В начале прошлого месяца в марксистском интернет-журнале «Lenin Crew» была опубликована статья Виталия Тутубалина с порцией критики ильенковщины: «Материализм Ильенкова как протаскивание идеализма в диамат». В настоящей статье критически разбираются идейные основы Lenin Crew и два основных тезиса из менее свежей, но более обстоятельной работы того же автора и на ту же тему, опубликованной под названием «К критике гносеологизма в интерпретациях марксистской философии».
Содержание
- Теория познания онтологистов
- Онтология, или метафизика онтологистов
- Вместо заключения
Теория познания онтологистов
1-й тезис: «Принцип тождества мышления и бытия — это идеализм»
Тутубалин делает попытку обосновать «принцип тождества» как удел идеалистов. В статье прямо не говорится и не доказывается, что бытие не тождественно мышлению, – на это идет лишь намек; читатель сам должен сделать вывод на основе «правильно» составленных цитат мыслителей-авторитетов. Автор пишет, дескать, не дело материалистам, марксистам признавать и последовательно проводить принцип тождества мышления и бытия, который пытался обосновать Э. Ильенков, ругаемый в свое время как «меньшевиствующий идеалист» догматиками и онтологистами от марксизма. Но постойте! Разве этот принцип признавали только идеалисты? Ведь тождество бытия и мышления означает принципиальную познаваемость мира, общества, человеческого духа, или мышления. Это тождество провозглашает истину. Истина есть! Она открыта познанию. Благодаря «принципу тождества» познание как таковое вообще возможно. Мир (как и общество) и его отражение в мысли, понятие о мире, доступно человеческому познанию. Факт? Оказывается не для всех. В стане материалистов, марксистов есть и свои скептики, и агностики, и кантианцы. Они возвращают материализм в прошлое, идя по следам Юма и Канта, отрицающих так или иначе принципиальную познаваемость мира. Спрашивается: зачем? Зачем повторять то же движение мысли и приходить к материализму, обогащенному диалектическим методом? Видимо, для некоторых есть смысл пройти заново старую дорожку мысли и прийти к действительному миропониманию.
Для онтологистов никакого тождества мышления и бытия попросту не существует – это все выдумки и вздор идеалистов. Что нам вообще хотят сказать онтологисты? Общество непознаваемо, раз мысль и бытие никак не сходятся и нетождественны? Зачем нужна практика, зачем вообще нужно строить коммунизм, ведь никогда не сойдется реальность с ее мысленным отражением? Так выходит?...
Да, никто не говорит об абсолютном тождестве, как могут делать субъективные идеалисты, называя все вокруг порождением мысли индивида, или вульгарные материалисты, объявляя всё материей, включая психическое и дух людской. Нет! Мышление и его продукты (понятия) не абсолютно идентичная копия или слепок действительности и люди, как конечные, «греховные» существа не могут достичь абсолюта в познании. Но это же не значит, что мир непознаваем по сути? Вовсе нет! Это значит, что в познании люди стремятся к высшему знанию, к наиболее полному отражению реальности, а отдельный человек со своим «конечным разумом» не может охватить абсолютного и точного на 100% знания – это дело развития всего человечества. Тут важен переход от незнания к знанию. Полное знание постоянно переходит в неполное и наоборот: то, что нам кажется вполне ясным сегодня, завтра становится абсолютно неясным, ведь знание не стоит на месте, а обогащается новыми открытиями, новым материалом.
Онтологисты нехотя абсолютизируют тождество бытия и мышления, – оно сидит у них в головах, хотя на словах, на публике, они его отрицают. Отрицая тождество они удерживаются таким образом в материализме, как они считают. Но для них и противоположность бытия и мышления, материи и сознания носят абсолютный характер. Невольно встает вопрос: насколько наши онтологисты вообще диалектики? Уж не являются ли они метафизиками по способу мышления? Одно выраженное стремление к обоснованию мира подводит к положительному ответу на этот вопрос. Это с одной стороны. С другой стороны, как же онтологисты планируют вывести единство мира, если они отрицают «принцип тождества»? В их же глазах любая построенная ими философско-теоретическая конструкция мира должна выглядеть шаткой и неистинной, потому что изначально не имеет отношения к действительности. Таков принцип и его отрицание! Что мы имеем в итоге? Современное течение мысли отбрасывает материализм в прошлое. Наши онтологисты в марксизме отбрасывают вместе с принципом тождества бытия и мышления диалектический метод, уходят в метафизику по способу мысли и пребывают в новой форме юмизма или кантианства.
Онтология, или метафизика онтологистов
2-й тезис: «Мышление — это модус материи»
По мнению автора статьи оказывается, что мышление никакой не атрибут материи, на что как минимум намекал Энгельс, а некий её модус – случайное, конечное порождение материи, которому вовсе не обязательно воссоздаваться и появляться снова. Как известно, Энгельс в «Диалектике природы» прямо писал о мышлении как о высшем продукте материи, неуничтожимом в абсолютном смысле:
«...материя во всех своих превращениях остаётся вечно одной и той же, что ни один из её атрибутов никогда не может быть утрачен и что поэтому с той же самой железной необходимостью, с какой она когда-нибудь истребит на Земле свой высший цвет — мыслящий дух, она должна будет его снова породить где-нибудь в другом месте и в другое время» [К. Маркс и Ф. Энгельс, Соч., т. 20, М., 1961, С.363].
Отсюда можно заключить, что мышление есть атрибут материи. Только Тутубалин считает иначе. На его взгляд, чтобы последовательно провести материализм надо «с грустью» признать уничтожимость мышления:
«Действительно же последовательный материализм получает преимущество тогда, когда не только именно материя принимается за единственную субстанцию, но и противопоставляемое ей гносеологически мышление онтологически принимается не за её атрибут (всеобщее, неотъемлемое свойство, составляющее «сущность субстанции», по Спинозе), а за её модус (частное, непостоянное, неповсеместное свойство, состояние, режим)». [«К критике гносеологизма в интерпретациях марксистской философии»]
Автор так строит свою теорию: материя как субстанция (основа, первоначало мира) имеет вечные, неотъемлемые свойства, т.е. атрибуты и модусы – некие необязательные свойства. Но это еще не все! Теория дополняется понятием «отражения». Тутубалин не пишет какие конкретно атрибуты имеет материя и не решается прямо возвести отражение до «неотъемлемого свойства», но определенно ставит отражение выше мышления, низводя последнее до модуса, т.е. до разряда непостоянного, некоторого случайного свойства субстанции-материи. Т.о. мышление выступает «состоянием материи» и формой отражения, а само отражение – как нечто среднее, находящееся между материей и мышлением. Автор говорит:
«Но мышление-то точно к атрибутам материи не относится, это её модус, один из способов отражения. Да, это отражение развилось, и естественным образом возникла такая его форма, как мышление, т. е. субъективное отражение действительности в понятиях, суждениях и умозаключениях. Этой формы когда-то не было. Не было высокоорганизованной материи, способной мыслить. Но в фундаменте материи всегда было нечто, непостоянной формой чего и является мышление. Это нечто — отражение». [«К критике гносеологизма в интерпретациях марксистской философии»]
Здесь у Тутубалина половинчатая позиция. С одной стороны, автор, низводя мышление до полностью отчуждаемого свойства материи снимает противоположность между бытием (материей) и мышлением. Противоположности между материальным и мыслимым более не существует, ибо слона и моську – вечную материю, наделенную неотделимыми свойствами с каким-то случайным ее проявлением или приходящим, «смертным» свойством – противоположить невозможно. Материя спокойно может обходиться и без всякого мышления, как она это делала ранее, до своей «высокоразвитой формы», а способность ее отражаться может принимать некую иную (надо полагать, какую-то примитивную и так же случайную) форму.
С другой стороны, автор, вводя понятие отражения и возводя его до атрибута, сам того не ведая, восстанавливает противоположность мышления и бытия, протаскивает мышление в разряд неотъемлемого свойства материи. Само понятие отражения тесно связано с мышлением. Если же есть что отражать, – если есть материя, – то должен иметься субъект, который и отразит отражаемое в своих понятиях, умозаключениях: т.е. сделает отражение действительным. Можно допустить, что отражение может выступать иначе и принимать форму, к примеру, чувственного восприятия, однако и в этом случае должен быть субъект, воспринимающий чувства и способный определить то, чтО он чувствует, т.е. мыслить чувства. Мышление всегда всплывает рядом с понятием отражения: отражение без мышления просто недействительно, так же как и недействительна немыслимая материя.
Вместо заключения
Внимательный читатель может спросить: а с чего это Вы взяли, что отражение вообще свойство по Тутубалину? Ведь у него написано: «...в фундаменте материи всегда было нечто, непостоянной формой чего и является мышление. Это нечто — отражение». И правда таки! Чего это вдруг отражение— свойство? Кто это сказал? Тутубалин? Нет же! Черным по белому начертано автором: «в фундаменте», «материи»... Т.е. у мира есть основа, и это основа не есть материя. Понимаете?... Из «метафизики Тутубалина» можно вывести, что отражение такая же субстанция, как и материя. Можно даже пойти дальше и сделать вывод, что отражение и есть истинная субстанция (основа мира, основа основ), материя всего лишь атрибут, ну а мышление не просто форма, а модус отражения. Однако такое движение мысли не имеет никакого отношения ник к материализму, ни к марксизму, последовательным приверженцем которых – хотя бы на словах – хочет быть уважаемый автор, «товарищ онтологист». Но не видим ли мы здесь «протаскивание идеализма в диамат», с которым вот уже несколько лет бессмысленно и беспощадно борется «Lenin Crew» и его авторы?
Автор текста: В. Серков