Я хотел бы проиллюстрировать, как даже на заре истории человечества мудрые правители были в существенных гуманитарных аспектах адекватнее большинства сегодняшних. Может быть, тогдашние «более примитивные» идеологии не мешали им настолько катастрофически, насколько сегодняшним правителям мешают «продвинутые» идеологические наветы?
Интерес к древней мудрости завёл меня на Крит, чтобы я убедился — огромный пласт незамеченных никем пониманий лежит на поверхности. Там, бродя среди старых камней, исследователи пытаются романтически представить себе, что погибшая культура была столь развита, что содержала достижения, ставшие доступными человечеству лишь в XIX веке. То есть 38 веков спустя. А через 37 веков после того времени о водопроводах, воздуховодах и канализации древнеминойского качества не мечтали даже европейские короли. Эти исследователи свысока смотрят на прошлые достижения, исходя из ложного постулата, что во всём остальном мы далеко впереди. Представим себе, что не во всём. И то, в чём мы отстаём от погибшей цивилизации, очень существенно. Возможно, не менее существенно, чем технический прогресс. Может быть, это важно для нас сегодняшних настолько, что без понимания их достижений не уйти нам с миром от надвигающегося экономического и социального шторма? Немаловажен вопрос о том, чем же нам мерить эту значимость. Деньгами, счастьем, гармонией, покоем? Я был очень рад тому, что нашёл ответ для себя.
Пишу эти строки, проходя по развалинам трёхмерного лабиринта в Кноссе.
Это место напоминает о хрупкости прогресса, когда-то низвергнутого неожиданным гневом вулкана и позже уничтоженного более примитивной цивилизацией добытчиков. Кносс хранит легенды о романтическом безрассудстве Икара и гениальности Дедала, построившего водопровод, вентиляцию и канализацию 39 веков тому назад. На тысячелетия раньше, чем в «цивилизованных странах». Но та минойская культура изобрела нечто более важное и совершенное — она создала метод управления без обманов и принуждения грубой силой. Тот «строй» позволял людям жить состоятельно и развиваться мирно.
Бродя по останкам дворцов и читая мнения археологов-историков, я по их описаниям не мог понять — в чем суть устойчивого государственного устройства. То объяснение, что минойский царь подчинял окрестные общины с помощью армии, не объясняло полного отсутствия крепостных укреплений в богатейших дворцах. Их могла захватить любая банда отморозков, а они стояли более половины тысячелетия, богатея, неатакованные и неразграбленные. То объяснение родилось в рамках средневекового менталитета, который знаком мне и жив до сих пор в западноевропейских археологах-историках. Моё отточенное годами аналитики шестое чувство подсказывало несостоятельность их пониманий. Я подозреваю, что эти гуманитарии слишком оторваны от жёстких реалий деловой жизни, чтобы представить себе менталитет древних людей, кардинально отличающимся от традиционно-воинственного менталитета позднейшей европейской цивилизации. Богатые дома торговцев в Палеотире на острове Санторин тоже не имеют укреплений. Даже настенные росписи в этих домах превосходят по художественной ценности росписи большинства современных дворцов. Не имело никаких укреплений и само поселение, погибшее от извержения вулкана 37 веков тому назад. В рамках принятой историками гипотезы общественного устройства той цивилизации, это не вписывается в разумное понимание. И уж совсем нелогичны объяснения учёными-археологами смысла нерациональных лабиринтов и «магазинов» во множестве темных помещений, где нельзя выставить товар.
Ответ стал понятен, благодаря прочитанным статьям Анатолия Клёсова о европейской культуре до нашествия в Европу рода эрбинов (носителей гаплогруппы R1b). До их прихода в поселениях почти не было оружия. Цивилизация народов Европы жила, не опираясь на принуждения, отжатия, отнимания и перераспределения, а как-то по-другому…
Они жили трудом.
Их экономика была основана не на ограблении более слабых соседей, не на обложении данью, не на продаже невозобновляемых ресурсов, не на закрепощении «своего» населения, не на «чудесах» спекуляции, а на утерянной потом на века возможности, позволяющей всем создавать себе блага трудом. Для того, чтобы стало можно вернуть подобную цивилизованность, многие методы «зарабатывания», распространённые в нашем обществе, должны были бы быть признаны аморальными, подлежащими порицанию и изжитию.
Представьте родовые общины землевладельцев, работающих на плодородных равнинах. Как им хранить и накапливать своё богатство, не опасаясь, что более ленивые соседи захотят это всё отнять, уничтожив их? Как расширять и улучшать производство благ без риска для семьи и беззащитных родных? Как сделать так, чтобы трудолюбие вознаграждалось, а состояние не несло опасность?
Эти вопросы остаются вполне актуальными и в XXI веке для многих стран. Ответ на эти вопросы лежит в архитектуре дворцов.
Он состоит в том, что во дворце царя — религиозного лидера, абсолютно честного судьи и банкира, хранятся все богатства в отдельных — для каждого рода — помещениях. Эти же депозиты являются гарантией, что род будет вести себя в соответствии с установленными правилами — законами. Царь — непререкаемый авторитет, потомок самого Зевса и лидийской (малоазиатской) красавицы Европы. Её имя дало название части света. Не смейтесь азиатскому происхождению Европы! При нашествии «эрбинов», большинство европейских автохтонных родов были вынуждены бежать от геноцида мужского населения на Кавказ, в Малую Азию, на Британские острова (пикты), в горы северной Испании (баски) и на острова Средиземного моря. Минойская «дворцовая» форма правления обеспечивала мир и порядок при минимальном количестве воинов в государстве. Это была культура европейской цивилизации до нашествия воинствующих варваров. Присмотревшись к дворцам в Кноссе, Фесте, Пилосе, вы поймёте, что это не лабиринты, а древний функциональный аналог системы сейфовых депозитарных ячеек.
Ключевым было заслуженное доверие производителей к власти. Такой вот простой, но эффективный институт защиты собственности существовал в доисторические времена. Веками правители не нарушали освящённой клятвы.
Вот почему «дворцовая» культура, не имея крепостей, столетиями жила без войн. Она, подчиняя себе значительные территории, обеспечивала мирный труд, порядок, развитие искусств. Непреодолимым по тем временам недостатком этого метода управления была неспособность противостоять диким ордам хищников. Вполне вероятно, что минойская культура являлась лишь осколком уничтоженной к тому времени цивилизации. Военное отставание погубило много процветающих народов.
продолжение статьи:
Забытые достижения минойской культуры (часть 2)
Из книги «Заветы старого мироведения»
(О Проявлениях Прави и Нави, Правильной Нави и Явных Наветах)
https://ridero.ru/books/zavety_starogo_mirovedeniya/freeText