Зерна грядущего зреют в сердце. В сердце большом и малом. Чтобы прорасти вопреки.
Могут снова и снова приходить жестокие волны социальных катастроф.
Могут предательски крошиться казавшиеся такими крепкими надежды в пальцах огромных рук необозримого рока. Словно сахарная глазурь на фоне тревожных грозовых ветров. Муторной судорогой сводит сердце.
Могут проливаться бурные реки и вырастать громадные стены между близкими. Как часто такова стихия перемен, что косит она самых сильных, дабы поставить новых сильных. Свирепствует зверь, что спущен с цепи. И те, кто был опорой и стержнем, землей и небом, обращаются в боль растоптанного величия и вдохновения, красоты и любви.
Такие борозды - незаживающие раны, вопящие страхом новой боли - оставили инквизиции и репрессии, войны и раскулачивания, перевороты и крестовые походы, стихийные бедствия и кризисы.
Борозды раскола между мужским и женским, горьких предательств и отвержений, легли, сбив ритмы всех взаимодействий, обратили ресурс в полчища бесов. Во зло.
Они тянутся через каждого - эти удары плетью. И ты знаешь свист, мрак в глазах и потерю сознания. Каждый знает...
Но это не повод останавливать радость и жизнь. Не повод прекращать свой танец и игру, встречаться, творить, падать в близость и снова доверять миру.
В тот день, когда я разомкнула свой круг, шел дождь.
Я просто устала наблюдать опутывающие меня черные нити, что тянулись из древного родового страха. Устала слушать музыку боли, что играла на этих нитях, как на струнах. И страстно захотела вспомнить звучание любви. Так же страстно, как когда-то, в момент открытия небес на пике страдания, устремилась в тот поток, который лился из портала в вышине. Только вот разница: тут я возжелала не уйти, а прийти - воплотиться, оставаясь в теле, в совсем новом качестве.
И с того момента я знаю, что страсть, что идет из сердцевины, из самой глубины, способна пронзить тягостную непреложность стрелой исконной свежести луча.
И нет такого прошлого, которое отменяло бы настоящее и будущее. Ни личного, ни общего. Однажды станет возможен путь насквозь. И восстановление потока жизни. Не для тебя, так для того, кто идет рядом, следом или после...
Зерна грядущего зреют в сердце. В сердце большом и малом. Чтобы прорасти вопреки.