- Мама… - начал Андрей, но отец его перебил.
- Марта, ты же знаешь своего сына! Если он чего-то захотел, то отговаривать его не стоит, он будет пытаться этого добиться как можно быстрее. И нет никого смысла его отговаривать или ставать у него на пути. Это бесполезно. Да сынок, остановить тебя невозможно, но все равно это очень быстро, ты так до сердечного приступа довести можешь!
- Ни для кого это не новость, ведь я вчера заранее всех предупредил, какие теперь претензии?
- Почему ты так поступаешь? – дрожащим голосом сказала Евдокия Степановна, - тебе все равно, что ты причиняешь боль, тебе главное получить то, чего ты хочешь! – с этими словами бабушка встала и пошла к лестнице.
- Бабушка… - было видно, что Андрей растерян и в тоже время раздражен.
Он осмотрел все присутствующих в комнате, он искал поддержки, но ее не было.
Андрей посмотрел на Еву, она понимала, чего он хочет – поддержки.
Ева хорошо знала, что он ненавидит состояние, когда что-то выходит из-под его контроля. И это была именно та ситуация.
Бабушка его не поняла и его это задело.
Он хотел, чтобы Ева уладила эту ситуацию.
В глазах Андрея была просьба, но она прекрасно понимала, что он ее ненавидит также, как и раньше.
Андрей был упрям и не изменит своего решения, но он очень любил свою семью, поэтому их понимание значило для него гораздо больше, чем он мог бы признать.
В особенности его бабушка, увидев ее такой, он, должно быть, почувствовал себя очень плохо.
Ева сделала ему одолжение и пошла за бабушкой.
Она подошла к комнате Евдокии Степановны и постучала в дверь, но ей никто не ответил, поэтому она открыла дверь, но там никого не оказалось.
Она вышла, закрыла дверь и пошла ее искать. Затем она увидела ее на балконе, смотрящую в небо.
- Бабушка! – позвала она ее, Евдокия Степановна повернулась к ней.
- Ева! Извини нас за эту сцену, ты не должна такого видеть. Иногда он невыносим и делает мне очень больно, я не могу такого вынести. Возможно, я могла бы повлиять на него по-своему и даже напугать… Но он очень упрям, чтобы кого-то слушать… Обещай мне, что ты никогда ему не позволишь поступать по-своему, - она выглядела грустной и разбитой.
- Я обещаю, - сказала Ева, чтобы хоть как-то ее успокоить.
- Вы оба - полная противоположность, но вы очень похожи. Он также мне обещал, когда хотел меня успокоить, - Евдокия Степановна улыбнулась.
- Он, возможно, сделал очень быстрый шаг и проигнорировал твои чувства, но он очень тебя любит. Пожалуйста, пойми его! – умоляла ее Ева.
- Моему внуку повезло с тобой, - Евдокия Степановна обняла Еву.
Мысленно я подумала:
"Я думаю, ему наоборот не повезло, он ведь женился на человеке, которого ненавидит".
- Пошли вниз.
Они подошли к лестнице, чтобы спускаться вниз, но тут Евдокия Степановна резко остановилась.
- Ты иди, а я еще зайду к себе в комнату, мне нужно кое-что взять.
- Хорошо, - кивнула Ева, но заметила, что лицо бабушки стало очень серьезным.
Ева сама спустилась по лестнице, а Евдокия Степановна пошла к себе в комнату и достала коробку из ящика стола.
Когда Андрей увидел, что Ева спустилась одна, он немедленно встал со своего места и подошел к ней.
- Что случилось? Почему ты одна? Где бабушка? Она все еще злится?
- Хватит, Андрей! Хватит засыпать ее вопросами, ты ее пугаешь! Я здесь! – все повернулись к Евдокии Степановне, которая стояла у лестницы с коробкой в руках. Коробка, которую узнал каждый член семье, - Относительно твоего последнего вопроса, да, я все еще злюсь, - она подняла руку, чтобы остановить Андрея, прежде чем она начал спорить, - И я прощу тебя только в том случае, если тебе удастся убедить Еву принять это, - она показала коробку.
- О чем вы говорите? Что ты хочешь, чтобы я приняла? И почему Андрею нужно меня уговаривать? – Ева смутилась, она перевела взгляд с Евдокии Степановны на коробку, затем на Андрея.
- Это, - показала она коробку, - наше семейное ожерелье, оно есть у каждой женщины в семье, - она открыла коробку и показала ожерелье.
Оно было очень красивым, цепочка сделана из платины, кулон в форме сердца с бриллиантами и одним большим сапфиром в центре. Оно было очень дорогим.
Ева огляделась. У бабушки, Марты Игоревны и у Алисы действительно были такие же ожерелье.
"Хмм… Проще простого.. Тут даже уговаривать ее не придется", - подумал про себя Андрей с ухмылкой на лице.
- Нет! Я не приму это. Простите, я думаю, мне следует начать собирать вещи, - Ева побежала вверх по лестнице.
Все смотрели на нее, пока она поднималась по лестнице, но она отказывалась оглядываться.