Багира жила у нас несколько месяцев на передержке. Умная была кошка: команды «сидеть» и «лежать» выполняла не хуже обученной собаки, но все мы были в шоке, когда она исполнила команду «Фас!»
Дело было так: мы с Багирой сидели дома одни, родители ушли в гости, и обещали быть поздно. Как вдруг в прихожей я услышала чужие шаги. Не мамины, не папины, а какие-то совсем другие.
Испугалась, конечно, была ведь закрыта «на веник». Для тех, кто не знает, в посёлках и деревнях принято ставить веники возле двери в знак того, что никого дома нет. Ну, а я ребёнком была, что я могла чужим сказать, если они вдруг пришли к маме или папе? Поэтому, когда я была дома одна, веник тоже ставился.
Ну вот, оглянуться не успела, а мужик уже на пороге комнаты, да ещё в зюзю пьяный.
– Ты кто? – спрашивает он у меня заплетающимся языком.
– Я здесь живу вообще-то! – ох и обнаглела я от страха.
Знаю мужика: алкаш местный, только вот что мне с ним, пьяным, делать? Телефон на кухне, а мужик на пороге мешком развалился:
– О, кошечка! Кс-Кс-кс! – заметил он Багиру и протянул руку, чтобы погладить.
Но не такова была моя Багирка, не подошла к чужому. Тогда он к ней пополз сам, почти по-пластунски, потому что от выпитого не мог даже встать на четвереньки.
И в тот момент, внутренне вся трясясь от страха, я заорала:
– Багира, фас!
И моя верная подруга меня послушалась: она вцепилась мужику в руку с бешеным мявом, словно пытаясь разодрать его, как раздирала игрушки. Мужик заматерился, а я в это время метнулась на кухню, схватила трубку и позвонила маме.
Родители долго не могли понять, почему у меня дрожит голос, и про какого алкаша я толкую; еще и связь была плохая, так что до мамы только обрывки моих путанных фраз доходили.
Как поняли – так бегом домой. Прибежали, выпроводили алкаша, который «всего-то пришёл немножко в долг взять, а тут такое»
В общем, ушёл мужик от нас с прокусанной рукой, и больше денег занимать не приходил.
Багиру, кстати, забрали в хорошую семью, в город. Мы до сих пор поддерживаем контакт с её новыми хозяевами.