Писатель-сатирик, драматург эстрады Виктор Коклюшкин родился в 1945 году в Москве. Окончил издательско-полиграфический техникум и Высшие театральные курсы ГИТИСа. Сменил много профессий. В 1969 году Коклюшкин стал автором страницы «Двенадцать стульев» «Литературной газеты». В 1972 году с его рассказами выступил на сцене конферансье Москонцерта Е. Крапивский. С 1980 Виктор Коклюшкин стал писать специально для эстрады. Виктор Коклюшкин написал целый ряд пьес и программ.
Я и легкий, и веселый
- Виктор Михайлович мы живем в очень непростое время, которое, кажется, не очень располагает к легкости и веселью, а у вас постоянно сочиняются смешные рассказы. Не поделитесь ли секретом что помогает вам не терять чувства юмора ?
- Конечно, и у меня настроение от всех этих неурядиц и неразберих портится, но я понимаю, что если не защититься смехом, то все перейдет в нападение и окрасит жизнь черной краской.
- То есть сатира, юмор - это форма самозащиты ?
- Я думаю, что даже глубже. Однажды Ефим Шифрин в телевизионной передаче меня спросил для чего нужен смех, я ему ответил: « Пока человек плачет, он должен смеяться». По-другому быть не может. На самом деле - это потребность организма возобновить какую-то энергетическую силу за счет смеха. Поплакал - значит надо посмеяться .
- Скажите, а вы человек веселый, легкий ? Любите ли шутки, розыгрыши ?
- Думаю, что я и веселый, и легкий. Признаться, больше таких легких людей не встречал. Шутки и розыгрыши люблю. И главное, что с годами многие шутки молодости заставляют краснеть и вспоминать их бывает очень неловко. В армии я писал письма одному сержанту как бы от его возлюбленной. А он был очень забитый и невзрачный человек. Надо было видеть, как он расцветал на глазах у всей роты, начинал чистить сапоги ярче всех, ходил гоголем, мурлыкал песни. Или другой случай. Как-то мы принесли довольно халтурный сценарий на киностудию Довженко, потом втроем - я, мой соавтор и редактор возвращаемся в гостиницу. Я совершенно спокоен: сказали доработать - доработаем. А эти двое идут, ноют -и с тем они не согласны и с этим. И вот мы уже добрались до гостиницы, поднялись на лестницу , я вошел в номер. А они застыли в дверях и продолжают свой разговор. И тогда закрыв дверь, я швырнул на пол стулья, распахнул настежь окно и спрятался в большой стенной шкаф. Эти два дуралея вбегают в комнату и видят, что никого нет, окно открыто, стулья валяются. И мой соавтор - мне так неудобно вспоминать - высунулся в окно и , глядя вниз, кричит: «Витя, Витя, куда ты? Ведь у нас бутылка». Мне стало так стыдно, что я еще минут пять из шкафа не выходил , и думал : «Какая же я свинья».
- Интересно, а легко ли сейчас живется писателям, и как за последние годы изменились отношения между ними и издателями ?
- Раньше было так: выпустил книжку - богатый человек, допустим, мог купить квартиру, а сейчас книжку выпустил - можешь только заплатить за квартиру. Это, конечно, шутка, но все-таки, из тех, кто называл раньше называл себя писателем - в Союз писателей входило около
десяти тысяч человек, плюс был Московский союз литераторов, еще какие-то союзы - сейчас остались только те чудаки, которые жуя корочку черного хлеба все-таки что-то пишут. Многие, те кто по умнее, ушли. Впрочем, это обычная для России ситуация. Например, о «Мастере и Маргарите» мы узнали лишь через тридцать без малого лет с момента написания романа, «Жизнь и судьба» Гросмана пришла к нам только через четверть века. И сейчас тоже, наверное, есть, должны быть такие же некому пока неизвестные писатели-летописцы.
Дорогу осилит идущий
- Вы являетесь одним из популярных авторов эстрадного жанра, интересно как читатели и зрители проявляют свою любовь, звонят ли, пишут ли письма ?
- Лично я очень люблю свою зрительскую и читательскую аудиторию, и она отвечает мне тем же. Письма, правда, не пишут, телефонные звонки если и бывают, то как правило какие-то дурацкие. Как правило, звонят с молодые артисты, которые хотят блеснуть на эстрадном поприще.
- Какой-нибудь случай не припомните?
- Даже два у меня было таких запоминающихся разговора. Один позвонил и спрашивает, как на конкурсе эстрадном получить премию, чтоб потом стать известным. Я отвечаю: нужно найти хороший материал, поработать с режиссером, потом на публике этот номер обкатать, проверить принимает она его или нет. Он на это говорит: «Ну, это все понятно, вы скажите, кому бабки-то давать». Был и другой разговор, который меня слегка потряс. Звонит человек и говорит:
«- Виктор Михайлович, мне Трушкин сказал, что вы учились на Высших театральных курсах. Скажите, я могу туда поступить ?
-А вам Трушкин не сказал, что это было 19 лет назад, и я даже не знаю есть ли сейчас эти курсы или их нет. А зачем вам театральные курсы?
- Да вот я хотел стать артистом.
- А конкретно, что вы хотите?
Я хочу жить в Москве, быть известным и получать много денег.»
Это дословно наш разговор, придумать я бы так не придумал.
-Да, нарочно не придумаешь. А вы учились театральных курсах ?
- Туда я попал, когда уже широко печатался. Печатаюсь я с 70х годов. А потом, когда постепенно пришел к эстраде, Министерство культуры без моего ведома направило меня на эти самые театральные курсы. И я, наверное, единственный из эстрадников имею диплом, в котором написано « Драматурга эстрады». Если же перечислять, все, что было со мною до этого, боюсь, у вас пленки не хватит. До армии я три года работал слесарем, потом корректором в типографии, выпускающим в издательстве, комендантом в мосгорвоенкомате, полотером, старшим инженером по охране реставрации, редактором в «Литературной России» и так далее.
- Я знаю, что когда-то вы занимались реставрацией. Наверняка, какие- то забавные истории, связанные с этой замечательной порой, у вас тоже имеются.
- Действительно, я занимался охраной и реставрацией подмосковных музеев, и с тех пор люблю вспоминать очень смешную историю. В Клину до войны некоторое время жил Аркадий Гайдар, и уже в 70-х годах жители дома, в котором провел несколько лет детский классик решили, что если этот дом поставить под государственную охрану и открыть музей, то там проведут кап.ремонт, жильцам, может быть, даже дадут новые квартиры. Они стали хлопотать, и здание, действительно, поставили под государственную охрану и повесили на нем мемориальную доску. А поскольку это было при советской власти, то около этого дома закипела деятельность пионерской организации: школьников стали принимать в пионеры, туда под звуки горна и барабанный бой приходили пионерские дружины и рапортовали этим жителям о сборе металлолома, макулатуры и других своих успехах. В конце концов, жители дома взвыли, доску сняли и стали доказывать, что А. Гайдар здесь жил совсем недолго и никакого музея устраивать не надо.
- Английский писатель начала ХХ века Джозеф Конрад сказал: «Если человек не верит в удачу, это признак не богатого жизненного опыта», согласны ли вы с ним, часто ли вам улыбалась удача ?
- Да , с этой мыслью я совершенно согласен, потому , что кроме него был и другой, написавший в Библии: «Дорогу осилит идущий», если ты веришь, если ты идешь, то впереди, конечно, что-то возникает. Я же себя иногда ощущаю в этой жизни как на необитаемой планете. Но если подсчитывать потери, заслуги, какие-то желания, которыми сам себя награждаешь, то Бога гневить я не буду . Конечно, внутренне я уверен, что стал бы мировым известным писателем, если бы работал больше и жил бы лет до трехсот. Вот Шекспир говорил, что мир - это театр, наверное, лучше не скажешь, потому что я сам иногда чувствую себя актером в этом театре, но не играющим, а которым кто-то играет: кто-то дернет - настроение испортится, потом идешь по улице - вдруг кто-то смилостивился и настроение улучшилось, словно мы марионетки или шахматные фигуры какого-то суперинтернета нам пока неизвестного.
https://vm.ru/news/52196-viktor-koklyushkin-lyudi-smeyutsya-poka-plachut