Часть четвертая или Большая ли разница между грузчиком и ведьмой
- Разную дичь видела, часть даже сама творила, но чтоб такое - первый раз! - прохрипела Елисавета, сглатывая подступивший к горлу ком. Паукообразное существо с петушиной головой и кошачьими ушами с усиками по-птичьи смотрело на ведьму и переминалось пушистыми тарантульими лапками на краешке котла. Елька спохватилась - горшок-то горячий! - и бесстрашно подставила ладонь. Монстрик неловко плюхнулся ей в руки и заурчал, как котенок.
Первым чувством Ельки от контакта с чудиком - назвать его чудовищем язык не повернулся после такого премилого мурчания-стало недоумение. Впрочем, быстро сменившееся на умиление. Девушка с детства обожала страшилки, да не какие-нибудь, а старые, напитанные ужасом и кровью легенды. Про призрака Берии, что похищает девушек, про душу Стрельца-опричника и крыс-мутантов в московской подземке. Искать последих даже ходила с диггерами, но нашелся лишь старый бомж Валерий. Он любезно предложил испить пива и побеседовал с Елькой о преимуществах голубиного мяса над крысиным. Это событие несколько сгладило разочарование ведьмы по поводу отсутствия грызунов людоедов.
И вот теперь на ее руке сидит и мурлычет пусть и маленький, но вполне реальный хтонический ужас. Елька страшно собой гордилась:еще бы, первое по-настоящему Черное творение!
- Босей тебя назову! Будешь тусить со мной вместо кота. - решительно сказала монстрику она.
Но, как говорится, не время было тусовать, ибо погибель страшная пришла в деревню. Она посадила виноградо-птице-паука на стол и продолжила колдовать над котлом. Вскоре возле ног ведьмочки крутилось не меньше десятка самых невообразимых тварей с великих полотен великого Босха. Тут были и саранча с почти человеческим лицом и лошадиным телом, и птицы с собачьими ушами и воронками в неподходящих (но это не точно) местах, и тюльпанообразная сова верхом на человеческой многоножке. Стоаховидла пищали, шипели и плевались искрами адского пламени, а над всем этим в клубах вонючего серого дыма плавало закопченое лицо Ельки. Ведьма явно вошла в раж - все новые и новые существа лезли из бездонной молочной гущи...
По елькиным рассчетам магия молока уже давно должна была иссякнуть, но мир вокруг словно ускоренно перематывался - девушка уже не успевала вынимать и рассаживать чудищ. И странное ощущение непрекращающегося дежавю не покидало елькины мысли.
От начала ритуала прошло всего десять минут, но черноволосая магичка ощущала себя так, словно 3 часа подряд разгружала вагоны. Она устало потерла перемазанной в саже рукой лоб и оглядела свою армию. Пол под ее кожаными туфельками шевелился от разнообразной дряни. Удовлетворенно кивнув, Елька осторожно прошла к двери и выбила створку с криком:
- За мной, дети мои! - и вылетела в ночь...
Демиург Абраксас проглотил последние крошки сырного попкорна (замечательное изобретение человечков) вытер пальцы о хитон и снял планету с повтора. Определённо, любимый сериал радовал этого космического сценариста.
Продолжение следует.