Деяния святых апостолов, 19 зач., VIII, 18-25.
18 Симон же, увидев, что через возложение рук Апостольских подается Дух Святый, принес им деньги, 19 говоря: дайте и мне власть сию, чтобы тот, на кого я возложу руки, получал Духа Святаго. 20 Но Петр сказал ему: серебро твое да будет в погибель с тобою, потому что ты помыслил дар Божий получить за деньги. 21 Нет тебе в сем части и жребия, ибо сердце твое неправо пред Богом.
22 Итак покайся в сем грехе твоем, и молись Богу: может быть, отпустится тебе помысел сердца твоего; 23 ибо вижу тебя исполненного горькой желчи и в узах неправды. 24 Симон же сказал в ответ: помолитесь вы за меня Господу, дабы не постигло меня ничто из сказанного вами. 25 Они же, засвидетельствовав и проповедав слово Господне, обратно пошли в Иерусалим и во многих селениях Самарийских проповедали Евангелие.
Комментарий
Перед нами – одно из интереснейших столкновений двух совершенно противоположных типов религиозного сознания – магического и теистического. Симон Волхв – которого также называют «отцом всех ересей» – был потрясён, увидев, какой духовной силой обладает апостол Филипп, и, вполне в логике магизма, захотел получить такую же духовную власть. Он даже принимает крещение от апостола – но, увы, так и не достигает желанного результата. Тогда он – опять-таки вполне соответствуя магическому сознанию – предлагает апостолом сделку: он им – приличную сумму денег, они ему – дар Духа Святого. Ответ апостола удивительно прост и глубок: дар Божий даётся не за деньги, а ради чистоты жизни и праведности сердца.
Если душа – мрачна, никакие ни деньги, ни религиозные обряды не в состоянии помочь. И, как мы знаем из истории Древней Церкви, дальнейшая судьба Симона была драматична: его заигрывания с духовными силами хоть и были временами весьма эффектны, но в итоге привели его к позорной и страшной смерти.
В чем же заключается основное различие магизма и Богооткровенной религии? В том, что для магизма духовный мир – не более, чем инструмент для достижения своих целей. Но там, где появляется Бог – такой подход становится абсолютно невозможным. Бога «использовать» бессмысленно – потому что такое «потребительское» отношение к Нему низводит его в разряд каких-то третьестепенных служебных духовных сил. А всё же Бог, о котором говорит Писание – «небеса сотворил» – и, как мы знаем, этих небес в космосе – видимо-невидимо…
И вот что самое удивительное: этот Самый Бог, вполне целостный, гармоничный, ни в чём не испытывающий нужды или недостатка, Сам вступает в отношения с человеком, затерявшемся на крошечной Земле – и более того: называет его Своим Возлюбленным Сыном – вводит его в Свой мир не как жалкую и бесправную пылинку мироздания – но как Своего Наследника и Соправителя!
Толкуя молитву «Отче наш», преподобный Исаак Сирин пишет: «Сын уже не просит у отца хлеба, но домогается наибольшего и высшего в доме отца своего!»
Вот она, разница между магизмом и христианством: магизм живёт в страхе, ведь кругом – опасности, притаившиеся беды, нежданные напасти – и за каждый кусок хлеба надо чем-то расплачиваться! А христианин воспринимает окружающий его мир принципиально иначе: этот мир – хоть и подпорчен грехом – но в целом несёт в себе отражение Небесного Отца – и совершенно любое дело, действие, мысль, переживание – могут радовать душу, потому что снова и снова будут возвращать нас к любимому Родителю! И про нашу безопасность, конечно же, Он позаботится куда лучше нас самих! Да и голодными Своих любимых детей тоже не оставит!
Как же важно помнить о Боге как Отце, особенно тогда, когда очень сильно хочется выскочить тайком с чёрного хода, чтобы самому, помимо воли Отца, всё поразузнавать!
Ведь может и выскочишь – а вот обратно, скорее всего, уже и не вернешься: двери затворятся, и останешься вне родного Дома, вместе с Симоном Волхвом, колдунами, магами, шаманами – всеми теми, для кого этот Дом – вражеская территория!…