Лучшего места, чем то, где стоял этот дом, не было во всём городе.
Однако одному подъезду на двадцать квартир не повезло. Сердобольная соседка обожала котов и кошек, но не в своих апартаментах, а в общем пространстве: лестницах пятиэтажного дома, площадках и, самое главное, подвале, вход в который в принципе закрывался дверцей, и замок был исправен, но на деле неутомимая женщина пятидесяти лет вырезала снизу квадрат, чтобы у животных был дом (!), где они и плодились.
Выйдет пышная любвеобильная женщина, скинет на питомцев порцию ласки в виде поглаживаний и – в чистую квартиру.
Коты бегали по всем этажам, оставляли продукты жизнедеятельности во всех возможных местах, а с ними и устоявшийся, ничем не изгоняемый, крепкий запах кошатины, который шибал в нос любого входящего жильца или гостя. Больше того, через двойные входные двери квартир воздух, настоянный на кошатине, проникал и в прихожие, как быстро ни старались люди заскочить домой, забивался в висящие на вешалках одежды. И только за прихожей жил индивидуальный запах хозяев.
Старожилы помнили, как раньше, лет тридцать или сорок назад, можно было оставлять свои двери приоткрытыми, чтобы дети забегали с улицы без стуков и ожиданий, и ничего плохого не происходило: не было ни воров, ни бездомных котов. Сейчас же упаси господи даже подумать об этом.
Хоть жильцы не хотели ругаться и скандалить, но жить, как на помойке, хотели ещё меньше.
Если кто-то решался на тотальную смену места жительства (в другую страну), что стало повальным явлением, то продать квартиру именно в этом подъезде было весьма и весьма проблематично.
Хотя лучшего место расположения дома и не придумать. Стоило пройти метров тридцать и можно было купить холодильник, продукты, раковину, цветы, ванну, шторы, лекарства, посуду, овощи, мобильный телефон, ювелирные изделия, обменять деньги на любую валюту, заключить юридическую сделку, сочетаться браком, получить высшее образование в техническом университете, стать мастером спорта по хоккею во Дворце с искусственным льдом или пловцом любого ранга в спортивном комплексе, смотреть концерты и прочие мероприятия в шикарном Дворце культуры, сделать причёску или стрижку, перелицевать старый диван, кресла, а также пальто или шубу, сшить новое платье в ателье, выбрать любую косметологическую процедуру в изящном салоне, пройти бесплатно первые сеансы на лечебных корейских кроватях, отвести детей или внуков в детский сад, который за пятьдесят лет стал только лучше, помыть легковую машину в промышленной мойке, справить свадьбу или поминки в одном из трёх ресторанов, и ,наконец, устроиться на работу в элитную дорогую частную гимназию, бывшую раньше простой школой.
Кроме того, деревья, посаженные первыми жильцами вокруг сплошных пустырей новых домов, переросли пятые этажи, всё вокруг утопало в зелени. Незнакомому могло показаться, что попал в джунгли или в тайгу.
И последнее нововведение – свобода для стихийной, бесплатной стоянки на месте бывшего хоккейного поля, превращавшегося летом в футбольное. Но простора для детей это почти не уменьшало, лишь исчез турник, да песочница, да стол, за которым бились доминошники.
Как только потенциальный покупатель заходил в подъезд и вдыхал воздух, голова шла кругом, лицо перекашивалось в конвульсиях, рвотный рефлекс срабатывал автоматически. Перед продавцом квартиры представал несчастный или несколько несчастных, с зажатыми носами и слезящимися от аммиачных испражнений глазами. И хорошо, если их обувь не попадала во что-нибудь не совсем приятное. Покупатели прикладывали руку к сердцу и говорили: «Извините, мы даже не будем смотреть квартиру. Воротит с души. Поймите. Не сможем жить в таком кошмаре», прощались и уходили. Нет, убегали, чтобы забыть, не видеть, не вдыхать, отдышаться на свежем воздухе.
Итак, все блага перечёркивали коты. Они лишали нормальной жизни девятнадцать семей. А коты - от одной единственной соседки. "Да неужели всем миром не изгоним её?" - спросили себя старожилы. Скинулись деньгами и подали в суд.
Семь лет шла тяжба. Уже остались дееспособными две пожилые женщины, которые мечтали хотя бы дышать чистым воздухом в конце жизни. Остальные отсеялись, не вытерпели. Но и один в поле воин. Победа, долгожданная, выстраданная, много стоящая наконец-то была одержана.
Любящей котов, но ненавидящей людей соседке вменялось сменить место жительства. Куда угодно, но уйти было нужно. Плюс штраф в размере 100 тысяч рублей, как моральная компенсация соседям.
Не верите? Я тоже, честно, сначала усомнилась. И даже жалко стало человека. Квартира-то её собственная. В ответ услышала безжалостное: "Вела бы себя достойно, пожилых бы жильцов уважала, не грубила, держала бы своих котов у себя, и никто бы не пошёл воевать с ней".
А места лучшего, и правда, не найти во всём городе.