Второй на те же грабли, но с еще большими последствиями, крестоносцы наступили в 1249 году – в седьмом крестовом походе.
Хорошо подготовленная (для средних веков) армия во главе с его королевским величеством Людовиком IX(прозвище – Святой) высадилась в июне 1249 года на побережье вблизи Дамьетты. Причем, на этот раз сарацины обороняли побережье и потому высадка с кораблей была с боем. Крестоносцы взяли верх в береговом сражении и захватили важный плацдарм для дальнейших действий.
Сарацинский гарнизон Дамьетты бежал из города без боя ночью.
Одно из объяснений такого позора – полевая армия эмира Фахра ад-Дина, державшая побережье, отступила на юг в глубь дельты, а гарнизон посчитал, что его оставляют сидеть в осаде многие месяцы (как прошлый раз), а чем закончилось прошлое сиденье в Дамьетте все помнили хорошо…
Султан аль-Салих с главными силами занимал хорошо укрепленный лагерь… в Мансуре.
Ему поведение гарнизона очень не понравилось и он всех беглецов сразу же и повесил.
Король Людовик кое-что слышал о проблемах Пелагия и Ко, поэтому в период летнего разлива Нила в пойму соваться не стал. Только когда воды Нила стали спадать армия Людовика начала наступать вдоль реки на юг. По реке за армией следовал флот. Людовик, как и Пелагий, прошел участок Махалла-Нил и ничего не заподозрил. Карт-то нет!!!
В декабре франки достигли позиции своих предшественников – вилка Нил и Танис. Теперь была задачи форсировать Танис, на другом берегу которого укрепились мусульманские войска.
Но на этот раз у сарацин были большие проблемы – в ноябре умер султан аль-Салих.
В феврале франки отважно с боем форсировали Танис. Группа рыцарей скрытно переправилась вброд и вышла в тыл сарацинам. Обычная для средневековых войск низкая дисциплина исполнителей испортила гениальный план сражения. Принц Роберт дАртуа начал атаку сарацинского берегового лагеря, не дожидаясь переправы основных сил. Несколько сотен рыцарей напали на спящий лагерь, быстро истребили всех попавших под руку (в том числе с самого командующего – Фахра ад-Дина) и ринулись на армию самого султана в Мансуре. Быстро преодолев путь до Мансуры они ворвались в город, где были поголовно истреблены превосходящими сила противника, ядро которых составляла мамелюкская гвардия.
Армия Людовика еще продолжала переправу, когда из Мансуры последовал ответ разгневанных мамлюков. В жестоких схватках, которые длились несколько дней, франки отстояли плацдарм на южном берегу, но понесли большие потери. К концу февраля произошел коренной перелом в компании: а) в лагере крестоносцев началась эпидемия; б) сарацины получили нового султана – Тураншаха.
Тураншах сразу взялся на дело и перекрыл кислород, т.е. провел корабли через канал Махалла в тыл франкам и перерезал их коммуникации. Франки, как и прошлый раз, даже не поняли – откуда у них в тылу взялись сарацины!?
В лагере на Танисе к эпидемии желудочно-кишечных болезней добавились голод и цинга.
Только 4 апреля Людовик приказал отступать к Дамьетте. Был разработан план, предусматривающий тайное отступление ночью с оставлением сил прикрытия на понтонном мосту через Танис. Но все пошло не так… Сарацины неожиданно захватили мост и атаковали отступающих. Отступление превратилось в беспорядочное бегство. Сарацинский флот перекрыл путь по Нилу. Опять 64 км…
Это был полный разгром и избиение. Людовик, полуживой от болезни, попал в плен. Знатные франки были оставлены в заложниках, всех остальных Тураншах приказал казнить. Впрочем, как следует насладить победой над неверными Тураншах не успел – уже 2 мая мамлюки Актай и Бейбарс решили, что такой султан им не нужен…
Так печально закончился седьмой крестовый поход. Король Людовик IX в процессе подготовки и в процессе командования показал себя весьма предусмотрительным и добросовестным командиром (для своего времени), но озаботиться составлением карты ТВД (хотя бы разведать гидрографическую сеть), даже ему в голову не пришло.