Мама приходит с работы,
Мама снимает боты,
Мама приходит в дом,
Мама глядит кругом.
- Был на квартиру налёт?
- Нет.
- К нам заходил бегемот?
- Нет.
- Может быть, дом не наш?
- Наш.
- Может, не наш этаж?
- Наш.
Просто приходил Серёжка,
Поиграли мы немножко.
Знакомо ведь? Конечно. Мои дети расшвыривают игрушки по всему дому, а у нас в детстве такого количества игрушек не было. Поэтому выкручивались как могли.
Прежде всего, мы с подружками всегда, всегда строили домики.
Сейчас в продаже куча всяких домиков для детей, но мы сооружали их сами, ведь большая доля удовольствия была именно в самом этом строительстве. . Накрытый сдернутыми с кроватей и диванов покрывалами стол — это лайт-вариант, совершенно детский и неинтересный. Ну в самом деле, что может быть проще и неоригинальней такой конструкции? Да там же теснотища будет, как в коммунальной квартире! Поэтому мы шли другим путем. В маленькой комнате, где друг напротив друга стояли тахта и кровать, сооружался даже не домик, а великолепный домина. Возле окна ставилась гладильная доска, за нее цеплялось покрывало, потом еще покрывало, еще и еще, подушками и вытащенными из шкафов стопками книг они закреплялись на кровати и тахте, на спинках притащенных из большой комнаты стульев... В итоге получался роскошный особняк для игр, с таинственным полумраком внутри. Мне особенно нравилось, когда ближе к окну были натянуты два красных одеяла, из-за них полумрак внутри приобретал удивительно розоватый оттенок. Когда домик был готов, мы затаскивали туда всё нужное для игры - то в куклы, то в больницу, то в школу. Обязательно притаскивались тарелки с сухариками, в душноватом полумраке домике хрустеть ими было необыкновенно вкусно. Соответственно, от одной только постройки домика в квартире воцарялся чудный кавардак (содранные с кроватей/диванов покрывала и одеяла, вытащенные из шкафов стопки книг и далее, далее, далее... Мне всегда влетало за этот наведенный беспорядок, с основным аргументом: "Идите к девочкам и там у них всё на уши ставьте!", а я искренне не понимала - а что такого мы делали? Взяли подушки и покрывала - так уберем всё на место потом.
Со стопками книг обязательно играли в "колдуна" — эта игра неизменно пользовалась успехом и потом, во время учебы и в школе, и в университете. Игра эта явно происходит от старинного святочного гадания на Евангелии, когда девушки загадывали желание, а также страницу и строку, на которой можно посмотреть ответ. В отличие от пресловутых девушек мы брали просто стопку любых художественных книг и начинали играть. Выбранный "колдун" усаживался в охапку со стопкой книг, и ему начинали задавать вопросы,серьезные, несерьезные, дурашливые, идиотские, какие угодно. Колдун же с серьезнейшим видом открывал книгу на любом месте и зачитывал вслух первую попавшуюся строчку в качестве ответа на вопрос. И все хохотали, потому что в 99% случаев вопрос с попавшимся ответом категорически не сочетались. Рекомендую опробовать сию забаву в ближайшие праздники — обещаю, будет весело. Главное, соблюдать серьезность "колдуну" - так веселее.
С книгами была еще связана моя любимейшая игра. Хотя игрой это назвать сложновато... В общем, дома у нас были две огромных книги — "Кулинария" и "Книга о вкусной и здоровой пище", старые, с цветными иллюстрациями-вклейками.
Вот с этими самыми вклейками и была связана игра. С подружкой мы бросали жребий, какая кому достанется сторона, правая или левая. И начинали листать цветные вклейки, "обедая". Еда, изображенная на "твоей" странице была твоим угощением, ты могла "есть" ее сама, или угостить подружку. Да-да, голодные 90е годы... А после обеда еще можно было долго сидеть и листать подарочные фотоальбомы и книги с репродукциями, фотографии Байкала, Сибири, знаменитых строек ГЭС в Богучане, Усть-Илимске и Братске, "Золотого кольца России", репродукции картин из Третьяковки и разных усадьб-музеев. Разглядывать мельчайшие детали на фотографиях и картинах, придумывать свои истории, спорить, какая из комнат очередной "царской" усадьбы красивее. Часами так могли сидеть.
Еще мне очень нравилось мыть хрусталь в шкафу, да, именно в порядке игры, при том, что мыть посуду я никогда не любила. В большой комнате у нас стоял шкаф, все полки которого были забиты посудой: хрустальные рюмки-графины бокалы сверху, салатники посередине, чайные наборы в самом низу. Я пододвигала стол, застилала клеенкой и мыла этот хрусталь, выставляя его на стол в строгом порядке: графин с его красивой ограненной "алмазной" пробкой становился царем, вокруг выстраивались фрейлины: перевернутые рюмки так напоминали тонкие талии и пышные кринолины придворных дам, салатники становились каретами и прочим. Большой стол в итоге заставлялся весь от края до края, превращаясь в сказочный королевский замок. И убиралась в шкаф вымытая посуда, конечно, в строжайшей очередности, сначала на "верхнем этаже" (самой верхней полке) "трон" — хрустальный поднос, на который ставился графин-"царь", в окружении солдат, маленьких и пузатых, крошечных пивных кружек... Последними в замок въезжали чайные наборы и .. сказка заканчивалась, шкаф закрывался, превращаясь из волшебного замка в обычный шкаф с посудой. Ерунда, конечно, но вспомнить ах как приятно!
Играли, конечно, в больницу и парикмахерскую. Поскольку мама-бабушка медики, дома было полно всяких околомедицинских штучек, фонендоскопы, лопаточки для осмотра горла, банки, скальпель даже где-то валялся.. Всем этим и играли, кроме скальпеля. Разводили корвалол (капля на стакан) и пили как лекарство, банки-горчичники ставили. Я лично сделала кучу внутримышечных инъекций куклам и паре плюшевых животных. Куклы переносили процедуры стоически, а набитые опилками и прочей шелухой мишки-собачки резко грустнели и начинали загнивать — совсем как капитализм... Однажды, прочитав в журнале "Крестьянка" отрывки из какого-то западного романа акушерской направленности, играли не просто в больницу - а в роддом: старательно изображали схватки, старательно орали и апофеозом - вытаскивали торжественно спрятанного на пузе под одеждой пупса. После чего вставали, поправляли одежду, чинно говорили "доктору" спасибо" и шли "домой".
Парикмахерской всегда было трюмо, стоявшее в спальне. На нем громоздилась куча флакончиков, расчесочек, помад и прочее косметическое барахло, так что играли мы не только в парикмахерскую, но и в косметический салон. Пришедшей посетительнице делали прическу, по полным правилам макияж (полные правила макияжа регулярно печатались в приложениям к журналам "Работница" и "Крестьянка"), а потом еще подбирали бусики из тех, что висели на зеркале. Краса получалась — глаз не оторвать! Точь-в-точь, как в старом "Ералаше", когда двое грабителей с воем несутся из квартиры, где они встретили страшно размалеванную девочку. Особенно, когда на "парикмахера" нападало вдохновение, и он старался сделать покрасивее. Ну-ка, вспомните макияж девяностых? Синие тени под бровь, лиловые румяна полосками на скулах, помада "вырвиглаз"... Да, мы стремились именно к этим идеалам! Жаль, жаль, что тогда нельзя было фотографировать с такой легкостью, как сейчас, посмотреть бы и поржать...
В прятки и жмурки играли еще, конечно, причем играть было абсолютно не скучно, хотя казалось бы: ну сколько мест для пряток может быть в двухкомнатной хрущевке? А играли с удовольствием. В "жмурки" играть было, конечно, в этом плане интереснее — потому что если в прятках достаточно было осмотреть несколько всем знакомых мест, то в жмурках оставался простор для творчества — под стол, на стол, на книжные шкафы (!), в туалете так вообще упирались ногами в одну стенку, спиной в другую и так прятались под потолком аки человек-паук... Часто я ходила в гости вместе с бабушкой, у ее подруги. У той было двое внуков, другие бабульки тоже приводили своих и собравшейся компании мы, конечно, мешали. И мы уходили играть в жмурки в подъезд. Вот там уж действительно было раздолье и непередаваемое удовольствие — от водящего можно было тихонько бегать по лестницам, перелезать по перилам, карабкаться на подоконники. Мы шумели, не без этого — как может не шуметь носящаяся и галдящая в подъезде ребятня? Но нам практически никто и никогда не делал замечаний. В 93-94, кажется, мама забрала меня на пару лет к себе в Ангарск, где она несколько лет жила и училась. В нашем подъезде помимо нас было еще несколько семей с детьми — Канохины с двумя девочками-погодками,Ромка с первого этажа, Леша с четвертого, Катя с пятого... Они каждый вечер играли в подъезде, удивительно чистом и теплом. Я завистливо прислушивалась, и мама как-то выглянула к ним и попросила принять меня в игру. И мы начали беситься уже вместе. Играли в "рыцарей" и "кочевников: рыцари сидели на площадке пятого этажа, отгораживая вход в свою "башню" опущенными воротами (сброшенной с площадки вниз катушкой ниток). Кочевники с гиканием носились по подъезду и строили коварные планы по захвату башень. Мне, помнится, выпало первоначально стать кочевником, но потом Ромка - главный рыцарь - захватил неопытного кочевника в плен и я стала рыцарем. Играли и в жмурки, конечно.
Про настольные игры напишу в следующий раз.
Другие посты про наше детство - в подборке по ссылке