и сохранившаяся «имперская традиция» Ватикана хорошо дополняла его. Муссолини развивал концепцию Священной Римской империи, которую упоминал в каждой своей речи.
«Ватикан, конечно, имел намного больше сходства с фашистским государством, чем с либеральным режимом. Оба — и католицизм, и фашизм — были автократичны, управляемы одним человеком; оба были абсолютистскими <…> оба настаивали на подчинении личности системе, оба уделяли внимание внешним церемониям и массовой психологии».
Все это вместе с обретением Ватиканом статуса независимого государства толкало его на конкордат с Италией, по итогам которого были подписаны в 1929 году Латеранские соглашения, делавшие Ватикан независимым государством, упрочив, таким образом, его положение на мировой политической арене. Это был явный союз против коммунизма, и не только советского, но и доморощенного итальянского. Святой Престол, как в дальнейшем покажет время, допустил просчет. Поддержав фашистов в парламенте и во внутриполитической жизни страны, он дал им силу, с которой они смели все со своего пути, в том числе и самих католиков. Католические союзы и партии подвергались агрессивным действиям со стороны итальянских фашистов.
Ту же ситуацию можно было видеть и в Германии, с которой Ватикан заключил конкордат в 1933 году. Фашизм в Германии по настоянию Пия XI был поддержан на парламентском уровне в 1933 году. Со временем немецкие фашисты, как и их итальянские собратья, подавили политическую оппозицию в стране. Гитлер добивался конкордата по двум принципиальным причинам: ради престижа (для того чтобы быть более уважаемым и за границей) и для контроля над Центристской партией.
Сейчас это стало известно из захваченной после войны немецкой дипломатической переписки по поводу двух секретных статей конкордата с Германией. Первая касалась общего фронта против России, во второй шла речь об обязанностях священников в германской армии.
Папа на деяния нацистов в 1937 году ответил энцикликой «Mit brennender Sorge» («С глубокой заботой»). Ее принято считать антифашистской, но она не является таковой, в ней лишь перечислялись все нарушения конкордата, допущенные правительством Гитлера. Энциклика не осуждала нацистскую идеологию, не отлучала нарушителей от церкви, никоим образом от них не отмежевывалась, наоборот, заканчивалась обращением к Гитлеру восстановить сотрудничество с католической церковью.
Важны также отношения Святого Престола и Австрии. На протяжении 30-х годов в Австрии проводились попытки воплотить в жизнь идею католического сословного государства. Это важно, поскольку позволяет понять, что происходило в послевоенной Европе, и становится понятной модель взаимоотношений Ватикана и западноевропейских стран. В том числе на этой модели строилась политика в отношении СССР в гонке ядерных вооружений.
В рамках данной модели будет упомянут термин «Kulturpolitik», применимый ко всей политике Святого Престола, в том числе и к Ostpolitik 1-й половины XX в. Главной задачей была борьба с марксизмом и большевизмом. До 1938 года католическая церковь в Австрии поддерживала тесные связи с властями. Это было следствием политического развития страны. В Австрии император являлся защитником церкви — в данном случае речь идет о династии Габсбургов — и оставался таковым, несмотря на превращение Дунайской монархии в либеральное конституционное государство. После крушения Габсбургской династии в 1918 году католики столкнулись с необходимостью искать новых защитников среди светских властей, которых они обрели в христианской социалистической партии (ХСП). ХСП стала лидирующей партией страны, ее программа базировалась на католическом социальном учении и представляла по большей части интересы «petite bourgeoisie» (мелкой буржуазии).
Программа ХСП была составлена и одобрена Ватиканом еще в 1895 году. Основой этой программы была энциклика «Rerum novarum» Льва XIII. В тесной кооперации с клерикальными кругами ХСП отвечала за промышленную политику.
В 1919 году Социал-демократическая партия (СДП) сформировала правящую коалицию в парламенте совместно с ХСП. С 1920 года коалиционное правительство и ХСП оставались в оппозиции, это происходило вплоть до 1933 года, при этом из ее рядов вышли также все федеральные канцлеры.
С отцом Игнацием Зейпелем, бывшим лидером партии, и большим количеством представителей клерикальных кругов это была чисто католическая политическая партия.
Двумя наиболее яркими представителями клерикалов в период между двумя мировыми войнами были члены ХСП Йохан Хаусер — правитель Верхней Австрии с 1918 по 1928 год — и Игнаций Зейпель — министр по социальным отношениям и канцлер в правительстве Первой Республики.
Церковь в Австрии к 1938 году насчитывала миллион участников в 219 ассоциациях, наиважнейшими из которых были «Католическое действие» и «Народная лига австрийских католиков». Обе были руководимы представителями церкви.
Важно знать, какие цели преследовались Святым Престолом в Австрии в 1930-х годах. Пий XI, несмотря на активное сотрудничество с фашистами, предвидел аншлюс и все-таки пытался воспрепятствовать этому.
С помощью католического большинства в парламенте Ватикан пытается влиять на ситуацию в стране, но «политический католицизм — старейшая форма католицизма — теперь принадлежит истории».
Дипломатическая напряженность, появившаяся после прихода нацистов к власти в Германии, привела к возникновению новых трений между Римом и Москвой. Причиной тому был конкордат Ватикана с фашистской Германией, претендовавшей уже на Восточную Европу, включая Украину. Масла в огонь подливал и сам Пий XI, заявляя, что Гитлер — это первый государственный лидер, открыто выступивший против коммунизма. Как уже было сказано выше, католики Германии в лице партии Католического центра поддержали национал-социалистов в парламенте.
С весны 1933 года дуче начал обращать на Украину пристальное внимание. Было создано реферативное бюро по Украине при МИД Италии, при этом оно функционировало совместно с итальянской секцией Организации украинских националистов. Советник Муссолини по делам Украины прогнозировал удар Пилсудского по России. Гитлер пугал дуче экономическим и военным ростом СССР. Он заявлял, что даже готов пойти на уступки австрийцам, так как украинские националисты Италии действовали заодно с геймвером австрийцев.
В 1936 году католики в Польше активно выступали против большевизма. Совместное пасторское послание 1936 года призывало верующих быть стойкими перед «натиском коммунизма». Новый нунций в Польше, Картези, в 1937 году заявил генеральному инспектору польской армии Роуз-Смиглы, что видит миссию Польши в том, чтобы служить крепостным валом для христианства.
Нюрнбергская речь Гитлера от 9 сентября 1936 года содержала призыв к открытым действиям против большевизма, вторил ему и Пий XI, выступая перед группой контрреволюционных священников из Испании. Принимая кардинала Фульгабера осенью 1936 года, Гитлер заявил, что если нацизм не одержит верха над большевизмом, то католической церкви и всему европейскому христианству придет конец, поскольку большевизм — враг церкви и фашизма номер один.
Ватикан был рад совпадению точек зрения Италии и Германии на большевизм, хотя и осознавал в нацизме угрозу себе. И в Италии, и в Германии нацисты достаточно активно подавляли другие идеологические движения, в том числе и католические. Апофеозом деятельности Ватикана и папы Пия XI тех лет можно считать энциклику «Divini Redemptoris» от 19 марта 1937 года. Она стала важным оружием в руках клерикалов про-
тив Испанской Республики. В ней Пий XI заявил о том, что коммунизм осуждался и его предшественниками, и предлагал методы защиты для духовенства и верующих. Энциклика была ответом папы тем, кто пытался принять рациональные тезисы коммунизма, отвергая при этом лишь атеизм.
По мере того как Германия набирала силу, Пий XI все настойчивее добивался сближения с Францией и другими демократическими странами.
Визит папы во Францию в 1937 году, где он был принят на высшем уровне в Париже, и поддержка Народного фронта в Германии были расценены как заговор против Европы, однако дальше газетной шумихи ничего не пошло. И все же Ватикан был на стороне фашизма. В ноябре 1937 года Италия подписала Антикоминтерновский пакт, заключенный 15 ноября 1936 года между Японией и Германией.
В 1938 году нацистами был проведен аншлюс Австрии. Папа воспринял это с огромным огорчением, не столько «как папа, сколько как итальянец». Ватикан не решался на открытый протест против аншлюса. Чувствуя приближение мировой войны, Ватикан все более активно ратовал за создание и реализацию планов «буферной католической Европы», ядром, которой должны были стать Польша и Венгрия. На практике единого Восточного фронта не получилось, несмотря на обнадеживающее расчленение Чехословакии. Словакия должна была послужить недостающим звеном в цепи «Польша — Венгрия», к тому же венгры захватили Закарпатскую Украину. Но у поляков возникли разногласия с Литвой из-за Виленской области. Существовали противоречия между Венгрией и Румынией. Германия в 1939 году напала на Польшу. Единого Восточного фронта не получилось.
Ватикан развивал отношения и с США. Пачелли неоднократно посещал США, а целью его визитов были попытки воспрепятствовать сближению СССР и США, а также получить финансовую и политическую поддержку. В своей беседе с Рузвельтом Пачелли пытался разъяснить ему опасность, исходящую от коммунизма, и установить более тесные связи с США.
Вместе с активной политикой на Западе Ватикан продолжал осуществлять свою деятельность против СССР посредством своих институтов по Восточной Европе, в том числе «Руссикума», основными задачами которого были вербовка кадров среди русской эмигрантской молодежи и заключение унии с православными в граничащих с СССР странах (примером может служить попытка создать унию с православными в Эстонии и отработать ее как модель для унии в СССР). Эта церковь стала называться русско-католической. Основными ее центрами были Харбин, Каунас, Дубно и Аргентина.
«Руссикуму» удалось привлечь достаточное количество эмигрантской интеллигенции. Тем самым он стал подобием эмигрантского центра антикоммунистической церкви. Там готовились кадры для проведения катехизации в СССР.
Основным центрами унии являлись Польша и Литва, а также Чехословакия, где состоялся Униатский конгресс, на котором обсуждались проблемы католической церкви греческого обряда и Русской Православной Церкви, которая в будущем по планам Ватикана должна была принадлежать Риму.
Когда Германия стала заявлять свои права на Судетскую область, руководствуясь договором о дружбе и ненападении, СССР объявил протест. Пием XI эти соглашения в Мюнхене были расценены как «capitombolo» французов и англичан.
Пия XI не стало внезапно, он скончался в феврале 1939 года. По словам Григулевича, он умер настолько внезапно, что не получил отпущения грехов на смертном одре. Существует версия его отравления нацистами по той причине, что в конце жизни он собирался осудить нацизм. Действительно, смерть Пия XI в Италии и Германии воспринималась положительно, поскольку была надежда на то, что его сменит Эудженио Пачелли, который лояльнее относился к фашистским режимам. Пий XII, Эудженио Пачелли, видел свою миссию понтифика в уничтожении коммунизма, а также СССР, который олицетворял коммунистическую идею.
Следующий отрывок