Вспоминаю детство, пришедшее на самую яркую и противоречившую эпоху. В голове вихрем проносятся картинки. Грузная тетка со значком на груди—«Хочешь похудеть? Спроси меня как!» Кооперативные киоски, где 24 часа в сутки можно купить все, и даже больше. Песни группы «Лицей» под гитару. Парни в чёрных косухах, девушки в мини, больше напоминающих пояс...
Стены домов разрисованы надписями «Цой—жив!»
Криминальные сводки—такая же обыденность, как сегодня передача «Доброе утро». Родителей моего друга застрелили летом 97 го... Мой отец пропал на год раньше. Помню, как мама ходила по квартире, нервно заламывала красивые руки, с тонкими запястьями. На них звенели браслеты. А по лицу текли слезы.
Слезы страха и отчаяния. Я тогда подбежала к ней сзади, обняла! Она резко освободилась из моих рук, и бросила в отчаянии: «Папу ждёшь? И я жду! Жду когда голову твоего отца принесут мне на серебряном блюде!» Мой папа тогда как и все строил бизнес. У него получалось. Но платили за успех слишком высокую цену — жизнь...
Голубая девятка в гараже. Ей-Богу, тогда для меня это была машина мечты! Стоит теперь под толстым слоем пыли.
Послушайте, а ведь 90-е можно сравнить с молодостью. С молодостью возраста нации. И сколько всего тогда натворили наши соотечественники! Как будто вышли из под родительского контроля в большую жизнь, очертя голову, бросились исполнять свои мечты. Никаких рамок и запретов! Мир казался им большим сверкающим подарком, а детский максимализм, ещё присущий всем «когда тебе 17, и счастье так возможно», заставлял брать максимум из возможного, делить события, людей на черное и белое, идти на риски, не задумываясь о последствиях. Без жалости к неудачам.
МММ, Гербалайф, Кашпировский. Руки вверх и группа Лицей. Сергей Бодров и Владислав Листьев... Лосины кислотного цвета, и малиновые пиджаки. Виктор Пелевин, Андрей Барков...
Последние романтики. Наверное так можно назвать эту эпоху. В ней было много всего намешано—сумасшедший коктейль из событий, беспорядочных действий, ведь каждый вертелся как умел. Они ставили на кон все! Взлетали до небес, и падали в пропасть. Идеи висели в воздухе, их моментально подхватывали и воплощали в жизнь. Как умели.
Те люди не думали. Они делали! Торопились жить и не боялись «умереть молодым», как завещал Виктор Цой.
А сейчас что? У российской нации модный нынче диагноз—кризис среднего возраста. Оглянулись назад с тоской о безвременно ушедшей молодости. Кто-то даже пустил скупую слезу. Что дальше? Как жить?
Задумались о душе. Решили поправить растраченное здоровье. А чем ещё объяснить повальную моду на ЗОЖ? Ошибки молодости исправить. Последняя, отчаянная попытка перед следующим шагом— в вечность.
Странно все это...И страшно. Ведь каждый из нас, рождённый в ту эпоху, против воли состарился раньше. Ведь мы сейчас можем жить! Творить! Воплощать сумасшедшие идеи. Любить и быть счастливыми! Рано думать о душе.
А вместо этого тридцатилетние старики и старушки ходят к психологам, жуют траву, и рефлексируют за бокалом сухого красного. Каждый в своём одиночестве.
