Прохладным, но все-таки августовским утром стояли мы здесь, у желтой кирпичной стены, что за корпусом Мединститута. Умер отец, мы с мамой возле закрытых на обед железных дверей морга. Ждем. Чтоб забрать. Внутри он лежит, родной и холодный. Снаружи, в миру земном тут мы не одни. Мы – то есть те, у кого там за стеной тело родного человека. Надо ли объяснять, что такое утрата? Рядом с нами - семья с нестарой и отнюдь не заплаканной дамой во главе. Выяснилось, что их потеря – совсем молодой человек, 27-летний спортсмен, что-то с ним случилось такое. Ужасно все это. Не спрашивали мы. Не говорят – и не говорят.
- А вашему сколько было? – интересуется мать спортсмена.
- 72, - отвечаю.
- Ну, ваш-то хотя бы пожил.
«Хотя бы «пожил».
Покоробила меня эта фраза как-то, но я не придал этому значение, ибо не понял, почему ощущение странное возникло. Вспомнил потом, и только тогда, когда выяснил, что это, оказывается, распространенная мысль. Многие так говорят, и этим «пожилом» меряют.
«Пожил».
«Пожить».
Пожил – это показатель чего? Пожил много – хорошо, молодец, пожил мало – плохо, несчастный такой. Пожил средне – ничего так. Удалась. Жизнь. Или что там у них тут: «пожизнь».
Может показаться, что она не имела в виду процесс, а имела другое. Просто для краткости так сказала. А на самом деле имела в виду, то, ради чего живет человек: хоть по мещанской, хоть по антимещанской шкале. Но если б это так было – то не стала бы она говорить о нашем покойном, а говорила бы о своем. Не сказала бы: ваш хотя бы пожил. Откуда она знает, хорошо он пожил, родил ли потомство (я не говорил, что я сын), ставил ли след на земле, не мучился ли он всю жизнь. Критерием оценки успеха был сама продолжительность. Это ясно, как божий день.
Она не сказала: Ай-яй, мало пожил, детей не родил, миссию природную не выполнил, бабушку внуками не порадовал, и вообще умирать раньше матери – это противоестественно. Не сказала она этого, и не подразумевала даже, это ясно. Она удручена: «не пожил». Не «как следует не пожил», а не пожил вообще. Сейчас ему это – зачем? А?
Какая разница в момент смерти и после нее – сколько ты в принципе пожил?
Что за показатель такой дурацкий? Тупой, бессмысленный. Для чего он? Чтобы что?
Умершему все равно, сколько он перед смертью пожил. Абсолютно все равно. Ему все равно – жил ли он вообще. Родным и близким здесь и сейчас одинаково больно терять что двадцатилетнего, что сорокалетнего. Никто не скажет: «Что плачете? ему ж 80 было, удачно пожил ведь! Было б 15 – тогда б и ревели!» Никто не скажет так, это ясно и без меня.
Это самое «пожил» никуда не укладывается. И ни на что «не налазит» – ни с какой точки зрения. Ни с идеалистической, ни с материалистической.
Если допустить, что смысл жизни есть – то важно не то, пожил ты или нет, а получилось ли реализовать смысл жизни своей. Если смысла жизни нет – важно: живешь ты сейчас или нет. А если нет – то на нет и суда нет. Какая разница – пожил ты или нет? Смысл жизни по материальной схеме – в жизни самой, а не в наличии себя в продолжительном прошлом.
Хотел приписать «пожил – не пожил» – мещанской морали и логике – так не укладывается тут как-то. То есть люди приходят пожить. Не хорошо пожить. Не насладиться даже. А поприсутствовать. Чем дольше, тем лучше. Я и не подозревал, что такой подход может иметь место.
А если жизнь мучительна? Отметаем, не об это речь. Мука вообще не рассматривается.
Рассматривается длительность существования.
Умерший ребенок. Чьи-то надежды. Чья-то любовь. Чье-то безграничное горе. Но нет. Главное, что он не почувствовал себя протяженным в прекрасной ускользающей субстанции – во времени.
А может в этом и есть смысл жизни? Не жить здесь и сейчас в удовольствие или без него? Не оставить после себя что-то: будь то творения рукотворные или просто потомство. А пожить «тогда», то есть остаться в «тогде», то есть оставить себя в прошлом «на как можно дольше», запечатлев себя во времени, пробороздив реальность, и чем дольше бороздил, тем глубже колея и тем ты, как бы – «бессмертнее»?
P.S. "Он-то хотя бы пожил!" - звучит, будто "он-то хотя бы поел!"