Обидчивый человек. Это от рождения или результат психологической распущенности? Может, неумение правильно соображать, отключка головы?
Дама пожилая приходит в магазин. Ей кассир говорит, чтобы она выбранный товар положила не туда, а сюда. Или укажет, что деньги вот на эту тарелочку, она специально предназначена для этого. Дама вспыхнет, позеленеет и наговорит кучу дерзостей ни в чем не повинному продавцу. Ей кажется, что ее смертельно оскорбили. И это оскорбление с жизнью не совместимо. Мол, со мной разговаривают как с дурой или как с ребенком.
Но магазин – ладно. Чего не бывает? То же самое и с родней. Позвонит своей внучке. И услышит просьбу перезвонить, потому что девочка чем-то серьезно занята. Это всё! Это смертельный приговор для «несчастной» оскорбленной бабушки. Она будет ходить по комнате, накручивая себя обидами. Наговорит себе самой кучу разных вещей. Например, что она «внучку вырастила» (почему-то она, а не мать), что «подарила ей свое сердце», а та «нахамила» в трубку и прочее.
То есть бабушка изначально убеждена, что внучка должна оставить все дела, именно все – и поговорить. Потому что звонок бабушки – это эпохальное событие. И внучка просто обязана свое уважение всячески подчеркивать.
Разобидится, даже расплачется. А в голове картины, одна оскорбительнее другой. Что ее унизили, не любят и прочее. А внучка, я извиняюсь, могла быть в любом месте (вы понимаете).
То же самое в отношениях с дочерью. Мать по телефону чутко ловит интонацию голоса дочери, как очень чувствительный телескоп свет далеких галактик. И если ей вдруг покажется, что в интонации нет теплоты, то всё: бессонная ночь обеспечена.
В таком случае дама может даже бросить трубку. Удивленная дочь перезвонит и услышит, что она, мать, всё поняла, и ей ничего объяснять не надо. И снова слезы, снова обиды.
Женщина превратилась в испорченный радиоприемник, в котором все волны перепутались, и нет четкого звучания, нет адекватного приема.
Она смолоду такая была. Помню, начальство на планерке скажет, что на следующей неделе ей – этой женщине – надо подтянуться. А она это воспримет как намек на увольнение. Что ей на дверь указывают, хотят от нее избавиться. И всему коллективу надоест слезами и соплями. Будет ходить до следующей планерки, как убитая.
И за праздничным столом с ней очень тяжело. Она будет сидеть и прислушиваться к речам. Ей станет казаться в любой, самой безобидной реплике, что это на нее намек. Хотят подчеркнуть в ней какой-то недостаток и посмеяться. В разгар громкого безобидного веселья она способна вскочить со своего места и выбежать из комнаты в слезах. Ее догонят и спросят, в чем дело? Трясясь от рыданий, дама скажет, что поняла цель смеха, а это очень жестоко «потешаться» и прочее. Поэтому в какой-то момент бегать за ней перестали: пусть плачет. Многие говорили, что им ее и не жалко.
Встретишь на улице, поздороваешься. А она уже подняла уши кверху, как локаторы, не намерен ли ты ее оскорбить-обидеть? А это можно запросто сделать. Скажешь, к примеру, что сегодня хорошая погода, и скажешь искренно, но она тут же надуется. Решит, что ей специально про погоду сообщают: о чем с «дурой», мол, разговаривать можно?
Скажешь, что у нее чудесное колечко, она тут же вывернет и решит, что над ее колечком издеваются, подчеркивают его «убогость».
Бывают дни, когда она достанет нытьем и жалобами всех – включая близкую родню. Ей никто не звонит, никто к ней не приходит. Она сидит одна дома и плачет, что ее все игнорируют, что жизнь ей немила.
Пообщаешься с ней минут десять, отойдешь и вздохнешь всей грудью, чувствуя облегчение.
Вероятно, поэтому у нее и был ранний развод.
Наверное, что-то с психикой не то. Иначе не объяснить.