Переход от натурального хозяйства к господству товарно-денежных отношений, как выяснилось несколько позднее, явился самой грандиозной экономической революцией за всю историю человеческого общества. Казалось бы, не очень существенная разница между производством продукции, предназначенной для собственного потребления, и производством товаров, то есть продукции, специально предназначенной для продажи, по сути преобразовала всю экономику в целом. Оказалось, что ни производство, ни распределение вообще не нуждаются в насилии или в иерархической субординации, необходимой для присвоения общественного продукта, произведенного тружениками, с целью его последующего перераспределения в интересах власть имущих личностей.
Натуральное хозяйство, в основном связанное с обработкой земли, с аграрным сектором, предполагало большое количество тяжелого физического труда. Поэтому в течение многих тысячелетий в нем использовалась мускульная сила одомашненного рабочего скота и порабощенных, полностью зависевших от хозяев работников. В эпоху рабовладения древние римляне так и называли рабов «говорящими орудиями». В период феодализма зависимость крестьян от владельцев земли была несколько менее полной. Лендлорды в большинстве европейских стран не владели земледельцами безраздельно, не имея права их не только убивать, но и продавать. А с совершенствованием агротехники и орудий труда отношения помещиков с крестьянами все более и более принимали вид арендных отношений: лендлорд предоставлял им земельные наделы в личное пользование на оговоренный срок, а они за это должны были либо делиться частью урожая (оброк), либо установленное время отрабатывать на его полях (барщина).
Поэтому трудовой люд с молоком матерей впитал убеждение, что его участие в трудовом процессе – это всенепременно та или иная форма экономической зависимости. Как минимум. И как максимум – та или иная форма насилия, которому он подвергается, независимо от своего желания. Отсюда и возникает неистребимая классовая ненависть к «эксплуататорам», подкрепляемая тем, что успешные предприниматели – люди, как правило, не бедные. Хотя источник их благосостояния едва ли обусловлен тем, что они обворовывают своих наемных работников, не выплачивая им полную стоимость их труда. При массовом товарном производстве доход всегда определяется разницей между себестоимостью продукции, в формировании которой живой труд во многих отраслях не играет столь уж существенной роли, и продажной рыночной стоимостью этой продукции.
При натуральном хозяйстве труженик был занят производством исключительно той продукции, в которой он сам нуждался. Это относилось не только к продуктам питания, но и к предметам домашнего обихода. В большинстве крестьянских домов само жилище, мебель, посуда и большая часть одежды были самодельными. Покупалось только то, что крестьяне не могли сделать сами. В частности, изделия из металла. Поэтому более или менее крупные сельские поселения редко обходились без своего кузнеца, как, впрочем, и без мельницы. Ручной помол зерна – дело очень тяжелое и трудоемкое, поэтому даже беднейшие из крестьян предпочитали молоть зерно на водяных или ветряных мельницах, отдавая мельнику каждый десятый мешок за помол.
Выезжали земледельцы и на рынки, но в качестве товара они везли то, что у них самих оказывалось в избытке. Они продавали только излишки, ни объем, ни ассортимент, ни качество которых заранее не предусматривались. Переход на массовое товарное производство потребовал кардинального переосмысления задач и целей хозяйственной деятельности. Производитель отныне и во веки веков обязан заранее рассчитывать, что, для кого и сколько именно продукции он должен производить и чем он обязан для этого заблаговременно запастись. По этой причине одним из важнейших факторов производства стала информация. Причем отнюдь не только экономическая. Чем большим объемом сведений предприниматель обладает о своем сегменте потребителей, об их привычках, вкусах, интересах и т.д., тем более он оснащен для битвы за их кошельки.
И это – один из главных парадоксов современной экономики. Люди, как правило, одержимые узко корыстными целями, которым, казалось бы, нет никакого дела до окружающих и до их забот, вынуждены внимательно изучать своих потенциальных покупателей, чтобы предугадывать их потребности. И в целом предприниматели, совершенствуя производство, несомненно, улучшают качество жизни населения, хотя далеко не все из них могут считаться благодетелями человечества. Предприниматели с равной готовностью производят не только полезную для людей продукцию. Их интересует прежде всего массовость и устойчивость спроса. В противном случае они не производили бы сигареты, алкоголь, огнестрельное оружие, боеприпасы, а то и оружие массового поражения, когда его заказывает правительство. Поэтому, признавая позитивную роль экономического и технологического прогресса, не следует преувеличивать их социальную роль. В целом ряде отношений экономика явным образом не ориентирована на понятия добра и зла. Ее достижения способны нести людям не только величайшее благо, но и весьма серьезные бедствия.