Вы на канале сказок о городе Жизнь и его жителях-ангелах.
Симона внимательно слушала проповедника вещающего с кафедры, а тот в красках старался рассказать какая красивая жизнь с Богом. Только... Вот эта жизнь уготована кому угодно, но не Симоне, Симона же бракованная, она из мира пришла в общину и право на создание семьи не имеет, она может лишь служить в церкви и быть "вдовицей".
"Как интересно получается, его дети семьи построят, а я чем хуже-то?" - Мысль не давала ей покоя. И вдруг в сердце появилась такая уверенность, что вот уж что-что, а в личной жизни Симоне точно повезёт. И мужа буду звать Анатолий.
В её местной общине был Анатолий, высокий, статный, красивый, но он терпеть не мог Симону за то, что она вечно всё переуточняла: "а действительно ли так написано? А есть ли этому подтверждение? А почему именно так? А зачем дано такое и такое указание?" Его раздражали её вопросы, тем более этот Анатолий уже давно дружил и ухаживал за другой девушкой. Вот только Симоне община внушит, что она в него влюбилась, а чего бы не влюбиться? Один молодой проповедник на всю их старушачью общину. Да и старушки ещё те "моралистки" Юбку до середины коленной чашечки носить нельзя.
"Не соблазняй нашего Анатолия," - Слышала она каждый раз, когда появлялась в любой молодёжной одежде, даже если это была длинная юбка по фигуре, все её окружение старалось одеть её в мешковатые "бабушкины" балахоны, молодую и достаточно симпатичную 24-летнюю девушку.
Через время Симону приглядит себе в невестки одна женщина и познакомит со своим сыном. Тот будет с изюминкой - его рыжие волосы будут ослепительны в лучах солнца. Она больше никогда не повстречает людей с такими волосами. И вроде бы всё хорошо, прекрасный вариант для брака: обеспеченные родители, своя квартира и дача. Живи и радуйся. А Симона смотрит на этого парня и сердце вроде сладостно щемит и при это очень-очень тревожно на душе.
Есть вещи, которые Симона не могла никогда объяснить. Вот и сейчас она воспользовалась своим даром:
"Покажи мне, что это за человек." - Попросит она Верховного Правителя Жизни, и судьба забросит Симону в небольшую командировку. По приезду она увидит пустые бутылки из-под алкоголя.
- Ну пью в выходные, имею право, я работаю с больными людьми и могу себе позволить расслабиться. - Начал оправдываться парень.
- Ты в пропасть катишься! Ты понимаешь, что сейчас пара литров пива по выходным, а завтра распродашь все вещи, и квартиру тоже! И ещё, в семье так-то дети бывают, ты на что собираешься их содержать? Если столько тратишь на алкоголь? - Попыталась вразумить девушка, хотя дело было не в деньгах потраченных на алкоголь, а в привычке парня расслабляться таким образом каждые выходные.
- А это не твоё дело. Я зарабатываю и трачу свои деньги. Почему вы все меня пытаетесь учить жизни? Я её поболее вас видел в интернате для слепых! Ты повода меня бросить ищешь, потому что я слепой? - Она взглянула на парня и ничего отвечать не стала, лишь попросила проводить её домой.
Дома встретила недовольная мать:
- Ты время на часах видела? Я что тебя по больницам и моргам искать должна? Ты живешь вместе со мной и в моём доме, изволь возвращаться вовремя, я за тебя переживаю! Тебе что на мать плевать? А если я тут помирать буду, ты даже не скорую не вызовешь, потому что с мальчиками шляешься. Совсем совесть потеряла и от рук отбилась! Вот скажу твоим сектантам, что ты шашни крутишь, святоша. - Симона и на это смолчала. Она настолько глубоко ушла в свои мысли, что не слышала слов матери.
"Странно получается, вот у матери тоже была семья, и распалась. А почему? А потому что мать себя всю жизнь считала ущербной из-за опухоли в носу, и поэтому ревновала отца к каждому столбу, устраивая чуть ли не каждый день скандалы. Так можно же операцию сделать и не переживать. Почему она её не сделала?" - Неожиданно Симоне прилетела пощечина:
-Ты как к матери относишься? Я тебя спрашиваю, изволь отвечать! Это что тебя сектанты научили так с матерью обращаться? Да я сейчас тебе устрою! - Она схватила со стоящего в коридоре стола сумку и вынув оттуда Библию начала её топать ногами: - Да будь проклята Оксана, что тебя к ним привела, чтобы её дочь от рук отбилась, чтобы как и ты гуляла! Меня достали твои походы в секту, ты учиться должна, а не Верховному Правителю Жизни молиться! У тебя дядя кандидат математических наук, а ты в кого уродом-то народилась тупоголовым? - Симона что-то пролепетала, и оттолкнула мать, чтобы поднять Книгу, на которой та топталась. - Руку на мать подняла? Да как ты посмела? Что в твоей книженции написано? "Ударили по правой, подставь левую". Святошей себя возомнила, да где твой Правитель и что Он тебе дал? Чем ты от обычных людей отличаешься? Ханжа! - Удары сыпались на девушку как из грозовой тучи град.
После, когда мать выдохлась, Симоне позволено было побыть одной. Она знала, что если сейчас будет что-то делать, пытаясь отвлечь себя от грустных мыслей или от молитвы о своей смерти, и мать застанет за занятием, то Симону обвинят в бесчувственности и в черствости, поэтому она села на диван и уткнувшись в колени стала тихонько плакать. Мать исподтишка наблюдала, как дочь плачет, получив моральное удовлетворение от её слёз, ушла на кухню.
Чуток успокоившись Симоне пришла в голову мысль:
"Бежать тебе, Сима, нужно. Посмотри, один обвиняет, что ты хочешь его бросить лишь потому что он с физическими недостатками, второй заставляет тебя пахать в саду без продыха и таскать тяжести, а третий просто измывается, так ведь и убить может." - Она вздрогнула от своих мыслей.
"Куда бежать? Ни крыши над головой в другом городе, а церковь только лишь красивые речи с кафедры способны рассказывать, помощи ждать не откуда." - Стала анализировать ситуацию девушка.
"Не ты им вызов бросила или думаешь Богу слабо дать тебе кров, пропитание и работу?" - Пронеслось у ней в голове. Иногда она, размышляя о сем явлении, соглашалась с матерью, что она сумасшедшая, но поход к психиатру ничего не выявил. Обычный человек, с обычными мыслями, с обычной жизнью. Разве что истеричность, но это у многих женщин.
Побег был тщательно продуман, продуман так, чтобы даже община не могла её вернуть - учиться ведь не грех. Симона выбрала для своей задумки город в 16 часов дороги от материнского дома. И вот через год Симона выйдет на перрон незнакомого города и вместе с толпой двинется в сторону автобуса. Она знает, что остановится в своей общине. Но и тут её поджидало разочарование, ей пришлось жить в общежитии. Но Симона была и этому рада, она каждый день благодарила за спокойствие Правителя Жизни.
Послесловие: Симона с мужем шла по средней дамбе через реку Егошиха и любовалась с моста рекой и цветущими яблонями в логу, который уже во всю был покрыт зеленью. Ветер трепал её косынку и волосы. Она перехватила свою дочку на пути к ограждению и, попросив не подходить близко, оглянулась на мужа, который нёс в эрго-рюкзачке их сына.
"Всё Ты мне, Господи, дал, всё, даже то, о чем мечтать не смела. А теперь помоги удержать данное Тобой. Ведь сказка не длится вечность. Так не бывает, чтобы каждое мгновение жизни излучало радость и счастье." - Пронеслась в её мыслях молитва.