На самом деле людей, находившихся в опасной зоне, где в 1953 году проводились испытания водородной бомбы, заранее эвакуировали. Однако, как рассказал через много лет некто Талгат Слямбеков, 40 жителей аула Караул «забыли». Только потом люди поняли, зачем их оставили. Впрочем, многие детали этой истории вызывают у историков сомнения.
Термоядерная гонка
Работы по термоядерной программе были начаты в СССР еще в 1945 году. Однако деятельность как Советского Союза, так и Америки в этом направлении особенно активизировалась в 1949 году. Дело в том, что именно тогда, как пишет У.Л. Лоуренс в своей книге «Люди и атомы», американский президент Трумэн объявил о том, что 23 сентября русские провели испытания ядерной бомбы. В январе 1950 года Трумэн издал приказ, которым предписал продолжать работу над водородной бомбой. В 1952 году труды ученых США увенчались успехом: термоядерная бомба прошла первые испытания. Правда, эти испытания представляли собой взрывы наземных устройств, занимавших огромные территории.
А вот советская водородная бомба РДС-6, разработанная командой ученых под руководством физиков Андрея Сахарова и Юлия Харитона, была более компактной, а потому оказалась первой в мире бомбой, пригодной для военного применения. По крайней мере, так утверждает Софья Бенуа, автор книги «Достижения в СССР». Бенуа пишет о том, что РДС-6 была взорвана на Семипалатинском полигоне в августе 1953 года. Вот только перед этим событием среди ученых, работавших над бомбой, поднялась паника. Оказалось, что исследователи были так увлечены созданием оружия, что совсем позабыли рассчитать масштабы разрушений. В последний момент на это обратил внимание один из сотрудников.
Эвакуационные «потери»
Снова закипела работа, в результате которой, как пишет Леонид Млечин в своей книге «Загадки и тайны холодной войны», выяснилось, что опасная зона обширна и из нее следует эвакуировать десятки тысяч человек. Для этой цели в эксплуатацию было введено 700 военных грузовиков. Андрея Сахарова очень заботил вопрос о том, как перенесут дорогу в открытых грузовиках женщины, дети, старики, больные. Однако, по словам Млечина, Александр Василевский, который являлся военным руководителем испытаний водородной бомбы, порекомендовал Сахарову не беспокоиться. Как заявил Василевский, любые армейские маневры влекут за собой человеческие жертвы, в среднем погибают 20-30 человек. «Испытания гораздо важнее» — заключил военачальник.
О том, были ли какие-то «потери» среди населения во время эвакуации, Леонид Млечин не сообщает. Однако, как утверждало издание «Народный депутат» (Известия, 1990 год), организаторы испытаний «забыли» о жителях небольшого аула Караул, располагавшегося на склоне невысокой сопки. В момент испытания водородной бомбы в ауле осталось 40 человек. Инвалид Великой Отечественной войны Талгат Слямбеков не отрицал, что за 5 дней до взрыва в аул прибыли военные. Военнослужащие в спешном порядке приступили к эвакуации людей и скота. Они вывезли их из Караула за 250 километров. Люди же получили подъемные в размере 500 рублей. Но 40 жителей не эвакуировали. Слямбеков уверенно заявлял, что их оставили в качестве подопытных кроликов.
Правда или лжесвидетельство?
В издании «Простор» (1989 год) говорилось о том, что «эксперимент» продолжался 2 часа, после чего жителей аула Караул отправили на обследование в Семипалатинский диспансер No 4. Талгат Слямбеков настаивал: «Нам никто не сказал тогда, что мы по чьей-то недоброй воле стали подопытными в неслыханном по жестокости эксперименте. Оставшиеся в живых узнали это только через 36 лет. Многих из тех сорока уже нет в живых, а остальные стали никому не нужными инвалидами». Первый из 40-ка умер спустя 8 лет после испытания водородной бомбы от «загадочной болезни», сведения о которой, по словам авторов издания, могут хранить архивы Семипалатинского диспансера. На момент интервью со Слямбековым из жизни ушли уже 35 человек.
Однако не все поверили в эту историю. Так, Владимир Фомичев в своей книге «Пульс Тушина» называет авторов данной информации «политическими интриганами, выступающими за отказ от обеспечения безопасности» страны, и «вводящими в заблуждение все и вся». По словам Фомичева, на каждый взрыв имелось отдельное Постановление Совмина СССР и испытания осуществлялись под контролем создаваемой Правительством компетентной комиссии. К тому же Талгат Слямбеков, выступавший, в том числе и на митингах, элементарно путал даже дату испытаний: он говорил о том, что взрыв произошел 5 августа, однако на самом деле это случилось 12 августа. По перечисленным выше причинам показания некоего Слямбекова Фомичев считает лжесвидетельством.