Рад вас приветствовать на своём канале. Сегодня мы поговорим о советской лёгкой пушке периода Великой отечественной войны -"Сорокопятка". Всего было выпущено 3 модификаций данного орудия. 1932(19к), 1936(53к) и 1942 года (М-42). Последняя обладала самой большой убойностью ввиду увеличения калибра ствола, до 68.6 с 46. Не будем вдаваться в подробности технических изменений данного орудия, скажем лишь об основных отличиях. Модификация 1936 года получила резиновые колёса ГАЗ-А, полуавтоматику затвора при использовании не только бронебойных, как было у 53к 1932 года, но и осколочных снарядов и наконец, корпус перестал быть литым. М-42 отличалась от своих предшественников более лучшей противопульной защитой, толщина щитка была приведена к 7мм. Так же, верхний щиток можно опустить вниз, что делало и так небольшую пушку ещё ниже.
Выпускалось данное орудие вплоть до 1946 года и успело поучаствовать даже в Корейской войне на стороне КНДР. Наши ВДВ использовали их до конца 1950 года.
Какие положительные стороны у данного орудия? Во первых - это малый размер, что говорит о прекрасных возможностях в вопросах маскировки и нанесения неожиданного удара. Во вторых - манёвренность. Получаем малый вес и размер, то есть, хорошую лёгкую пушку для засадной тактики. Калибр орудия 45мм у ранних модификациях с длиной ствола в 46, мог успешно бороться с лёгкой бронетехникой немцев, однако, на средние танки его не всегда хватало, играла роль дистанция. Чем ближе подпустишь, тем больше шансов, что пробьешь. Модификация М-42 исправила это и на момент 1942 года могла относительно успешно бороться с немецкими танками, пока на фронт не вышли такие машины, как тигр, пантера, модификации "четвёрок" с лобовой проекций в 80мм. Первые две машины пробивались только в борт, моторной отдел. Конечно, с тигром нужно было ещё постараться, но 45мм борта пантеры пробивались идеально. С панцером 4 было проще, достаточно было подпустить его на дистанцию в 300 метров. Однако, всё легко только в теории, на практике выходило по разному и зачастую печально. Вывод вырисовывается сам собой. Для уничтожения немецких танков сорокопяткой требовалась определённая дистанция и отличная маскировка, с последующим точным выстрелом. Такое мог провернуть только опытный экипаж с железными нервами. К сожалению, статистика говорит о том, что зачастую артиллеристы упускали право первого выстрела. М-42 и предыдущие модификации слабо защищали от осколков, достаточно было положить снаряд рядом. На фронте данное орудие пользовалось, как и любовью, так и дурной славой почти наравне.
На 2016 год были страны, у которых данная пушка стоит на вооружении до сих пор. Это Венесуэла, в наличии у которой 6 боеспособных пушек М-42, Тунис - 12. Рекордсменом является Иордания, 216 пушек, однако, все или абсолютное большинство из них небоеспособны. Подозреваю, что часть из них до сих пор присутствует.
Ну а сейчас, обратимся к воспоминанием ветеранов, которые воевали на сорокопятках.
Эпизод, который вы сейчас прочтёте примечателен интересной тактикой применения М-42. Повествование ведётся о танковой атаке наших сил на позиции немцем. Танки шли впереди, а пушки в 20 метрах позади последних танков, тем самым, имея лучший обзор, оказывая мгновенную поддержку для подавления опасных огневых точек врага. В данном случае, была уничтожена батарея немецких пушек PAK-40, грозное орудие, которое с легкостью боролось с нашими Т-34, а при должной сноровке и КВ.
Лейтенант Николай Давыдов. Первый бой.
Цитирую:
Ну что, когда только поднялись, вышли из балки, как началась артподготовка… Из всех стволов! А потом пошли танки, причем самые разные. Там и КВ, и Т-34, и даже маленькие танкетки. И два КВ сразу подбивают… Ну как подбили, просто сбили им гусеницы. И я вот себе никак не прощу, как не увидел, не рассмотрел, что там немецкая батарея стояла на прямой наводке.
Эти КВ первыми шли, а мы позади последних танков метрах в двадцати. Потому что у нас строжайший приказ – «сопровождать и не отставать!» Я как увидел, засек, там же всего метров двести пятьдесят, сразу скомандовал: «Прицел – шесть!» и сразу подавили ее. Вижу, из КВ выскочил расчет, и стал натягивать гусеницу. Мы им создали условия, прикрыли, и минут через двадцать они уже опять пошли вперед.
В общем, подавили мы эту батарею 75-мм орудий. Когда добрались туда, там оставалось трупов пять и больше никого. Все четыре орудия бросили и сбежали. Потом 3-я батарея, которая шла за нами, она оставила свои «сорокопятки», взяла эти орудия и до конца войны с ними воевала. С немецкими! Между прочим, это сильные орудия. На ЗИС-5 их таскали. Потому что «полуторка» тянула их только по хорошей дороге. А чуть бездорожье или слякоть, это все. Немецкое орудие ведь намного тяжелее «сорокопятки».
В данном отрезке Николай Давыдов даёт небольшое объяснение тому, почему солдаты прозвали "сорокопятки" "Прощай Родина!".
Цитирую:
А вообще, мы никогда не открывали огонь, если до противника было свыше трехсот метров. Потому что на таком расстоянии наши снаряды не брали. Даже если попадешь в гусеницу, не брал снаряд. Только на триста метров. Вот поэтому нас и называли «Прощай, Родина!»…
Георгий Петрович Романов, наводчик.
В данном эпизоде представлена более суровая информация о "сорокопятке". Георгию Романову не раз приходилось видеть, как гибнут её расчёты, о чём он и говорил.
Цитирую:
Надо было срочно перебросить батарею через открытую лощину на другую позицию. Первые два орудия немцы накрыли. Половина расчетов погибла. Моя «сорокапятка» была третьей. Весь расчет смотрел на меня. Умирать никому не хотелось…
Печальный момент, который ещё раз подтверждает, насколько легко уничтожался расчёт данного орудия и как активно оно использовалось в тяжёлых условиях.
Личное мнение Георгия Петровича Романова о "сорокопятке".
Цитирую:
«Сорокапяткой» в статьях и книгах восхищаются. Вот какая геройская пушка и какие герои-артиллеристы. Истребители танков! Громко звучит. Может, так оно и есть, но если сказать прямо, то к концу сорок третьего года наша «сорокапятка» как противотанковое орудие безнадежно устарела. Даже новая улучшенная модель с удлиненным стволом. Повторять откровения других артиллеристов не буду. Пушка легкая, небольшая, скорострельная. Прицельность хорошая. Я на спор закатил на пятьсот метров снаряд в чердачное окно, где пулеметчик сидел. Только брызги полетели. Бронетранспортер или броневик наши снаряды легко пробивали.
Но ведь к зиме сорок третьего у немцев какие танки были? Про «тигр» и «пантеру» и говорить нечего.
У них лобовая броня по – 100 миллиметров. К счастью, они составляли лишь небольшую часть немецкого танкового парка. У Т-3 и Т-4, самых массовых танков, броню постоянно усиливали, довели до 50 и более миллиметров. Да еще броневые экраны и звенья гусениц навешивали. Они в нас свободно за километр снаряд всаживали, а наше расстояние – это 300–400 метров. Да еще надо изловчиться и в борт болванку засадить. В лоб – бесполезно. Подкалиберные снаряды хорошая штука, но также на небольшом расстоянии. Выдавали нам их поштучно. Редко когда в комплекте орудия десяток подкалиберных имелось. Это уже ближе к сорок пятому увеличили норму, если таковая была. Да и подкалиберные снаряды лобовую броню танков только в упор пробивали.
Первый бой был тяжёлым, сказывалась то, что калибр пушки был слабым, однако, выбора не было, приходилось воевать с тем, что было.
Цитирую:
На левом фланге приняли удар мы, «сорокапятчики». Снега еще немного было, декабрь. Легкий морозец. Немецкие танки катили на нас с хорошей скоростью, маневрируя на ходу. Примерно штук 12 средних танков Т-3 и Т-4. А с бугра, как наседки, посылали в нашу сторону тяжелые 88-миллиметровые снаряды три самоходные установки. До них больше километра. Орудия у нас в ровиках замаскированы, защитные сетки – хоть и небольшие. Нас разглядеть трудно. Но лишь до первых выстрелов.
Тогда и снег закоптится, и люди забегают. В общем, будем мы, как на ладони. Но это полбеды, если мы первый удачный залп сделаем. Шесть стволов – сила. С нужного расстояния (метров триста) можно пару танков сразу подбить. А там уже легче дело пойдет.
Наш Олихейко ( командующий позицией) еще кому-то позвонил и приказал открыть огонь одним взводом. Ахнули три пушки первого взвода. Недолет. Расстояние за шестьсот метров. Второй, третий залп. Мы, затаив дыхание, следим. Ну, может, один снаряд из девяти в цель попал, но броню не пробил. А взвод себя обнаружил. Во-первых, ударили по взводу две самоходки, и с остановки – передние танки. Остальные продолжали вперед катить.
Позицию первого взвода накрыли сразу. Там черт-те что творилось. Вспышки взрывов, земля мерзлая взлетает, обломки зарядных ящиков. Одно орудие перевернуло, от второго куски посыпались. Третье орудие, как из преисподней, снаряды один за другим посылает. Подбили один танк. А остальные уже ближе к нам подвинулись. Идут наперерез, вот-вот борта подставят.
Взводный между орудиями бегает, а они друг от друга метрах в сорока стоят. Не спешите, ребята! Огонь по команде. А Олихейко свою команду торопится дать. Мы с нормального расстояния стреляли. Я «свой» танк хорошо видел, он навстречу двигался. Пришлось бить в лоб. Промахнулся, высоковато взял. «Снаряд!» – кричу. А снаряд уже в стволе. Заряжание у нас быстрое, и расчет слаженный. Второй снаряд от брони отрикошетил, только голубая искра проскочила. А нам уже «подарок» от самоходки несется. 88 миллиметров ударили в задний бруствер. Осколки в основном поверху пошли. Но одному из расчета осколок каску пробил и сорвал вместе с ухом. Боец упал, катается, кричит, кровь хлещет.
Я на секунды замешкался, командир орудия, старший сержант Вощанов, меня оттолкнул, хотел сам за прицел встать. Но меня столкнуть трудно, я его на голову выше и физически крепче. «Не лезь!» – крикнул и снова выстрелил. Этот танк мы подбили. Наша пушка или другая, не поймешь. Работали, как автоматы, только гильзы звенели.
Танки бы нас расколошматили, на батарее три или четыре пушки оставались. Правда, и у немцев один танк горел, второй отползал кругами в низину, с порванной гусеницей. Но у них была другая цель. Они прорывали наш левый фланг, и следом за первой группой танков шла вторая с бронетранспортерами. Тогда уже завязывался узел будущего корсунь-шевченского побоища, и немцы совершали тактические прорывы, преследуя какие-то свои цели.
Наш взвод, развернув орудия, бил в борта и кормовую часть уходящих в снежной круговерти немецких машин. По нас стреляли самоходки с холмов и разбили одно орудие. Может, добили бы и остальные, но подключились наши гаубицы. Взрывы тяжелых шестидюймовок заставили отползти самоходки. Часть снарядов обрушилась и на прорывающиеся танки. Остановить их не сумели, но еще один подбили. Мы хорошо подковали бронетранспортер. Он загорелся. Из него выскочили человек двенадцать фрицев и, пригибаясь, побежали прочь.
Они были в шинелях и хорошо заметны на снегу. Мы подожгли подбитый гаубицей танк и принялись посылать осколочные снаряды в убегающих. Все были злые, снарядов не жалели. Почти весь экипаж бронетранспортера был уничтожен. Может, кто-то бы и спасся, но к горящим машинам побежали пехотинцы и добили притаившихся или раненых фрицев.
После боя мы похоронили девять ребят из батареи. Все молодые парни, и двадцати лет не исполнилось. Отправили человек двадцать пять раненых в медсанбат. Вот и считай: в батарее около шестидесяти человек вместе с коноводами было, а осталось чуть более двадцати. Раненые в основном тяжелые. Пострадали от осколочных снарядов. Жутко смотреть на разорванные тела, внутренности, оторванные ноги, руки. Заряжающий, который как резаный кричал, дешево отделался. Его лишь оглушило и ухо осколком срезало. Вертит в руках разодранную каску и глазам не верит, что жив остался. Нашего взводного ранили.
Скорее всего, речь шла о немецком бронетранспортёре на базе которого устанавливалась универсальная зенитка калибром 88 мм.
Отрывок взят из книги Першанина В.Н. «Смертное поле». «Окопная правда» Великой Отечественной». Очень интересная и сильная работа, рекомендую к ознакомлению.
Суровый бой, который прекрасно демонстрирует то, что "Сорокопятка" не прощала ошибок. В данном случае главную роль сыграла неопытность командира Олихейко, который слишком торопился, ведь подпусти артиллеристы немецкие танки на дистанцию в 300 метров и, возможно, удалось бы сохранить больше жизней из расчётов пушек. Но на войне всё часто идёт не по плану, как я уже писал, легко в теории, но не на практике.
Подводя итог данной статьи, можно сказать, что "Сорокопятка" была хорошим орудием, но только при том условии, если её расчёт состоял из опытного экипажа, который прекрасно знал возможности своего орудия и тактику. Пушка стала быстро морально устаревшей во время активной фазы Великой отечественной войны, едва боровшись со средними немецкими танками в начале конфликта, на среднем и позднем, она годилась только для поддержки пехотных формирований и для уничтожения лёгких бронированных, либо пехотных целей. Лучшее применение для неё на тот момент, на мой взгляд, это охрана тыла. Данную тактику использовали американцы, выставляя на охранение СПАМА, тыловых частей - 57мм пушки М1 и лёгкие 37мм. В случае крайней нужды они могли предотвратить или хотя бы задержать, до прихода подкреплений, вражескую бронетехнику. Тем не менее, нельзя отрицать преимущества пушки, лёгкость, манёвренность, точность, что позволяло бороться с немецкими танками в самых разных условиях, но потери, к сожалению, сами говорят за себя. Смертность была очень высокая.
На этом всё, если вам понравилась данная статья, то оцените её и оформите подписку, тем самым поддержав меня. Сейчас это крайне необходимо для развития молодого канала. Благодарю вас за внимание!
_____________________________________________________________________________________
Другие статьи:
История сквозь года.
https://zen.yandex.ru/media/id/608fb7e162e38e1d008880fa/istoriia-skvoz-goda-609998db87bf2977fcc687fd
Оружие победы - СУ-76, воспоминания экипажей.
Десанты из Кригсмарине в небе над умирающим Берлином.
_____________________________________________________________________________________