История не зря считается одной из самых сложных наук. Она требует подлинной самоотверженности и предельной честности от своих поборников. Чтобы считать событие действительно историческим, требуется не просто собрать доказательный материал, но и объективно рассмотреть его под всеми возможными углами зрения.
Более надежно привязка к событиям, имевшим место в глубине веков, получается когда находится какая-то символика. Приверженность человечества к символизму на протяжении всей истории очень помогает исследователям. И это касается не только расшифровки древних иероглифов. Дошедший до нас символ порой обнаруживает такие глубокие корни в прошлом, что это не сразу укладывается в голове.
Какое отношение, скажем, может иметь столица США к ордену Красного знамени или артефактам древнеиудейских сект? Тем не менее, все эти явления связаны одним общим символом – пятиконечной звездой.
Революционный символизм красной звездочки, разумеется, имеет свои отправные пункты в истории. Пятиконечная пентаграмма стала красноармейской эмблемой в 1918 году по приказу главного «милитариста революции» Льва Троцкого. (Сам эскиз эмблемы принадлежал, правда, не ему).
Выбор этого знака для Красной армии был связан с уже имевшимся влиянием звезды на российские воинские традиции, укрепившиеся к этому времени, но не связанные напрямую с последним царем.
Император Николай I еще в 1827 году решил ввести звёзды для украшения эполет высших воинских чинов. Впоследствии, с появлением обычных погон, звёзды стали распространятся в армии более широко. Царское решение не выглядит неожиданным, если вспомнить, что «Марсова звезда» присутствовала, например, на печати императора Константина Великого, основателя Константинополя. А ведь в православной Российской империи авторитет традиций Царьграда был особо почитаем.
Возможно на царя оказал влияние еще и дух победоносной борьбы в зарождающихся Соединенных штатах, где звездная символика уверенно набирала свой размах… А Россия тогда явно симпатизировала духу североамериканского прогресса.
С революционной интерпретацией звезды связано еще больше интересных версий. Предполагается, что впервые она появилась над якорями флотских кокард в качестве срочной замены двуглавых орлов. Звезда стала своего рода переходным сигналом для царских офицеров. Ведь большевики поначалу вынуждены были массово привлекать в армию старорежимных военных профессионалов. А оставленные якоря и марсова звездочка не должны были отпугнуть военных моряков революционной новизной.
Известно, что революционная звезда в эти годы имела вид перевернутой пентаграммы. Этот факт хорошо подтверждает и первая советская награда – Орден Красного Знамени (поначалу просто «Красное знамя»):
Историки ищут более глубокие смыслы в выборе такой эмблемы. Первая отсылка – к материалам Второго «Рабочего» (или «Желтого») интернационала. Именно этот международный орган с 1889 года вдохновлял партии социалистов на революционные реформы в своих странах. Символики этого Интернационала не сохранилось, но по некоторым источникам можно предположить, что пентаграмма вполне отвечала этой цели.
Почему? Cо времен пифагорейцев лучам пятиконечной звезды придавалось главное философское осмысление бытия. Огонь, Вода, Воздух, Земля, и Дух (или Эфир) – этих пяти стихий было достаточно для отображения всех сторон «космизма» земной жизни. Сам же Пифагор разгадал в пентаграмме еще и математическое совершенство, поскольку она скрывает в себе пресловутое «золотое сечение».
Магическая завершенность звезды стала проповедоваться поборниками оккультизма как ознаменование «высшей духовной деятельности» на «материальном плане». Немудрено, что зарождающееся масонство также выбрало эту символику для лаконичного выражения принципов своей эзотерики.
Масоны считали ключом своей деятельности нравственное и благотворительное кураторство над всем человечеством. Их объединяла вера в возможность утверждения всеобщего благоденствия волей благородных и могущественных интеллектуалов. Принципы бескорыстия и нравственного величия предписывали масонам образовывать тайные общества, конспиративность которых обеспечивалась ритуальной символикой.
Понятно, что прогрессивные движения борцов за социальную справедливость, возникшие в XIX веке не могли не перенять идеи масонства, а вместе с ними и испытанный временем символизм. В трактовку революционных принципов прекрасно вписалась и античная пентаграмма. Пять ее лучей стали символизировать пять континентов Земли, на которых должна была установиться мировая социал-демократия.
Партийная верхушка большевиков, будучи революционным союзом просвещенной интеллигенции, посчитала такую звезду вполне естественным символом борьбы за светлое будущее угнетенных народов всего мира. А красный цвет был признан естественным атрибутом рабочего движения и победившей пролетарской революции.
Интересно, что звезды на красноармейских буденновках совсем не были красными! Да, маленькие звездочки-кокарды поверх суконных полагались, но разве их хватало в то время…
Цвет суконной пятиконечной звезды различался по роду войск. Так, в пехоте носили на шлеме-«богатырке» малиновую звезду (ошибочно принимаемую за красную), у пограничников – традиционно зелёного цвета, в артиллерии – оранжевую (в приказе такой цвет именовался как «померанцевый»), в сапёрных войсках – чёрную, в авиации – голубую, в кавалерии – синюю:
Кадр из фильма "Неуловимые мстители"
Характерно, что первым подразделением Красной армии, имевшим суконные шлемы со звездами, стал Иваново-Вознесенский красногвардейский отряд, отправившийся на Восточный фронт в войска Михаила Фрунзе. Из-за чего новому головному убору дали новое прозвище – «фрунзевка». А вот Первая конная армия Семена Буденного новой формы тогда еще совсем не имела…
Вернемся еще и к «манере ориентации» красноармейской пентаграммы. Как мы помним, некоторое время революционная звездочка побывала в обращении двумя лучами вверх, на франкмасонский манер. Однако антисоветская идеология распространяла среди народных масс поверье о перевернутой звезде как «сатанинском знаке». И тогда в массы пошла партийная листовка «Смотри, товарищ, вот Красная Звезда», где использовалось изображение звезды с одним лучом вверх и в форме притчи толковалось его значение. С этого момента ориентация главного советского символа уже не менялась…