Несколько лет назад мы были на море, в Турции. Прекрасное начало лета! И там я увидела, как женщина моих лет рвала ягоды шелковицы с большого дерева. Это было на автобусной остановке.
Этой шелковицей все вокруг усыпано, как бордовым ковром. Вокруг масса этих деревьев с чудесными ягодами. И вот женщина рвала и ела ягодки. И тут меня заметила.
Кто знает, почему ей показалось, что я осуждающе смотрю на то, как она ест ягодки? Но она подумала именно так и начала оправдываться: она только попробовала! Она просто немножко ягод сорвала, потому что у них такие не растут! Она испачканными соком пальцами показала: «немножко!». Она не хотела нарушать правила, ай эм сорри, извините, пожалуйста!
Я ответила, что шелковица очень вкусна и полезна. Пожалуй, я тоже сорву несколько ягод, вот! Мы же никому не делаем вреда, это просто уличное дерево на остановке, а ягоды с него так и сыплются, просто так, от изобильной тяжести.
И мы вместе немножко поели вкусной шелковицы с этого чудесного дерева.
…Откуда эта вечная привычка извиняться; откуда этот страх сорвать ягоды, которые созрели и маняще висят у самых глаз, совершенно ничьи, общие, как море или небо?
Не бери! Не трогай! Это не для тебя! Ты не заслужил! За все надо платить и на всё спрашивать позволения. Можно, я искупаюсь? Можно, я съем ягодку? Можно, я подышу этим свежим воздухом немного, совсем чуть-чуть? И всегда найдётся кто-то, кто важно и сурово спросит: «а ты заслужил? Нет, нельзя!».
Можно. Можно радостно пользоваться тем, что общее. Тем, что создано для всех. Можно любить, мечтать, дышать, греться на солнце и есть шелковицу с ничейного дерева на остановке у моря.
Тем более, по ней здесь просто ходят ногами. И даже сердятся, что она липнет к подошвам. Это для нас - ценность и лакомство, эти сладкие ягоды. И не надо себя винить и корить. Или ждать сурового окрика. Можно. Можно есть шелковицу и жить.
Анна Кирьянова