Найти в Дзене
ФОМ

В экономике возникла уникальная ситуация – и это не кризис, а маски и перчатки – это не защита, а скорее оберег

В результате пандемии одновременно схлопнулись и спрос, и предложение. Потому что в силу мер локдауна разорвались технологические цепочки, значительная часть населения осталась фактически без работы. Об этом в продолжении интервью авторам раздела «Малый бизнес и пандемия» говорит эксперт в сфере социологии предпринимательства Александр Чепуренко. По его словам, нынешняя ситуация уникальна, и это не кризис, а то, что в современной литературе принято называть «черным лебедем». Он приплыл буквально ниоткуда, никто его не ожидал, и никто предыдущим опытом к такому явлению не был подготовлен. «Черный лебедь» плохо повлиял на малый бизнес в России, однако катастрофы, которую прогнозировали многие эксперты, не произошло. Как образно объясняет причину Александр Чепуренко, когда ты лежишь на уровне плинтуса, упасть и больно ушибиться невозможно. Он говорит, что в этой неблагоприятной ситуации в бизнесе остались две категории. Те, кто умеет даже в таких условиях выживать. «Вот мы положили асфаль
Оглавление

В результате пандемии одновременно схлопнулись и спрос, и предложение. Потому что в силу мер локдауна разорвались технологические цепочки, значительная часть населения осталась фактически без работы. Об этом в продолжении интервью авторам раздела «Малый бизнес и пандемия» говорит эксперт в сфере социологии предпринимательства Александр Чепуренко. По его словам, нынешняя ситуация уникальна, и это не кризис, а то, что в современной литературе принято называть «черным лебедем». Он приплыл буквально ниоткуда, никто его не ожидал, и никто предыдущим опытом к такому явлению не был подготовлен. «Черный лебедь» плохо повлиял на малый бизнес в России, однако катастрофы, которую прогнозировали многие эксперты, не произошло. Как образно объясняет причину Александр Чепуренко, когда ты лежишь на уровне плинтуса, упасть и больно ушибиться невозможно. Он говорит, что в этой неблагоприятной ситуации в бизнесе остались две категории. Те, кто умеет даже в таких условиях выживать. «Вот мы положили асфальт, смотрим – через некоторое время трещины, а потом сквозь них пробивается какой-то росток. Значит, есть такие растения, которые умеют даже через асфальт пробиваться. Или те, кто находится в настолько безвыходном положении, что они по каким-то причинам – семейным, личным, каким угодно – не могут этот бизнес бросить. Остаются только эти. И те и другие повышенно устойчивы к разного рода угрозам и рискам, в том числе к пандемии», – объясняет Александр Чепуренко. В целом же, по мнению эксперта, в России в малом бизнесе дела неважные, но не такие катастрофические, как в странах, где этот сектор более развит, и не такие катастрофические, какими они представлялись в конце марта – начале апреля прошлого года.

Интервью с экспертом в сфере социологии предпринимательства о влиянии пандемии на малый бизнес

Маска и перчатки как оберег

Простейшие средства индивидуальной защиты, обязательные в столичном общественном транспорте, – это символы, а не сама защита. В новой к-Беседе антрополог и фольклорист, старший научный сотрудник РАНХиГС и РГГУ Ольга Христофорова говорит о том, что маска на подбородке – это скорее знак. Например, ее коллега Александра Архипова считает, что это знак лояльности к государству, а сама Ольга Христофорова смотрит на этот символический жест как на обережный. «Люди показывают полиции и окружению (и не исключено, что и самой болезни тоже), что они маску носят и в любой момент, в случае опасности, могут ее натянуть. Маска не просто «оружие на предохранителе», а еще и знак, что оружие есть, «не подходи ко мне». Можно, наверное, сказать, что у некоторых уже сформировалась индивидуальная привычка носить маску, без нее в людных местах неуютно», – рассуждает антрополог.

Беседа с Ольгой Христофоровой о мифологии пандемии в современном обществе

Представить на месте медика свою дочь

Переживания женщины, чья дочь, студентка медицинского университета, работает в ковидном госпитале, – в новом материале раздела «Медики и пандемия». Оксана Афзалова говорит, что даже не пыталась отговаривать дочь, потому что увидела в пандемии шанс, давший Диане возможность познакомиться со своей профессией. До ковида девушка безрезультатно пыталась устроиться на работу, получить хоть какой-то опыт, но ее, по словам матери, «отшвыривали из отдела кадров, потому что им не нужны студенты». Оксана Афзалова рассказывает о страхе за Диану, притом что она понимала: юный возраст дочери может спасти ее от тяжелого течения болезни. Но сильнее мать беспокоит не всегда корректное отношение пациентов к Диане, недоверие к ней как к молодому медику. «Диана как-то делала укол, и когда больная поняла, что это молодая девочка, сказала ей: «Уйдите от меня, я вас боюсь, вы студентка! Не смейте ко мне прикасаться, вы меня убьете!» Я даже не знала, как на это реагировать. Как матери мне захотелось пообщаться с этой женщиной. Люди же не ставят себя на место моей дочери, не думают, что и их ребенок может оказаться в такой ситуации», – рассказывает Оксана Афзалова.

Рассказ женщины о тяжелой работе ее дочери-медсестры и шансе реализоваться в медицине

Понравился обзор? Ставьте лайк, делитесь с друзьями и подписывайтесь на канал.

Читайте также:

Что делает компании антихрупкими и почему малый бизнес испытывает дефицит кадров

Как пандемия повлияла на общение россиян с близкими и друзьями и почему нельзя осуждать врачей, отказавшихся работать с ковидом