Глава 5
Как пропал приказчик, переполоху было, конечно, много. После слух прошел, будто завалило его в горе ненароком. На том и кончилось. Глыбу ту доставили королю, как и было велено. Все сразу сказали, что нашел ее пятнадцатилетний мальчик по имени Хару, за что тот после получил вольную и перестал быть рабочим в шахте.
Спустя несколько лет он наконец смог сдержать обещание, данное им когда-то ледяной деве — Инессе. Они поженились и у них родилось три дочери. Каждой из них досталась по наследству сила льда, так как они были полукровками. Несмотря на то, что не всем пришелся по духу союз человека и демона, Инесса и Хару были счастливы, тем более, что благодаря союзу с ней, он перестал стареть и даже спустя годы выглядел юношей.
Окружающие их люди не унимались. Кто-то говорил, что она его околдовала, что дети их, когда вырастут, станут монстрами, как и все демоны, но Хару их не слушал. Он знал, что Инесса не такой демон. Она спокойно жила среди людей и никого не трогала. Если ей нужно было перекусить чем-то помимо человеческой еды, то питалась кровью животных и то не убивала их. Они решили не рассказывать детям об их происхождении, по крайней мере, до тех, пока не подрастут. Тем более, что сейчас они были как обычные дети. Жить бы ровно, да радоваться, но счастье, к сожалению, не всегда бывает вечным.
***
— Когда я была маленькой, мы всей семьей жили в деревне, в большом деревянном доме. Это потом мы переехали в город. Часть своего детства я провела в деревне. У нас была большая семья. Я, папа, мама, сестра-близнец Касуми, и старшая сестра Наоми. Не знаю, были ли у нас другие родственники. Папа сирота и не знает своих родителей, а мама, если я спрашиваю ее об этом, переводит тему. Мне кажется, они что-то скрывают, но я не настаиваю. Наверное, мы недостаточно взрослые для этого.
— Давным-давно, в одной стране жил одинокий юноша. Сирота без роду и племени. Он работал в горе, добывая кристаллы. Ему очень хотелось найти друга или любимую. — Эту сказку Инесса читала уже не в первый раз, но она так нравилась ее девочкам, что она была готова читать ее хоть в сотый раз. Тем более, что это была их с Хару история.
Инесса садилась на кровать, брала в руки книгу, ждала, когда рядом с ней устроятся Наоми, Касуми и Джувия, и начинала читать. Джувия любила сидеть у нее на коленях, чтобы видеть перед собой книгу, Наоми и Касуми лежали на животе, по бокам от нее, наслаждаясь нежным голосом матери и любимой сказкой.
— Их всех книг я больше всего любила сказки. Особенно те, что писала для нас мама. Это была моя самая любимая. В ней рассказывалось об одиноком мальчике, который работал в горах, добывая кристаллы. Его жизнь изменилась, когда в один день он встретил хозяйку тех мест — ледяную деву Юки-Онну. О ней много страшных легенд. Ее описывают как кровожадного демона, который очаровывает своей красотой жертву, а после выпивает ее кровь как вампир. Но ведь не все демоны такие. Юки-Онна в этой истории добрая. Она помогла Хару и другим рабочим обрести свободу, а ему еще и счастье, потому что влюбилась в него, как и он в нее. А еще мне нравятся истории про героев. Про тех, кто спасают мир, защищают людей, помогают им с их бедами. Я хотела быть таким героем. Хотела помогать своей семье и другим. Про нас часто говорили неприятные вещи и я хотела это изменить. Хотела стать для них героем из сказки.
***
— Какая ты у меня молодец! — хлопнула в ладоши Инесса, улыбаясь бегущей к ней с корзинкой в руках дочери. — Самый настоящий герой, благодаря которому я смогу приготовить свое фирменное печенье!
— Печенье-печенье! — захлопала в ладоши малышка Касуми, сидя в привязанном к спине матери большом куске ткани, словно в сумке
— Хорошая работа, малышка Джу. — Ласково погладила ее по голове Наоми. — Ты настоящий ангел.
Инесса подхватила дочь на руки и закружила. Их длинные синие волосы развевались словно ледяные языки пламени. Сапфировые глаза девочки блестели от переполняющих ее счастья и радости. Хару, до этого наблюдающий за ними со стороны, подбежал и обняв своих самых любимых и дорогих девочек в мире, смеясь вместе с ними.
— «В школе я была изгоем. Возможно, из-за того, что нашу семью не любили взрослые, это передалось и их детям. Я не смогла стать героем в глазах других людей, но была им для своей семьи. Тогда же я поняла, что разрушающееся на твоих глазах счастье пахнет кровью.»
***
— Мама! Мамочка! Прошу, не умирай! Не бросай нас! Пожалуйста, открой глаза! Мама! — кричала маленькая синеволосая девочка, обнимая мертвое, лежащее на полу, истекающее кровью, тело матери.
Касуми, ее младшая сестра-близнец, пряталась под столом на кухне, и тихо плакала, зажав ладонью рот. Ей, в отличие от Джувии, не хватило смелости вылезти из-под стола и пойти проверить, в чем дело. Но она уже и так все поняла, когда услышала крики сестры.
Это был обычный день. Хару ушел на работу, Наоми отправили в магазин. Инесса готовила свое фирменное печенье, с чем ей помогали дочери. Они подавали нужные ингредиенты, попутно заучивая основы готовки. Ничего не предвещало беды. До того стука в дверь.
Перед тем как открыть дверь, Инесса посмотрела в глазок. Девочки никогда не видели свою маму такой испуганной. Она велела им хорошо спрятаться и не выходить, пока она не скажет. Касуми и Джувия спрятались под кухонным столом. Им тоже стало страшно. Они сидели под столом, прижавшись друг к другу, молясь о том, чтобы отец скорее вернулся.
Сперва они слышали лишь обрывки непонятного для них разговора. Кажется, их мама мужчину, что неожиданно постучался к ним в дом. Внезапно их разговор резко оборвался, сменившись грохотом и звуками борьбы. Джувия и Касуми были ни живы, ни мертвы из-за накрывшего их страха. Страха не только за себя, но и за маму.
Когда по дому неожиданно разнесся громкий, наполненный болью и отчаянием, крик их матери, Джувия не выдержала, вылезла из-под стола и пошла проверить, в чем дело. Касуми попыталась остановить сестру, схватив за руку, но та вырвалась и убежала, зовя маму.
Эту картину и этого человека Джувия не забудет никогда. Длинный плащ, грива синих волос и холодные голубые глаза. Джувию испугалась горящих в них злобы и ненависти. Такого она не видела даже в глазах одноклассников и их родителей.
Но самым страшным было не это, а то, что в руке мужчина держал оружие с длинным серебряным лезвием, которое он воткнул ее матери в грудь. Прямо в сердце. Инесса медленно, с трудом повернула голову в сторону дочери. Ее некогда яркие фиалковые глаза опустели, из них быстро уходила жизнь.
— Беги…- прошептала она окровавленными губами и упала на пол, не шевелясь.
— Мама! — закричала Джувия, бросившись к ней. Она обнимала безжизненное тело матери. Ее одежда и руки теперь тоже были испачканы кровью. Липкой, алой, ярко выделяющейся на белой коже и платье. На смену семейному уюту и счастью пришел отвратительный, железный запах крови и смерти.
— Почему…? Почему?! — неожиданно закричала девочка, подняв взгляд на убийцу. По ее испачканным в крови щекам текли слезы, в синих, с вытянувшимся зрачком, глазах, вспыхнула не менее сильная ненависть, а также желание отомстить.
Мужчина даже вздрогнул. На минуту ему показалось, что видит вместо этой маленькой девочки другого человека, в чьих рубиновых глазах такие же слезы и ненависть.
— «Кто был этот мужчина и зачем он убил маму, я узнала только через несколько лет. Как и то, зачем он пришел и забрал у нас счастье. Но это уже неважно. Однажды, став старше, я найду его и убью. Он заплатит за то, что убрал у нас маму, за то, что превратил нашу жизнь в Ад.»
— Я попыталась напасть на него, но что могла сделать жестокому убийце маленькая девочка вроде меня? Удар по затылку и я лежу в отрубе. Не знаю, почему он не убил меня и сестру в тот день, когда была возможность. Возможно, причина была в его взгляде. Когда мы встретились глазами, он словно увидел во мне другого человека. Точнее, я напомнила ему о ком-то из его прошлого, поскольку в его глазах на секунду мелькнула боль.
— Я не знаю, за что он ненавидел мою маму. Так сильно, что решил убить. Как ее вообще можно ненавидеть?! Неужели он поверил во все эти дурацкие, не имеющие смысла слухи о том, что она ледяная ведьма, демон и вообще монстр?! Мама была самым добрым и прекрасным душой человеком, какого я только знала. Она была самой лучшей мамой на свете. Нашим героем. Нашим всем. Мама говорила, что жизнь любого существа в этом мире бесценна и мы никогда, ни в коем случае, не должны убивать. Не должны делать больно другим. Не должны предавать или врать. Но разве могу я простить того, кто просто взял и оборвал ее жизнь? Вот и я не знаю.
— Когда отец узнал об этом, его охватило страшное горе. Он ушел в себя, сломался, впал в депрессию. Перестал улыбаться, смеяться. Изменился до неузнаваемости.
Хару вздохнул при виде старшей дочери — Наоми. Она еще ребенок, но ее разноцветные глаза не по детски серьезные и печальные. Хару пытается нацепить на лицо улыбку и гладит ее по голове, после чего уходит из дома. Она подбегает к окну и еще долго машет ему вслед рукой, после чего принимается за готовку. Будучи самой старшей в семье, Наоми взяла хозяйство и заботу о маленьких сестрах на себя.
Хару идет прочь от дома, как говорится, куда глаза глядят и ноги ведут. А ведут они его на рудник, где он раньше работал. Это место уже давно пустует и служит лишь напоминанием о том дне, когда он повстречал хозяйку этого места — ледяную деву Юки-Онну. Всем интересующимся говорил, что на охоту ходит, для чего даже брал с собой ружье, благо, денег от продажи кристаллов из шкатулки у них было достаточно. Но поскольку добычи он с собой домой не носил, соседи со временем поняли, в чем тут дело.
Пришел он к тому месту, где впервые с ней повстречался, сел на большой камень и достал из кармана ленту. Ту самую, которой она волосы завязывала. Лента синяя, с белым узором. Смотрит на нее пустым взглядом, вспоминает те дни. Невольно вспомнились ее пальцы, холодные, белые, словно изо льда сделанные. Его же, наоборот, теплые, живые, крепко сжимают ленту.
https://vk.com/video111106800_170274593
(Звучит данная песня)
Снится молодцу не золотце,
Не каменья снятся молодцу
И не диво-чудеса.
Ветер срывает пожелтевшие листья с веток и уносит их прочь. Все вокруг из изумрудно-зеленого стало золотым, оранжевым, красным. Серое небо прячется за хмурыми тучами, из которых идет мелкий, холодный дождь. Словно сама мать-природа грустит вместе с Хару.
Возвращаясь домой, он ступил на небольшой деревянный мостик и опустил взгляд на воду. Его отражение практически не изменилось все эти годы. Тот же рост, тоже телосложение, убранные в хвост серебристые волосы, ставшие немного длиннее, синие глаза.
Не хоромы вам светлые,
Не сокровища несметные,
Снится девичья краса.
Едва он заходит в дом, как к нему бежит вторая дочь — Касуми. Милая девочка с короткими голубыми волосами и бирюзовыми глазами. Она берет его за руку и усаживает за стола. Касуми не выпустит отца из-за стола до тех пор, пока не накормит-напоит досыта. Хару улыбается, гладит по голове, наконец выходит из-за стола, и, повесив ружье на стену, уходит в свою комнату. Там он будет либо молча смотреть на ленту почившей жены, либо ляжет спать.
Ой, красавица, да что ты сделала!
Сердце думой не уймешь.
Забывать тебя сама велела,
Да забыться не даешь.
Время летит быстро и незаметно. Каждый день похож на прошлый. Отец семейства уходит рано утром на «охоту», возвращается к обеду, и потом либо сидит в комнате, либо снова уходит, прихватив с собой ружье.
Приходит к старой шахте, кладет рядом с собой ружье, садится на большой камень и смотрит на синюю ленту. Так незаметно наступает зима. Повсюду снег, большие белые сугробы, укрытые им деревья и сама шахта.
Вернувшись домой после очередной прогулки, он останавливается на входе и молча смотрит на открывшуюся его глазам картину. Наоми сидит за столом и читает, Касуми готовит обед. На его губах сама собой появляется легкая улыбка, которая тут же исчезает, стоит ему увидеть третью дочь семьи Локсар.
А в уме одно и вертится:
«Суждено ли снова встретиться
Не во сне, а наяву?»
Маленькая Джувия сидит на полу, держа на коленях шкатулку. Несмотря на маленькие размеры, она вмещает в себя самые разные, сияющие, сделанные из кристаллов, украшения. Кто только не пытался их купить и даже носить. Никто не может ходить в них, кроме дочери ледяной девы. Только для нее они будут теплыми, а не холодными.
Эта шкатулка и ее содержимое были тем единственным, что хоть немного утешало ее после смерти мамы. Одевая их, она чувствовала, что мама рядом. Иной раз оденет их, выйдет на прогулку или в школу, начнут к ней приставать хулиганы, а кристаллы как засверкают. Никто подойти и уж тем более тронуть ее не могут. Ведь блеск кристаллов ослепляет их. А если кто попробует сорвать их с нее, отдернут руку, словно от кипятка, настолько они холодные.
Смотрит на нее Хару и невольно видит в ней умершую возлюбленную. Из всей троицы Джувия больше всех на нее похожа. Синие волосы, собранные в два длинных хвостика, бледное личико, сапфировые глаза, пояс платья украшает завязанная бантом мамина лента. Ощутив на себе его взгляд, она с удивлением поднимает глаза. Маленькая Джувия не знает, почему при взгляде на нее отец становится мрачнее тучи.
Наоми и Касуми замечают эту неловкую атмосферу. Девочки настороженно переглядываются, не зная, что сказать или сделать. Они знают причину такого странного поведения отца и совершенно не знают, что делать.
Смотрит Хару на свою дочь и видит вместо нее Инессу. Ведь Джувия ее маленькая копия.
Чую силушку неслабую,
Не обижен я и славою,
А живу, как не живу.
Ой, красавица, да что ты сделала!
Сердце думой не уймешь.
Забывать тебя сама велела,
Да забыться не даешь.
Постоял он еще немного на пороге, повернулся и ушел. Наоми и Касуми тихо вздохнули. Джувия грустно опустила взгляд. С тех пор как умерла мама отец даже смотреть на нее не может.
Идет Хару через деревню к своему руднику и слышит перешептывающихся между собой соседей.
Все уже давно заметили, что дети у Хару и Инессы непростые. В свою мать пошли. Синеволосые и синеглазые, непохожие на местных детей. Особенно Джувия. Маленькая, но такая красивая, не похожа на других девчонок. Белоснежка с волосами и глазами цвета ночного неба. «Она у тебя, Хару, словно гарусинка из праздничного пояса выпала. Красота.» Других, наоборот, эта самая красота отпугивала, так как они знали, почему она и ее сестры такие. «Вот только эта красота не наша. Она дочь Юки-Онны.» Так говорили родители других детей, не подпуская их к сестрам Локсар. Вот она, значит, какая — ледяная дева. Худому с ней встретиться — горе, и доброму — радости мало.
