– Почему здесь нельзя танцевать? Это же концерт. Позвольте мне остаться. Мне нужно чувствовать звук. Нужно чувствовать себя живым! – охранник оттащил меня от сцены, что-то высказывал, размахивал руками и даже перешёл на крик. О, эти злые глаза, перекошенный рот.
Знаешь, иногда глухим быть даже здорово. Отвернулся, и мир снова прекрасен. Никто не маячит, никто не гонит волну неприятных вибраций воздуха в твою сторону.
Тихое умиротворение. Безграничная пустота. Безмолвная симфония. Симфония, которая сводит меня с ума...
В начальных классах моя жизнь резко изменилась. Воспаление среднего уха бесследно не прошло, и я потерял слух. Все надежды родителей, вбухивающих деньги врачам и разным знахарям, рушились с каждым днем.
Я лежал дома на диване и не понимал, как мне жить дальше. Открывал окно, пытаясь уловить звук проезжающей машины или чириканье птицы. Видел и машину, и птицу, но не слышал их. Как будто они существовали в другом, не моем, мире.
Включал любимые треки на телефоне. Видел дергающиеся полоски в эквалайзере, но слышал только пустоту. Проникающую в самое нутро, пустоту. Про уроки танцев тоже можно было забыть. Какие уж тут танцы?
Когда меня перевели на дистанционное обучение, я осознал, что проведу свою жизнь в одиночестве. Друзья резко куда-то делись, родители пропадали на работе. Один день сменял другой, таща за собой вереницу других однотипных дней.
Так прошло несколько лет. Пройдя все этапы депрессии, я остановился на принятии ситуации. Стало все равно, как доживать эту никчемную жизнь. Пока однажды, листая скучную ленту ВКонтакте, на глаза не попалась статья о том, что звук – это упругая волна механических колебаний. Что-то колеблет воздух, и слышится звук. Потом я полез читать про ультразвук, поглощение и отражение его. Вибрации... Я стукнул рукой по столу и почувствовал эту вибрацию. Не слышал звука, но чувствовал его кожей.
Затем полез в интернет искать информацию, как Бетховен писал музыку будучи глухим. Он зажимал зубами трость. Таким образом звуки от корпуса инструмента передавались через неё зубам Бетховена, а через них костям черепа. Далее эти вибрации передавались во внутреннее ухо, и он слышал звук. После прочитанного я понял, что не все потеряно.
С того момента я начал постукивать по разным предметам, пытаясь уловить разницу в вибрациях. От дерева они были мягче, чем от металла. Перила лестницы отдавали холодом. И я помнил этот звук удара металла о металл. Высокие вибрации, проникающие прямо в мозг. Хотелось непроизвольно зажать уши. Впервые на моем лице появилась улыбка.
После этого я стал искать в интернете разные музыкальные инструменты и включал их, пытаясь услышать их вибрации. Но, их не было. Электронный звук поглощал их и прятал от меня. Тогда я купил билет в местную филармонию и сразу же направился туда.
Это было незабываемо. От каждого музыканта исходила особая волна. От скрипки вибрации касались волос на затылке и уносились дальше. От барабана вибрировал желудок. Контрабас вызывал щекотку где-то между лопатками. И тогда я понял, что необязательно слушать звук, чтобы его осознавать.
Следующий месяц я не пропускал ни одного концерта. Родители с удовольствием давали мне денег, видя блеск моих глаз.
Однажды я расхрабрился, встал, подошёл к сцене и попробовал двигаться в такт тем вибрациям, которые я ощущал своим телом. Волна прошлась по кончикам пальцев – плавный взмах рукой, как будто направляя волну дальше. Вибрирует от колена и вниз – резкий пируэт и поворот. Мое тело двигалось легко и свободно. Вспоминало заученные ранее движения и накладывало их на новые ощущения.
Мне не нужен звук, чтобы танцевать. Боже, как я был счастлив в этот момент!
Пока меня не вывели под руки из концертного зала и не показали на выход. Я не стал говорить им о дефекте. Мне не нравилось осознавать себя калекой и "не таким". Отвернувшись от негативных вибраций, которые я всегда ощущал конкретно сердцем, направился на набережную.
Я знал, что там всегда были выступающие музыканты, которые не дадут мне погрузиться в безмолвную симфонию пустоты.
Жить – не значит слышать, жить – значит чувствовать.