Минск готов заплатить любую цену за подавление оппозиции, говорит Кай-Олаф Ланг, эксперт правительственного аналитического центра Германии Wissenschaft und Politik.
Является ли угон самолета преднамеренным вызовом ЕС или проявлением невежества Лукашенко, игнорирующего последствия?
Приоритет режима - подавление оппозиции и всех его форм. Особое значение имеет подавление деятельности независимых СМИ, сыгравших ключевую роль в организации протестов, а похищенный Роман Протасевич был активен на канале Nexta.
Таким образом, его задержание стало сигналом для критиков системы о том, что они не могут чувствовать себя в безопасности даже за пределами Беларуси. Это сообщение, адресованное не только активным противникам, но и обществу в целом.
Что касается ЕС, то видно, что Минск не боится его реакции, потому что считает, что затраты не будут слишком высокими. Даже если бы они были, Минск все равно готов заплатить.
Могут ли подобные действия Минска повлиять на отношения между Западом и Москвой, без которых Лукашенко не смог бы удержать власть?
Критики Москвы убеждены, что Россия готова поддержать любые действия, если они будут служить ее интересам. С другой стороны, дело Ryanair не изменит позиции сторонников прагматичного подхода к России.
На дипломатическом уровне, по сути, все будет происходить между Брюсселем и Минском или между некоторыми западными столицами и Беларусью.
Зачем Москве Лукашенко в ситуации, когда отношения России с Западом улучшаются?
В контексте подготовки условий для диалога с Западом Лукашенко скорее препятствие. Потому что зачем это сейчас Москве? Но в более широком контексте Лукашенко, изолированный и зависимый от Москвы, которая подавляет любые проявления оппозиции, находится в руках России.
Поддерживая его, Кремль дает понять Западу, что он исключает любые изменения геополитического статуса в регионах, которые считаются ключевыми для его собственной безопасности.
Какое влияние может иметь противостояние с Беларусью после того, как Байден дал зеленый свет газопроводу, на судьбу «Северного потока - 2»?
Это, конечно, не облегчает поиск окончательного ответа в этом вопросе между администрацией Байдена и Германией. Противодействие завершению строительства в США, например, в Конгрессе, по-прежнему велико. В самой Германии оговорки не уменьшаются. Несмотря на это, строительство продолжалось.
Также, не видно никаких предпосылок, что спор с Беларусью должен негативно повлиять на функционирование газопровода Ямал, который проходит по территории Беларуси и Польши в Германию.
Какие инструменты, помимо санкций, есть у Европы для борьбы с диктаторскими режимами вроде Лукашенко?
Таких инструментов немного, и их эффективность ограничена. В основном остается поддерживать оппозицию, независимые СМИ и гражданское общество. Но в случае с Беларусью такие действия очень сложны. Санкции остаются. Вопрос здесь не столько в том, «да или нет», сколько в том, «сколько и что».
Следует ли Польше более жестко отреагировать на акт государственного терроризма Минска, чем это может сделать ЕС?
Действия сообщества в духе солидарности всегда имеют приоритет, если солидарность достижима. Поэтому Польша делает акцент на действиях в рамках ЕС, требуя осуждения Минска и санкций.
Также по инициативе Варшавы угон самолета был включен в список нынешнего саммита ЕС. Напомним, однако, что Польша находится в другом положении, чем, например, Литва или Латвия, хотя бы из-за наличия в Беларуси польского меньшинства. Это требует рассмотрения того, вызовет ли односторонняя реакция новую волну репрессий со стороны режима.
Лукашенко угрожает гражданам якобы территориальными претензиями Польши? Однако Литва очень привержена делу защиты белорусских диссидентов.
Литва также становится мишенью риторики Минска.
Однако с точки зрения Минска Польша имеет особое значение хотя бы потому, что польское меньшинство, сопровождаемое искаженным историческим нарративом, подходит для пропагандистских кампаний.
В Польше, помимо белорусских активистов гражданского общества, существуют и независимые белорусские СМИ, такие, как NEXTA или Belsat TV.
Польша также воспринимается как страна, имеющая большое политическое значение в ЕС, НАТО, как союзник США и как одна из стран, предпринимающих шаги по повышению чувствительности Запада к событиям в Беларуси.