Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Бумажный Слон

Путь

В начале была Эйфория. Продлилась недолго, всего лишь несколько дней. Сопровождалась непрерывными толчками в плечо – словно кто-то настойчиво просил оглянуться. Но я не желал оглядываться, ведь Эйфория сидела напротив и улыбалась. И я улыбался в ответ. Нравилось это легкое и пьянящее ощущение свободы. После нескольких дней настойчивого постукивания по плечу, оглянулся. Передо мной стояла Тоска. Смотрела с укором, а я боялся заглянуть в  глаза, все время отводя взгляд. Она же смотрела: ощущал её глубокий и проникновенный взгляд всем нутром. Тоска наполняла, тревожила. Спустя дни позади Тоски вдруг появилось Сожаление. Стояло переминаясь с ноги на ногу, опустив голову, отчего я никак не мог разглядеть лица. Были ли у Сожаления глаза, так и не увидел. Позже появилось Раскаяние. Твердо стояло на своем месте, смотрело с упреком, но без презрения. Нам предстоял долгий путь, поэтому я решительно направился к Раскаянию, чтобы преодолеть этот путь вместе. Но когда осталась лишь доля секунды до

В начале была Эйфория. Продлилась недолго, всего лишь несколько дней. Сопровождалась непрерывными толчками в плечо – словно кто-то настойчиво просил оглянуться. Но я не желал оглядываться, ведь Эйфория сидела напротив и улыбалась. И я улыбался в ответ. Нравилось это легкое и пьянящее ощущение свободы.

После нескольких дней настойчивого постукивания по плечу, оглянулся. Передо мной стояла Тоска. Смотрела с укором, а я боялся заглянуть в  глаза, все время отводя взгляд. Она же смотрела: ощущал её глубокий и проникновенный взгляд всем нутром. Тоска наполняла, тревожила. Спустя дни позади Тоски вдруг появилось Сожаление. Стояло переминаясь с ноги на ногу, опустив голову, отчего я никак не мог разглядеть лица. Были ли у Сожаления глаза, так и не увидел.

Позже появилось Раскаяние. Твердо стояло на своем месте, смотрело с упреком, но без презрения. Нам предстоял долгий путь, поэтому я решительно направился к Раскаянию, чтобы преодолеть этот путь вместе. Но когда осталась лишь доля секунды до Раскаяния, передо мной вдруг появились Гордость и Глупость. Гордость была стройна и строга - этакий образ суровой мадам. Окинула циничным взглядом всего лишь раз, и больше даже не посмотрела в мою сторону. Глупость же напоминала толстую и уродливую тетку в старом халате. Противно хихикала и крутила толстым пальцем у виска. В начале я замешкался, не зная, что  делать с этой парочкой, преградившей путь к Раскаянию. Совсем скоро высокомерие, которым несло от Гордости, начало раздражать, не менее, чем глупые и нервные смешки Глупости. И тогда возник Гнев. Сильный, могучий, всепоглощающий. Он смял эту парочку, словно лист бумаги, и отбросил жесткий комок в сторону. Я бы мог поднять его и расправить, но Раскаяние остановило, протянув руку, призывая продолжить путь. Распрощавшись с Гневом, сделал шаг к Раскаянию. Ощутив легкость, с уверенностью продолжил движение.

Покаяние встретило  открытым взглядом бездонных глаз. Я смог разглядеть каждую черту лица. Оно помогло вернуться к началу, осознать ложность Эйфории и закономерность следующих попутчиков. Улыбаясь, пошел дальше, ведь мне предстоял еще долгий путь. С самим собой.

Автор: Renata

Источник: http://litclubbs.ru/articles/8918-put.html