Йаан опознал язык, которым была написана книга, но что именно было там написано, он сказать не смог. Он узнал лишь только некоторые символы, которые там были, но целостной картины это, конечно не давало. В какой-то мере это, конечно, было ключом, но для того, чтобы сделать с его помощью полную дешифровку текстов, ушли бы годы, а, возможно, и десятилетия. Древние духи гор, к которым обращался Йаан, так же никак не могли помочь исследователю - волею Мобдэка значение этих символов не было доступно даже существам тонкого плана, осознать их могли только люди, и все дети Мобдэка, а людей, которые помнили этот язык досконально, а, уж тем более, их предшественников, на Земле уже почти не осталось.
Но ничего, сказал тогда Йаан храбрым советским исследователям, разуметь то, что написано в Книге, быть может, сразу же и просто так невозможно, но в великих Южных Горах (так он называл горы Кавказа) есть старые мудрецы, которые помнят рецепт Волшебной Настойки Познания. Сам Гурджиев происходил из их рода, и за то ему была дана великая мудрость. Кто испробует этой настойки, тот может читать скрытое за счёт того, что прирастёт его мудрость и прозорливость многократно, и тогда, быть может, исследователям удастся познать то, что написано в этой Книге. Он не мог сказать, где живут эти древние мудрецы, но помнил их имена, и назвал их, а южане народ говорливый и гостеприимный, уж наверное они смогут показать исследователям, где их можно найти.
Что ж, решили исследователи, рецепт такой настойки сам по себе в нашем светлом и правильном деле вещь совсем не лишняя, и, отблагодарив Йаана, и наградив его за помощь государственным орденом, отправились в Москву, докладывать о своих результатах.
