25 марта 2021 года.
У меня есть товарищ по имени Сергей, дослужившийся до полковничьего звания в органах прокуратуры и сейчас работающий успешным адвокатом, к слову, и нашим «семейным» адвокатом. Если у членов моей семьи возникают проблемы, то мы тут же звоним Сергею. Как то мы разговорились с ним на тему: «Кто у нас в стране становится милиционерами, полицейскими?» Его мысли привожу ниже в форме монолога.
«Есть такой замечательный роман, который называется "Новые центурионы" ("The New Centurions"). Героями этой книги являются рядовые полицейские города Лос-Анжелеса. Пересказывать сюжет нет смысла, каждый, кто интересуется, легко может эту книгу найти, что в оригинале, что в русском переводе (она впервые издана в 1971 году). Одно могу сказать: после прочтения ощущение складывается такое, как будто сам туда попал. То есть, текст создает впечатление полной и исключительной достоверности происходящего.
Это и неудивительно, ибо автор "Новых центурионов", Джозеф Уэмбо, до того как стать писателем, четырнадцать лет отслужил в той самой полиции Лос-Анжелеса и ушел оттуда сержантом (а их, американский сержант - это совсем не то же самое, что наш). Во многих героях его произведений очевидно угадываются автобиографические черты. Но, размышляя над проблемами, которые были подняты Уэмбо почти полвека назад, я поневоле задумался над той огромной разницей, которая существует между полицейской службой в США и в странах постсоветского пространства.
У нас в милицию люди нередко идут вообще без профильного образования, сразу после армии или даже без нее. Но чтобы стать офицером, надо окончить специализированное учебное заведение, где кадетов учат четыре года, после чего распределяют по различным службам. То есть, кто-то сразу идет в уголовный розыск, кто-то - в участковые, кто-то - в ОБЭП, ну и так далее. На погоны выпускники академии получают звездочки и как офицеры с этого момента могут смотреть свысока на старшинско-сержантский состав, несмотря на то, что многие из этих сержантов значительно старше и опытнее только-только вылупившихся из вузовской скорлупы новичков.
У американцев все иначе. Там никто не тратит деньги налогоплательщиков на то, чтобы учить за государственный счет будущих стражей общественного порядка в течение четырех лет. Двенадцать недель, и точка.
За это время кадетам доводят в касающейся их части основы уголовного права и процесса, первичные навыки рукопашного боя, приемы владения оружием и вождения служебного автомобиля. После этого весь выпуск, то есть, полностью, без каких-либо исключений, идет в патруль. Там каждого новичка закрепляют за опытным напарником, который на практике демонстрирует коллеге то, чему его не доучили в академии.
Патруль у американцев - это вовсе не аналог нашей роты ППС. Это такая смесь из обязанностей постового милиционера, участкового инспектора, сотрудника ГАИ и оперуполномоченного уголовного розыска. Именно патрульные раскрывают свыше 90% всех уголовных преступлений и именно они задерживают подавляющее большинство преступников.
Только потом, через год, два, несколько лет, когда руководство присматривается к новому сотруднику, а сам он получает практический опыт, ему могут предложить специализацию в какой-либо области. Например, поработать детективом или под прикрытием. Потому что, скажем честно, ну какой из выпускника академии опер? Что он вообще знает о той среде, с которой ему работать, да и о жизни в целом? С другой стороны, все детективы когда-то работали в патруле, а потому каждый из них на собственном опыте знает этот горький хлеб, и такому детективу никогда даже в голову не придет странная мысль о том, он чем-то лучше патрульного офицера.
Кстати, два слова об офицерах. В действительности английское слово "officer" означает всего лишь "служащий", а вовсе не воинское звание. Поэтому те, кого в американских фильмах называют "офицерами" - это на самом деле обычные сотрудники полиции. Рядовые. Ну а слова "сержант", "лейтенант" и "капитан" у них означают конкретные должности. Если перекинуть эту шкалу на нашу почву, то сержант - это примерно начальник отдела. Лейтенант может и, скорее всего, будет командовать целым подразделением, соответствующем нашему РУВД. Ну а капитан в полицейском департаменте может быть только один - это его начальник. У нас это будет генерал-майор или даже генерал-лейтенант. Кстати, американцам почему-то не приходит в голову странная мысль присваивать воинские звания всему обслуживающему полицию персоналу.
Поэтому мне представляется, что американская система полицейской службы и подготовки к ней обойдется нашим налогоплательщикам существенно дешевле и будет значительно более эффективной, чем действующая. Полицейский не обязан знать тонкости уголовно-правовой теории, но он должен уметь грамотно составить первичный протокол. У него нет надобности изучать гражданское или трудовое право, но ему должны вдолбить в голову все условия и основания проведения тех процессуальных действий, на совершение которых он имеет право. Полицейскому вовсе не обязательно участвовать в спортивных соревнованиях и брать призы, но он должен быть физически здоров и вынослив, обладать навыками применения доверенного ему оружия и умением водить служебный транспорт. Его задача - первичные оперативные мероприятия, задержание преступника и передача его в руки тех, кто специально грыз гранит юридической науки в университетах.
Не более, но и не менее. И если полицейский желает принять личное участие во всех тех перипетиях, которые происходят в коридорах правосудия, никто не мешает ему самому окончить университет. Но полицейской академии для разрешения вопроса о виновности или невиновности совершенно недостаточно.
Впрочем, все это - лишь фантазии, так сказать, на тему. Для того, чтобы они воплотились в жизнь, нужны политические решения, которые вряд ли будут приняты в обозримом будущем...»