Неожиданное предложение со стороны полуобнажённого мужчины прозвучало "тет-а-тет" на пляже в Серебряном Бору...
О ком или о чем не рассказывал бы великий советский поэт Евтушенко, всё в конце концов обращалось в рассказ о нём самом. Евгений Александрович называл это "дать литературы"...
Я Володю всегда любил,... и он очень хорошо обо мне отзывался. Вот в дневниках Шемякина сказано: " Был у меня Володя вчера, он сказал Женя- это наш Пушкин". Я, конечно, не заслуживаю такого, но я был тронут.
Здесь и далее - С.Волков. "Диалоги с Евгением Евтушенко".
Поэтому к поздним воспоминаниям Евгения Александровича надо относиться не то, что настороженно, а как к хорошей беллетристике, основанной, как сейчас принято говорить, на "реальных событиях".
Волков (С.В.) - Евтушенко (Е.Е.):
- Давайте о Высоцком и Влади...
- Я, как и все люди моего поколения обожал фильм "Колдунья"*...
С.В.:
- Даже прическа называлась "колдунья"...
Е.Е.:
- Когда Марина приехала... Она сказала: "Я очень хотела с вами познакомиться. Как можно приехать в Россию и не попытаться увидеть Евтушенко!" И мы с ней провели дня два-три, я бы сказал так.
Многозначительный, вполне свойственный пожилым людям намёк на "особенные отношения". Но кто знает, може, и на самом деле "провели дня два-три" вместе... "Серебряный бор" - место особенное! Располагающее (В наши дни нудисты облюбовали эти укромные места для выгула своих голых натур. Прибрежные кусты кишат вуайеристами и последователями библейского рукоблуда Онана).
С.В. - Е.Е.:
- Вы за ней ухаживали?
- Ну, как вам сказать...
- Немножко?
- Ну, у меня не было с ней такого романа. Она нравилась мне как женщина, короче говоря.
- В неё вся страна была влюблена. Девушка в белом платье, бегущая через лес, - это был символ сексуальности.
А. Куприн. "Олеся":
В то время когда она вытянутой правой рукой показывала мне направление дороги, я невольно залюбовался ею... Моя незнакомка, ... держалась легко и стройно. Просторная белая рубаха свободно и красиво обвивала ее молодую, здоровую грудь. Оригинальную красоту ее лица, раз его увидев, нельзя было позабыть, но трудно было, даже привыкнув к нему, его описать. Прелесть его заключалась в этих больших, блестящих, темных глазах, которым тонкие, надломленные посредине брови придавали неуловимый оттенок лукавства, властности и наивности; в смугло-розовом тоне кожи, в своевольном изгибе губ, из которых нижняя, несколько более полная, выдавалась вперед с решительным и капризным видом.
Но продолжим слушания по делу. Итак, Евтушенко и Влади появляются в одном из живописнейших мест Москвы 60-х, на шикарных дачах советской творческой интеллигенции, среди сосен на тихом пляже в Серебряном бору, в романтическом уединении...
Е.Е.:
Когда-то мы были в Серебряном бору. Была очень хорошая погода, мы лежали на пляже, и она мне рассказывала про свою жизнь во Франции и как её иногда тяжело приходится. "Всё-таки женщине, даже такой женщине, как я, нужно мужское плечо. И хочется, чтобы это был русский человек наконец", - она мне сказала. Довольно так типично сказала. Ну, может быть со вздохом...
Что это было? - "Литература" от пожилого человека или смелое, хоть и со вздохом, "предложение" тела и сердца? Что этому предшествовало? И какими они были на самом деле, эти "два-три дня"?
Е.Е.:
И я ей сказал: "А знаешь, Марина, есть один человек - очень талантливый, - мне кажется, он тебе должен понравиться. И, кстати, он никогда не был за границей, его не выпускают. Даже театр его ездил, а его не выпустили. Это Владимир Высоцкий. Театр на Таганке. Ты не слышала о нем?"
- "Нет, - говорит, первый раз слышу. Но я должна на днях пойти туда в театр. Они меня пригласили".
Я говорю: "Ты бы очень ему помогла, а он тебе бы помог. Мне кажется, вы подошли бы друг другу: у тебя есть такая авантюрная жилка, и унего тоже очень сильная авантюрная жилка. А ты бы ему открыла мир, для поэта это очень важно! У него правда очень сложная жизнь - всяких женщин много, трудно в этом разобраться... Но он очень хороший парень, очень талантливый". И тогда она с ним познакомилась. Они стали сближаться как-то сразу. И я был очень этому рад".
Марина, с легкой руки Евтушенко, действительно распахнула перед русским поэтом западный мир...
...но это уже совсем друга история, полная не только счастья и радости, но и тоски друг по другу, бесконечных телефонных разговоров и конечно же песен.
В. Высоцкий - Ноль Семь.
Историю знакомства двух "звёзд" вспоминал Лев Комов.
Ещё о Высоцком на канале "5 лучших!":
- Шнитке и Рихтер "спорят" о Высоцком.
- Ещё раз о Высоцком: теперь - Прилепин.