Кем был Орфей? Звук его имени напоминает нам о далеком прошлом. Замечательно, что этот мифологический полубог и сегодня воздействует на человечество. Современное искусство по-прежнему отражает его подвиги, и, может быть, оно будет в состоянии донести до нас хотя бы слабое понимание, что Орфей хотел сказать нам нечто большее, чем передается музыкой, поэзией и живописью.
Долгое время об Орфее было известно очень мало, за исключением того, что он, вероятно, был высоким посвященным из Фракии и смог пленить своим пением богов преисподней. Исторические находки были столь редки, что само существование Орфея ставилось под сомнение. Даже Гомер не сообщает нам ничего, кроме того факта, что фракийцами правили легендарные цари-священники, — одним из которых, вероятно, и был Орфей. Эдуард Шюре называет его сыном Аполлона, высоким фракийским священником, защитником Божественного Солнца, который принес нам универсальную истину. Орфей не «втискивал» истину в системы философского мышления, а выражал ее пением и стихами, которые глубоко затрагивали человеческий ум — и это эхом отзывалось в чистых эфирах. Инструментом Орфея была семиструнная лира, магическая «форминга».
Как играл на своем небесном инструменте Орфей? Семь струн соответствуют семи тонам божественной гармонии. С их помощью он, высокий посвященный, вызывал звуки Света изначального мира и привносил вибрацию чистых эфиров в наше поле жизни, в места, отличающиеся особой чистотой, где сердце могло быть настроено на более высокие вибрации. В таких местах клетки тела могли получить большую восприимчивость к звучанию новых эфиров, к орфическому пению. Таким образом, в человеке пробуждался новый орган чувств, новая способность, благодаря которой можно было уловить почти неслышные звуки мира Света. Это и есть пение Орфея.
Имя «Орфей» — духовное. Оно происходит от финикийского слова arpha, «тот, кто исцеляет Светом». Звучанием Света он заставлял умолкнуть наши низшие вибрации: «укрощал диких зверей», открывая систему человека для чистых эфиров новой жизни. В этом и состоит наше исцеление.
Мистериальное орфическое учение никогда не было записано. Однако в результате открытий доисторических культовых мест, а также археологических раскопок в Болгарии, мы можем реконструировать фрагменты фракийского культа Орфея. Ученые выяснили, что этот культ был записан кодом образов и орнаментов.
Мы узнали об изображенной на бесчисленных скалах Великой Богине-Матери, хранительнице божественного могущества, которое раскрывается посредством жертвоприношения.
На вазе, посвященной Дионисиям, изображена захватывающая сцена божественного жертвоприношения, связанного со смертью и воскресением. Легендарный фракийский Телец, символ Божественного Солнца, приносит себя в жертву, проливая свою дарующую жизнь кровь, божественное излучение, которое вливается в лоно земли. Над этой сценой возвышается сидящая на троне Великая Богиня-Мать. В этом действе Бог-Телец умирает, но благодаря всемогуществу Великой Богини возрождается ее сыном. Богиня держит двух ручных собак: две движущие силы природы. Орфей, посредник и учитель, произносит Слово, которым призывает чистое поле Божественного мира Матери. То, что в древних мифах называется «Орфеем», является силой, которая может наделить человека восприимчивостью к святым эфирам Матери жизни, хранительницы. Поэтому божественное жертвоприношение может совершиться и в человеке — если он, в свою очередь, принесет себя в жертву.
Говорят, что Фракией звали нимфу. Она знала мелодии, с помощью которых могла или исцелять, или насылать болезни, в зависимости от того, какое лекарство было необходимо. В ее честь названа страна — Фракия (ранее она называлась Перке). Это имя означает скалу, остроконечную вершину, камень. Так же звали и Богиню-Мать, воплощение Чистой Сущности, в которой мог вспыхнуть Дух-Огонь. Ей поклонялись как глубокой пещере и высокой горной вершине. Даже в наши дни Фракия и Фригия усыпаны каменными монументами и тронами, алтарями и скальными расселинами. Эти свидетели союза Света и Материи служили также местами рождений и захоронений.
Такие каменные свидетели составляют большую группу доисторических мегалитических памятников, которыми выражали почитание Святого камня, содержащего кристаллизованную божественную мелодию. Мегалитические сооружения в виде каменных кругов, дольменов, менгиров, тронов, лестниц, расщелин и алтарей находят от Индии до Англии. Поэтому повсеместно и сам обработанный камень, и обработку камня как таковую относили к ритуальным священнодействиям, которые несли весть о том, что Божественная сила мистериального строения (мистериальной архитектоники) материи действует. Эта сила ждет момента, когда божественный герой придет и освободит своим пением кристаллизованную мелодию. О ней звучат слова Евангелия от Фомы: «Расщепи дерево, Я — там. Подними камень, и найдешь меня».
Во всех мистериях упоминается также и другой тип героя, который должен пройти сквозь темные бездны земной жизни, чтобы вновь обрести потерянные и забытые силы Света, чтобы оживить их на внутреннем плане. Так ищущий становился воином, который вынужден будет сражаться с самим собой до тех пор, пока не поймет, что необходимо сдаться Свету. Тогда он ясно осознает, что должен принести в жертву свое собственное существование, свою жизнь, чтобы в нем смогли действовать вновь обретенные вечные силы. Результат такого жертвоприношения — трансфигурация. Некогда воин, теперь он побежден божественной волей. Он ощущает вечную жизнь, которая освобождается в нем, если старое существо будет разбито.
Во Фракии горы и Мать. Жизни, которая трансформировала силу Света в Божественный Огонь, были нераздельны. Огонь назывался ее Сыном Аполлоном-Дионисом. Оба этих аспекта представляли одно и то же Божественное Существо.