Прощальный этюд лисицы
На вертолётной площадке были практически все: Геринг, Адольф, Кальтербруннер и ещё куча самых разных людей в погонах и халатах. Многих Майкл видел впервые, поэтому решил, что жать руки не стоит, хотя рукопожатий, как оказалось, и не ждали. Едва они коснулись земли, как в считанные секунды его мирно спящих пленников уложили на носилки и потащили внутрь. Всех, кроме Стэна, которого Геринг попросил привести в кабинет, для беседы.
Разговора не получилось. Да и что можно ожидать от прожженного войной солдата, роль которого сводилась к физическому устранению противника. Но зато после Геринга полковника отдали ему. Правда, на время. На то время, пока Адольф будет заниматься одной из выживших женщин.
К пыткам Кристофферсон оказался терпеливым. Но Майкл не боялся трудностей, ведь главное, что он получил возможность поселить его к Моррису, человеку, который когда-то был его наставником. И которого к тому времени уже накачали новым вирусом.
Только вот что-то пошло не так, и Моррис перестал быть важным клиентом. Как пояснил Адольф, вирус всё ещё не мог справиться с теми, кто пережил поздние мутации и, вместо того чтобы превращать их в разумных пидов, он делал из них зомби.
Майкл был вне себя от счастья. Ещё бы! Наблюдать за тем, как полковник мучается от желания изнасиловать бывшего сослуживца, доставляло ему непередаваемые ощущения. К тому же от сексуального насилия никто не умирал, и если что-то пойдёт не так, то Майкл всегда сможет вытащить полковника из камеры. Но вышло всё по-другому, Стэн всё-таки свернул Моррису шею, после чего Геринг срочно вызвал его в кабинет.
Войдя к Герингу, Майкл увидел, что генерал был не один и если Адольф хоть как-то пытался скрыть эмоции, то толстяк был весь пунцовый от переполнявшей его злобы.
– Неужели было непонятно, что Моррис нам всё ещё нужен? Разве для этого его перевели в одиночную камеру? – кричал Геринг. – Неужели это так сложно понять? А? Вас вообще зачем сюда перевели?! Заключённых уничтожать?!
–Это был форс-мажор.
– Такой же, как и при взятии лагеря?! Когда вместо кучи баб мне досталась одна недобитая, плюс целая куча трупов?
– Всё в моём рапорте.
– Я читал ваш рапорт. Только благодаря ему вас ещё не конвоировали с базы. Но это пока, потому что держать вас здесь – большая ошибка!
Майкл не знал, что на это ответить, он не планировал смерти Морриса, это был просчёт. И, судя по всему, он послужил последней каплей, переполнявшей чашу терпения генерала. Майкл посмотрел на Адольфа, тот молча перелистывал страницы.
– Сэр. Я признаю ошибку, что слишком увлекся пленником, но у меня были к Кристофферсону свои собственные счёты, и я никак не ожидал, что он убьёт Морриса. К тому же если Моррис был очень важной птицей, то почему его не оставили в лабораториях?
– С этим согласен, – признал Геринг, откидываясь в кресле. – Но это же не означает, что его можно убивать! К тому же он мог навредить Кристофферсону, а Стэн мне нужен живым. Что скажете, Адольф? Вы же больше всех разбираетесь в этом вирусе.
– В последние часы Моррис скорее представлял собой животное, нежели человека. Это факт. К тому же даже победив полковника и вырвавшись из его объятий, постарался бы оставить полковника живым. Ведь он для него больше сексуальный объект, нежели жертва. Так что риск потерять полковника был минимален.
– Да уж, – вздохнул Геринг, – не думал, что доживу до такого. Получается, что из гетеросексуала мы сделали самого злостного гомосексуалиста даже по нашим меркам. Вот уж умора!
Геринг затрясся в порыве смеха, но его прервал Адольф.
– Сэр, мне нужен Кристофферсон. Я уже готов испытать на нём новый вирус.
– А я думал, ваша первостепенная задача – это эксперименты с женщиной. Или что-то поменялось?
– Нет. Просто появилось немного свободного времени, которое я хотел бы потратить на нашего полковника. Как вы знаете, он был на поздних этапах заражения, поэтому у него наиболее сильный иммунитет.
– Знаете, а пусть вам Майкл поможет, раз он так озабочен нашим гостем. Справитесь, Майкл?
– Да, сэр.
– И это хорошо.
Геринг посмотрел на Майкла, и вытащив из коробки сигару, срезал кончик аппетитно её подкуривая. Майкл хмыкнул и посмотрел в толстое стекло укрывшейся в снегах базы.
Эти самодовольные геи, так и не смогли понять одного, что Волк, даже будучи в некотором перемирии с лисицей, обязательно убьет её, едва лишь станет вопрос о дележе убитого зайца.