Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Зеркало ужаса

Зеркало ужаса. Этот случай произошел давно, но решил поделиться. Мне, отслужившему в ВМФ 27 лет, побывавшему в разных жизненных ситуациях показалось нужным и поучительным записать и может кого предостеречь, когда я в первый, и надеюсь в последний раз, так сильно испугался. Поехал на все лето в Керчь, Капканы, поселок на берегу моря, где дом моей покойной жены, там я каждое лето, с тех пор, как Крым стал Российским. На нашем участке еще один домик поменьше, там жил квартирант со своей подругой. За проживание денег не брали, чтоб только присматривали за домом и участком. Он молодой парень - инвалид Чечни, покалеченная рука и как мне показалось, слегка контужен, не работал, да и российскую пенсию хорошую дали. Его подруга работала посменно на заводе. Все у них было нормально и вдруг при очередном приезде на лето я узнаю, что зимой девушка заболела и умерла. Смотрю на парня, ходит печальный, сам не свой, пригласил к себе помянуть, выпили. Рассказал, как все было, но сорвался, стал рыдат

Зеркало ужаса.

Этот случай произошел давно, но решил поделиться. Мне, отслужившему в ВМФ 27 лет, побывавшему в разных жизненных ситуациях показалось нужным и поучительным записать и может кого предостеречь, когда я в первый, и надеюсь в последний раз, так сильно испугался.

Поехал на все лето в Керчь, Капканы, поселок на берегу моря, где дом моей покойной жены, там я каждое лето, с тех пор, как Крым стал Российским. На нашем участке еще один домик поменьше, там жил квартирант со своей подругой. За проживание денег не брали, чтоб только присматривали за домом и участком. Он молодой парень - инвалид Чечни, покалеченная рука и как мне показалось, слегка контужен, не работал, да и российскую пенсию хорошую дали. Его подруга работала посменно на заводе. Все у них было нормально и вдруг при очередном приезде на лето я узнаю, что зимой девушка заболела и умерла. Смотрю на парня, ходит печальный, сам не свой, пригласил к себе помянуть, выпили. Рассказал, как все было, но сорвался, стал рыдать, нервы войной подорваны, да и его женщина была красивая, веселая и добрая. Видно любил сильно. Я опять уехал на зиму домой, приезжаю на следующий год летом и узнаю, что он серьезно заболел и умер. С больницы, как безнадежного, отдали матери, в доме он и умер.

Соседи сразу все рассказали, отдали ключи. Открыл домик, где он жил, осмотрел комнаты, удивило, что трюмо не завешано, а в кладовой увидел почему-то лежащее на полу зеркало, овальное, около метра, край был со щербинкой, и оно плохо держалось на деревянном основании. Я его сразу же забрал к себе в дом. Чтоб замаскировать трещинку, по периметру обтянул черной изолентой. Получилось, как траурная рамка. Закрепил на деревянную подложку клеем. Думал, будет память об ушедших, ведь они тоже в него смотрелись. Повесил в одной из комнат. Где-то на третий день проснулся от леденящей тишины и страха, даже не страха, а ужаса. Не слышно привычного стука молота, забивающего сваи в Керченский мост, ни тикающих часов, стоящих рядом с изголовьем, ничего, уши, как заложило. Ужас в душе, в мыслях, ни о чем не могу думать, просто страх и страх. Закрыв глаза, прочел раз 10 Отче Наш, не отпускает, встал на колени перед маленькой иконкой на полочке, опять стал молиться, не помогает, какой то ужас идет волнами из комнаты, где висит зеркало. А в её сторону даже посмотреть боюсь. Догадался достать из шкафа библию, Господи, хорошо, что когда-то привез, прижал к груди и опять читал, единственное из молитвы, что знаю - Отче Наш. Стало рассветать, понемногу отпустило. Лег в кровать с трясущимися руками, но я больше не мог заснуть. Даже мысль об алкоголе претила. Руки дрожат, но крещусь все время. С рассветом, как только солнышко над горизонтом встало, подошел к зеркалу, посмотрел на отражение себя, только взялся, чтоб снять со стены, и волна ужаса опять окатила меня. Но с молитвой снял, завернул в мешок и отнес на улицу в мусорный контейнер. Пожалел мешок, забрал. Оно светит на солнце, зайчики в глаза. Стал со злости разбивать его камнем, отскочивший кусочек в руку воткнулся, думаю, хоть малой кровью отделался, ну это уже мелочи. А дальше спокойный отдых, веселье, пляж, купание в море, посиделки с друзьями. Но почему то, как только вспоминаю это, на душе тягостно и тревожно становится. Да и домик этот из камня ракушечника стал быстро разваливаться. В конце июня опять в Керчь поеду, там у меня инета нет, вот и решил поделиться.