В декабре 1975 года инженер фирмы Kodak Стив Сассон (Steve Sasson) совершил технологическую революцию — создал первую цифровую фотокамеру.
Революционным в этой камере было то, что изображение не создавалась при помощи «бомбардировки» фотонов пленки, а считывалось со светочувствительного сенсора и писалось на носитель.
Первая цифровая камера Eastman Kodak весила 3.6 кг. Она состояла из нескольких десятков плат и кассетного проигрывателя прикрепленного сбоку. Все это работало от 16 никель-кадмиевых батарей.
Тяжеленький аппарат, не правда ли? Снимать на такое, было невозможно, как любителям, так и профессионалам, однако этот экземпляр имел большое значение для ученых.
Разрешение видеокамеры составляло всего 0.01 Мегапикселя (10 тыс пикселей, или приблизительно 125 х 80 пикселей). На создание одной черно-белой фотографии, цветные камера делать не умела, уходило 23 секунды, и они хранились на магнитной кассете.
Для воспроизведения фотографий они считывались с кассеты и выводились на обычный черно-белый телевизор.
Это несовершенное устройство обладало главным преимуществом цифрового фотоаппарата — оно не нуждалось ни в фотопленке, ни в фотобумаге. Но тогда это преимущество казалось странным. По словам Сассона, ему задавали вопросы: «Кому вообще может понадобиться смотреть фотографии в телевизоре? Где он будет их хранить? Как ты себе представляешь электронный фотоальбом? Возможно ли сделать технологию удобной и доступной массовому потребителю?»
Увы, тогда изобретатель не нашелся, что ответить скептикам. За него это сделало время…
Несмотря на то, что технология не смогла использоваться для фотографии, она все-таки нашла ограниченные сегменты применения.
В 1976 Fairchild выпускает первую коммерческую электронную камеру MV-101, которая была использована на конвейере Procter&Gamble для контроля качества продукции. Это уже была первая, полностью цифровая камера, передававшая изображение в миникомпьютер DEC PDP-8/E по специальному параллельному интерфейсу
В конце 1980-х, начале 1990-х компании Canon, Nikon, Sony, Olympus и другие начинают выпускать цифровые фотокамеры, ограниченными партиями на рынок.
В 2000-2002 годах, компактные цифровые камеры (так называемые «мыльницы») становятся доступными для широкого потребителя.
2003 Начало выпуска Canon EOS 300D – первой доступной по цене широкому кругу фотографов зеркальной цифровой фотокамеры со сменными объективами. Благодаря этому факту, а также выпуску аналогичных камер другими производителями, произошло массовое вытеснение плёнки не только из среды непритязательных любителей и профессионалов, но и среди «продвинутых» любителей, до этого относившихся к цифровой фотографии довольно прохладно. Пленка была побеждена навсегда.
Вот видите, какой долгий путь лежит между собственно революцией и её рассветом, моментом, когда технология раскрывается полностью и без остатка вытесняет старое.
А как же происходят революции в обществе? Есть что-то общее, между технологическими революциями и сменами общественно-экономических формаций? Конечно!
Первые наброски цифровых записывающих устройств появились задолго до 1975г., также как революционная теория возникла до парижской коммуны — первой серьезной попытки реализовать теорию на практике.
Коммуна просуществовала 72 дня и не смогла устоять под напором капиталистов, также как и камера Стива Сассона не смогла даже близко тягаться качеством изображения с пленочными фотоаппаратами. Но это создало прецедент, для развития, для улучшения в дальнейшем.
Советский Союз просуществовал 74 года, он перевернул весь ход истории двадцатого века, заставил капиталистов из развитых стран серьезно улучшить благосостояние рабочих, пойти на уступки и внедрить элементы планирования.
Точно также, производители пленочных фотоаппаратов уменьшали цены, улучшали эргономику в 90-х, потому что производители «цифры» поддавливали…
Но потом, пришла третья волна, Canon 300D и аналоги других фирм, похоронили пленку в 2003г. У нее не осталось не единого шанса вернуться, она проиграла по всем параметрам!
Стоит понимать, что между революцией и её рассветом проходит не мало времени. Как для науки и техники, так и для общества это общий признак.
Вспомнить хотя бы Английскую революцию 1640-1660г., которая дала толчок стремительному развитию светского образования, науки, всеобщему доминированию капиталистических отношений. Но все плюсы революции реализованы в полный рост были лишь в 1750-1850гг. сделав Англию промышленным гигантом и огромной империей.
Но есть и различия. В отличие от технологических новшеств, где открытие и применение новой технологии проходит более или менее гладко, в общественно-экономической области открытие и применение новой системы, новой формации, задевающей интересы отживающих сил общества, встречает сильнейшее сопротивление со стороны этих сил. Тем самым существенно замедляется внедрение в жизнь новых, более прогрессивных общественных отношений.
Когда инженеры Sony или Canon совершенствовали свои цифровые камеры в уже далеких девяностых, к ним по ночам не проникали «пленочники» из Kodak, не портили им оборудование, не поджигали лабаратории и предприятия.
Хотя возможно, такие мысли и приходили и приходят на ум неудачникам капиталистам, которые не поспевают за временем и проигрывают в конкурентной борьбе. Но здесь, буржуазное государство стоит на страже интересов класса. А в интересах класса постоянное технологическое совершенствование, разработка новых товарных групп для получения новых прибылей.
В разработке и претворении в жизнь новой общественно-экономической формации отживающий класс делают все, чтобы этого не допустить, так как это идет в разрез с его интересами, хоть и полезно для дальнейшего развития общества в целом.
Истории известны множество контр-революций, которые поворачивали если не полностью, то частично завоевания революции в спять.
Поэтому задача революции общественной более сложна, поэтому нужна сила, общественная сила, способная преодолеть сопротивление отживающих классов.
Мы с вами и пытаемся научиться быть этой силой.
И как от ученых Японии зависело, как быстро пленочные фотоаппараты вымрут и уступят место цифровым, так и от нас зависит, насколько быстро капиталистическая система отправиться в музей истории и уступит место новым, более эффективным, более прогрессивным общественным отношениям.