По сообщению ряда региональных СМИ в Саратовской области будет закрыто 27 территориально-обособленных рабочих мест межрайонных инспекций ФНС России. С 1 июля по 20 сентября ожидается плановое закрытие отделений в Аркадаке, Хвалынске, Марксе, Новоузенске, Красном Куте, Красноармейске, поселках Духовницкое, Турки, Ивантеевка, Горный и так далее.
Как пояснили в пресс-службе УФНС региона решение было принято в целях повышения эффективности налогового администрирования и оптимизации системы управления. Пугачева в списке нет, но слухи о переводе Межрайонной ИФНС России № 6 по Саратовской области в Балаково ходят давно, так что – кто знает.
Населению и предпринимателям рекомендовано пользоваться МФЦ и интерактивными сервисами. Что же это за тенденция такая и к чему она может в конечном итоге привести?
Так называемая оптимизация идет и в других федеральных органах власти и под нее попадают территории с наихудшими социально-экономическими показателями. В свое время в Пугачеве сократили число дополнительных офисов Сбербанка, а головной офис сократили до минимума, оставив только операторов. В селах разваливаются, закрываются и также оптимизируются школы и детсады. Деревни пустеют, т.к. население вымирает и разбегается от неустроенности, нищеты и безработицы. Загибается и бизнес. Еще раньше по той же причине в районах нашей области путем укрупнения оптимизировали почту, сельские муниципальные образования. Теперь придумали агломерации – Саратовскую, Балашовскую, Балаковскую.
Вообще, все, что мы видим, это не что иное, как воплощение в реальность идеи экс-министра финансов А. Кудрина, который, выступая на Гайдаровском форуме, заявил: «Мы должны создать на территории России, может быть, 10−15 городов-агломераций, которые будут сопоставимы на Востоке с азиатскими городами, в Европе — с западными городами».
Подобные вещи высказываются не первый раз. Ещё в 2012 году нынешняя глава Центробанка Э. Наббиулина размышляла на тему неперспективности малых городов России и предлагала всячески способствовать переселению жителей из них.
Идея Кудрина копирует американскую стратегию переселения жителей в агломерации. Там это, правда, не особенно работает. Самые большие агломерации существуют в Мексике. Но никто не слышал про бум инноваций, зато про низкий уровень жизни в этой стране хорошо известно. Здравый смысл отступает перед перспективой «заработать» на глобальных проектах.
Вот что по этому поводу думают аналитики саратовского ТК «Ничего личного»: «От слова «агломерация» уже изжога и тошнотворный рефлекс – до того перекормили чиновники этой своей жвачкой. Всем же понятно, что это всего лишь дешевый фасад, баннер, за которым ничего нет, поскольку наполнять ее нечем, экономика области в глубоком пике и света в конце тоннеля не видно. От проектов по благоустройству за версту тянет распилом. Кому из частных инвесторов хочется вкладываться в депрессивный регион с зашкаливающим уровнем административных барьеров и коррупции? А потому остаются только федеральные бюджетные средства, которые освоят по отработанным схемам при участии заинтересованных сторон».
Вернемся к Пугачеву. Вырваться из нищеты и беспросветности провинциального захолустья стремится не только молодежь, но и жители среднего возраста. Согласно официальным данным, за 11 лет население района сократилось более чем на 6251 человек. Смертность превышает рождаемость.
«За период между переписями населения 2002 и 2010 годов с карты страны исчезло 8,5 тысячи сел, а число необитаемых сельских населённых пунктов возросло с 13,1 до 19,4 тысячи. В настоящее время каждое третье село насчитывает менее 10 жителей. В местах, где существуют эти поселения, сельскохозяйственная функция уже практически невозможна, — говорит профессор, доктор географических наук, директор региональной программы Независимого института социальной политики Н. Зубаревич.
Массовое закрытие школ, больниц, вывод из райцентров жизненно важных подразделений – с точки зрения чиновника от такого переустройства одна выгода. Не надо строить на периферии дороги, тянуть электрические и газовые линии, компенсировать траты на местные автомобильные, железнодорожные, авиационные перевозки. Все налоги из провинции текут в столичный и региональные бюджеты. Остальная территория превращается в питательную среду для развития и поддержания агломераций.
Государство окончательно взяло за основу стратегиею «дикого поля», поэтому ни о каком развитии территорий речи быть в принципе не может. Мы обречены.
С. Вершинин