Станем мы ночью, залезем на дерево и будем ждать… хоть до утра, а может, и до завтра…» Вихревые потоки, казалось, играли с собой, их отголоски долетали даже до окон здания райкома. В такие мгновения Колесников отчетливо ощущал, как за стенами вырастают бетонные сваи, а ползают стальные червяки. «Будь что будет», – шептал он про себя, и глаза его слипались. Найденов, Воронин и Пляшкевич достали две спортивные сумки. Один из них, Воронов, взял у Пляшевича финку, другой – гранату. А Колесников на цыпочках прокрался к двери и плотно закрыл ее за собой. На улице в это время разыгралась настоящая буря. «Уазик» то взлетал на выбоины, то со стуком катился вниз. Почти в кромешной тьме они добрались до машины. – Прощай, беспокойная жизнь! – вздохнул Колесников. – Мы еще встретимся! – В баркасе поговорим! – добавил Воронин. – Уверен, Андрюха, она будет не менее бурной! Колеса «уазика» заскрипели по гравию. Через минуту машина остановилась. Послышался резкий окрик: – Выходи! «С поличным взяли!»