Несколько дней спустя, я уже вставала с постели, ела и даже выходила один раз на улицу. Уже наступил декабрь было очень холодно и я очень хотела домой, но психотерапевт назначил мне какое-то лечение и меня перевели в неврологию. В палате не было никого кроме меня, мне не с кем было даже поговорить и целыми днями меня одолевали воспоминания. По видимому лечение все же шло мне на пользу, потому что та жалящая, жгущая грудь боль уже ушла. Оставалась лишь тихая грусть и тоска, сменившие мое прежнее отчаяние. Сережа меня больше не беспокоил, навещала меня только Ленка и Валерий Константинович врач из отделения интенсивной терапии. Он заходил довольно часто, когда бывал в нашем отделении. Я не понимала причину такого его интереса ко мне, видимо он меня жалел. Хотя Ленка утверждала, что он влюблен в меня, я не могла себе представить, что бы такой деловой и компетентный врач мог влюбиться в свою пациентку. Просто он проявлял ко мне профессиональный и может немного дружеский интерес. Зато