В разгар зимы 1941-1942 года советский разведчик Плаксюк Николай Харитонович выявил расположение аэродрома, на котором сотрудники Полтавской школы абвера при штабе группы армий «Юг» обучали своих агентов и диверсантов, прыжкам с парашютами.
Плаксюк встретился с командиром местного партизанского отряда Григорием Беспалько и предложил ему разгромить аэродром. Беспалько запросил Центр, оттуда дали добро на проведение данной операции (смотри публикацию «Найти объект»).
Операцию было решено провести в ближайшее воскресенье. Отряд был разделен на три боевые группы. Перед каждой была поставлена боевая задача. Но… при подходе к аэродрому выяснилось, что предполагаемый план действий никуда не годится.
Вокруг аэродрома во все стороны тянулась безлесая степь, укрытая снежным покровом. В единственной невысокой посадке обосновались немцы. Здесь партизанские разведчики насчитали не менее четырех разборных ангаров. Стало понятно, что охрана аэродрома насчитывает не менее взвода. Солдаты охраны имели нескольких сторожевых собак. То есть, подобраться незамеченными к аэродрому не получится, а идти в лоб – означало положить людей.
Стали думать, что делать. День думали и наблюдали, второй… а решения все не было.
Решение к Беспалько пришло внезапно, после случая, свидетелями которого стали партизаны из дозора, и о котором они рассказали своему командиру.
Дозорные наблюдали, как по дороге, занесенной большим количеством снега, с трудом передвигались розвальни с громадной копной сена. Правил лошадью четырнадцатилетний парнишка. Сзади на дороге появился вездеход охраны аэродрома и в этот момент розвальни занесло и они перегородили дорогу. Пытаясь освободить дорогу для проезда немцам, парнишка начал дергать веревочные вожжи, где-то ошибся и лошадь завалила розвальни на бок, полностью перекрыв проезд. Вместо того, чтобы попытаться как-то сдвинуть розвальни и сено на обочину дороги, парнишка испугался, что немцы его отлупят, и бросился спасаться бегством в степь. В результате получил пулю.
Партизаны вмешиваться не стали, так как у них был жесткий приказ: только наблюдать – себя не обнаруживать. Когда немцы уехали, партизаны подобрали убитого и принесли его в отряд.
Во время их рассказа к Григорию Беспалько пришло решение проблемы.
К вечеру трое саней были загружены сеном. В санях под сеном залегли пулеметчики. Сани остановили на дороге, ведущей к Полтаве, в трех километрах от аэродрома. По бокам от дороги в сугробах расположились автоматчики с гранатами.
Четверо разведчиков в масхалатах с двумя ручными пулеметами получили задание подобраться по снегу против ветра почти вплотную к ангарам.
Все это проходило в субботу, пока учащиеся школы абвера, прибывшие на аэродром еще засветло, учились прыгать с парашютом.
В конце дня две крытые машины с курсантами школы покинули аэродром.
Когда грузовики с курсантами нагнали обоз с сеном, то первый грузовик отчаянно сигналя, не успел полностью затормозить и врезался в последние сани. Из кабины грузовика выпрыгнул обозленный немец, чтобы разобраться с возчиком. И тут передние сани разъехались веером и с нескольких сторон по грузовикам ударили пулеметы и автоматы. Со стороны аэродрома также донеслась стрельба. Это по охране, которая высыпала из ангаров, чтобы прийти на помощь своим, ударили пулеметы. А вскоре к аэродрому подкатили сани с партизанами, вооруженными пулеметами и автоматами.
К утру партизаны были уже далеко от разгромленного аэродрома.
Пятерых «курсантов» взяли в плен. Допросили. Их показания по рации передали в Особый отдел Юго-Западного фронта. Чтобы не морочиться с переправой курсантов через линию фронта – слишком мало знали – отправили куда следует.
На следующий день фельдфебель, который приехал за пайками для школы, получил на складе на двадцать три пайка меньше, чем обычно. В том числе отказался от двух офицерских пайков. Сколько было убито охранников аэродрома Плаксюку выяснить не удалось.
(Источник: М.А. Белоусов)