Бывают моменты, когда невольно задумываешься над тем, кто мы есть: русские или уже наполовину иностранцы.
Если открыть страничку интернет-магазина одежды, то там уже невозможно найти русское название для товаров. Кофточка с длинными рукавами непременно называется «long sleeve», рубашка или футболка t-shirt, а рисунок print. Только трусы ещё никто не переименовывает. Притом английские слова написаны русскими буквами. И было бы это смешно, если бы одновременно не было грустно на душе. И хочется спросить: «Дамы и господа, мы что разучились говорить на родном языке?». Кажется, что по-русски говорить уже не модно и не современно.
В сфере торговли также есть менеджеры, промоутеры, мерчандайзеры и прочие люди. В дореволюционной России для большинства профессий, связанных с торговлей, были названия: «зазывала», «приказчик», «управляющий», «купец». Но в наше время эти слова забыты. И лучше называться мерчандайзером, чем просто торговым представителем. Иностранное слово почему-то кажется людям более интересным и понятным, ежели аналог того же самого слова на родном языке.
В обрасти интернет-технологий там, разумеется сплошь термины, которые происходят из английского языка. Но это ещё можно как-то понять, ведь компьютерные технологии пришли к нам из-за рубежа. Хотя я считаю, что половину терминов можно было бы заменить русскими аналогами, а то людям, которые учили в школе французский или немецкий приходится, садясь за компьютер, осваивать ещё и английский язык. И без этого никак не обойтись.
Но вчера мне стало по-настоящему грустно, когда я слушала в интернете лекцию по драматургии. Драматург и режиссёр Михаил Угаров беседовал с молодой девушкой-драматургом о том, как люди общаются в социальных сетях. У собеседницы половина слов была в речи жаргонная, а вторая половина иностранная. Из её уст вылетали такие фразы: «Я его зафрэндлила!», то есть «добавила в друзья», или «Я надеюсь это слить!», то есть отписаться от нежелательных сообщений или собеседников. У меня было впечатление, что Михаил Юрьевич порой просто не до конца понимал свою собеседницу. И мне хотелось воскликнуть во время просмотра лекции: «Девушка, вы хоть сами поняли, что сказали?». Лекции была в записи, потому что Михаила Юрьевича Угарова уже нет в живых. Но мне стало обидно за русскую речь и культуру. Кому как ни людям искусства – писателям и драматургам показывать красоту родного русского языка?
Излишнее употребление иностранных слов порой выглядит глупо и вульгарно, а бывает, что даже и пошло. И отказываясь от слов родного языка, мы отказываемся от родной культуры, превращая самих себя в жалкое подобие иностранцев. Давайте всё-таки будем употреблять русские слова в тех случаях, где это вполне возможно и допустимо.