Уважаемый Владимир Владимирович!
29 июля 2018 года Вами был подписан Закон о создании судов апелляционной и кассационной инстанции. Понятно, что намерения были благими, хотелось сделать хорошо, но вышло по универсальной формуле незабвенного Виктора Степановича Черномырдина. Средства потрачены, а эффект – как всегда.
Например, на строительство дворца 8 кассационного суда общей юрисдикции в г. Кемерово ушло 3,6 миллиарда рублей. Во дворце разместили сотню судей с годовой зарплатой 3 миллиона рублей. У каждого судьи помощник, в каждом заседании секретарь суда, в здании трудится штат обслуживающего персонала. Дворец нужно обогреть, осветить, обеспечить водой и, простите, системой канализования того, во что любой человеческий организм – в том числе и организм судей высшей квалификационной категории – превращает продукты питания. Тем более, что на судейскую зарплату можно питаться вполне достойно.
Не видел смету, но не удивлюсь, если расходы на зарплату и функционирование здания суда сопоставимы со стоимостью строительства.
Это вложения. А что на выходе? Лакировальная мастерская. Очень дорогая, единственная функция которой полировать решения нижестоящих судов. Даже откровенно ошибочные.
Это Восьмой суд. А всего их девять.
Между тем, суды апелляционной и кассационной инстанции, по определению, не могут объективно рассматривать апелляционные и кассационные жалобы. Это касается как гражданского, так и уголовного судопроизводства.
Почему?
1. Согласно 327 ГПК РФ и ст. 289.13 УПК РФ заседание суда открывает Председательствующий, затем выступает судья-докладчик, далее заслушиваются объяснения лиц, явившихся в судебное заседание, после чего начинаются прения. Т.е. идёт судебный процесс, аналогичный процессу первой инстанции. Только выделятся на все процедуры, включая так называемое «удаление суда в совещательную комнату» 15 минут. В кассации – 10 мин. Формально вопрос: « У сторон есть ходатайства и дополнения?» задаётся. Но любая попытка дополнить или заявить ходатайство натыкается на универсальную формулировку: «Это суду известно» даже в том случае, когда суд демонстрирует полное незнание материалов дела. Иначе говоря, гласного судебного процесса, как такового, нет. Есть кулуарное, заранее вынесенное решение.
2. Деятельность судов апелляционной и кассационной инстанции направлена, в первую очередь, на защиту ведомственных интересов и репутации коллег. К суду это не имеет ровным счётом никакого отношения.
Читать на ЛитРес
Признать ошибку коллег решается лишь Верховный суд. Да и то не всегда. Подавляющая часть Определений апелляционной и кассационной инстанции являются формальными отписками.
К сожалению, в современной российской системе управления искусство отписки ценится выше искусства принятия решений.
Исходя из изложенного выше, считаю, что содержать дорогостоящий аппарат, не несущий, кроме декоративной, никакой иной функции, бессмысленно и накладно. С тем же успехом можно в арендованных помещения посадить тридцать клерков с зарплатой 30 тыс. рублей в месяц, снабдить их печатями «Отказать» и правом подписи. Эффект тот же, а экономия средств налицо.
В связи с чем, прошу Вас рассмотреть вопрос целесообразности функционирования судов апелляционной и кассационной инстанции вообще, либо об изменении требований к ним, регламента их работы и жёсткой ответственности судей за качество вынесенных судебных актов.
С уважением, А. М. Глущук