Она все слышала. Горе любимого разрывало ее сердце. «Но так надо»- говорила она себе. Княгиня дала слабину, когда она открыла глаза при прощании и сказала ему: «Я люблю тебя!». Она чуть не сорвала всю операцию, которую они с братом и его помощниками готовили почти месяц. Елена не умерла. Она выпила настойку из травы, отправляющую человека в глубокий сон на неопределенное время. Это был риск, страшный риск, но Княжна пошла на это. Ради своих родных, ради себя, ради него наконец! Ведь все равно она не смогла бы так долго жить, разрываясь на две части!
Благодаря своим способностям она все-таки отыскала жилище где находился ее брат и ее родной сыночек. Радости не было предела. Она попеременно обнимала то Дарена, то Бориса. Там в лесу, когда их карету настигла погоня, Борис был сильно ранен, и Визирь думал, что он умер. Турок спешно рубанул по пальцу, чтобы отвезти Халифу доказательство гибели Бориса, схватил Елену и помчался во дворец. Но он упустил из виду пацаненка, сына Елены, который укусил за палец турка, вырвался из его рук и схоронился в лесу. Когда все стихло, Дарен вернулся к дяде. Тот оказался жив. Мальчик шепнул ему: «Я спасу тебя», и побежал через лес в город, ориентируясь в темноте леса только на горящие вдали огоньки жилищ. Он стучался в несколько домов на окраине, но никто не открыл ему в темноте. Уже потеряв надежду, Дарен постучался в калитку небольшой хижины. И, о радость, ему открыла женщина невысокого роста в белом покрывале. Она спросила: «Что случилось сынок?» Дарен кое-как объяснил ей что произошло, и они уже вдвоем вернулись снова в лес. С трудом им удалось переложить раненого Бориса на покрывало и волоком дотащить до дома. Уже светало, когда они добрались до ее жилища. Фатьма жила очень бедно вдвоем со своей старушкой матерью. Своих детей у нее не было. Да и мужа тоже. Но она была очень доброй женщиной и приютила несчастных в своем доме. Это она впоследствии передала записку Княжне.