Я не была той, которая унижалась. ❌
Я никогда не обрывала телефон и не умоляла вернуться. Мне, в принципе, всегда было сложно набрать номер того, кто был небезразличен.
Всегда было проще писать. Длинные письма ни о чем. Но это, конечно же, только для тех, кто был мне действительно дорог. А все остальные, те, что проходили мимо меня, задерживаясь на короткий срок, получали сообщения.
Но и получить сообщение от меня стоило большого труда. Особенно, если я не была уверена в продолжении этих отношений.
Я никогда не могла навязываться. Я разучилась предъявлять претензии мужчинам и доканывать их вопросами. На их вопрос: «Ты обижаешься?» Я отвечала, что привыкла. Давно привыкла к боли, грязи и разочарованиям. Давно привыкла к такому отношению.
Я никогда не могла спросить, почему так? Почему мы не вместе, чем я не такая и что не так. Я задавала все эти вопросы в прошлой жизни. Тогда, когда у меня еще была надежда. А теперь ее нет. Ее растоптали и загнали под землю. Ей не давали продохнуть. Поэтому я и жила так. Без вопросов. Без ответов. Я никогда и никого рядом с собой очень близко не держала.
Лишь немногие люди цепляли меня. Возможно, меня с ними ничего серьезного и не связывало. Мы не были в отношениях. Но эти люди порой были ближе некоторых. В их отсутствии я тосковала. Тосковала будто бы по самой себе, которая может не задумываться и говорить то, что на самом деле думает. Не сдерживаться, не обдумывать каждый свой шаг. Не контролировать. Просто жить и дышать. Полной грудью. Вот какие люди мне были дороги.
Со всеми же остальными я использовала правило трех. Трех последних сообщений, трех последних неотвеченных звонков, трех писем и трех предательств.
Правило трех – это правило отсутствия четвертого шанса, которого не дано. После трех раз человек для меня морально умирал.
Линда Хорес
по роману "Моя последняя надежда"