Не подлежит никакому сомнению, что Европа, весь мир были спасены от фашизма благодаря мужеству и героизму советского воина, советского человека.
План «Ост»
Человеконенавистническая идеология и практика фашизма в первую очередь была направлена против славянских народов, в особенности братских народов — русских, белорусов и украинцев. Гитлеровскими нелюдями был разработан специальный план «Ост» — программа колонизации и германизации захваченных славянских земель, выселения и уничтожения проживавших на них людей. Согласно этому плану враг намеревался уничтожить и депортировать на восток 75% белорусов, которые, по мнению фашистов, не отвечали так называемым расовым и политическим критериям арийцев. 25% белорусов подлежали эрзацкультурной обработке и должны были стать сельскохозяйственными рабами для немецких колонистов.
Одновременно осуществлялась политика физического уничтожения белорусского народа. Наибольшее количество концлагерей и мест массового уничтожения военнопленных и мирных людей находилось в Минске и его окрестностях. Так, на улице Широкой было уничтожено 20 тысяч человек, в районе Немиги — 80 тысяч. В лагере смерти Малый Тростенец — 206 тысяч. В урочище Уручье — около 30 тысяч. И так по всем другим городам и селениям Беларуси.
Борьба белорусского народа против фашистских захватчиков сорвала осуществление человеко-ненавистнического плана «Ост»
БЧБ-флаг — символ предательства
Немецко-фашистским оккупантам активно помогали коллаборационистские организации, создаваемые гитлеровцами. Так, в октябре 1941 года была создана «Белорусская народная самопомощь» (БНС) во главе с фашистским прислужником Иваном Ермаченко. Задачей БНС являлась вербовка молодых белорусов на работы в Германию и идеологическая обработка белорусской молодежи в человеконенавистническом духе. «Я много помогал при наборе добровольцев в Германию, — писал в мае 1942 года Иван Ермаченко в докладе на имя Вильгельма Кубе, — и, конечно, часто выступал с речами в пользу Германии среди рабочих, которые собирались ехать. Я им говорил, какая хорошая жизнь в Германии. На деле же оказывается совсем другое, и мне говорят, что я лгу о хорошей жизни в Германии».
Сегодня история порой искажается намеренно с целью обеления и реабилитации БЧБ-символики.
Правду о «хорошей жизни» для белорусов разъяснил для коллаборационистов Гиммлер в октябре 1943 года на собрании группенфюреров СС: «Живут другие народы в достатке или же они подыхают от голода, интересуют меня только в той мере, в какой они необходимы как рабы для нашей культуры». Не случайно гитлеровские начальники в оккупированной Беларуси вынуждены были признать, что коллаборационистские организации со своей профашистской бело-красно-белой символикой не пользуются никаким влиянием среди белорусского народа. Глубокский гебитскомиссар прямо заявлял, что «БНС со своей пропагандистской работой не находит отклика у белорусского населения».
Становилось очевидным, что замыслы гитлеровцев покорить белорусов, русских, украинцев обречены на провал.
Последыши коллаборационизма
Казалось бы, с фашизмом давно покончено. Но после вероломного упразднения СССР в 1991 году в постсоветских республиках, в том числе и в Беларуси, появились идейные последыши коллаборационизма. Опираясь на поддержку реакционных западных политиков, они стали заниматься оправданием нападения гитлеровской Германии на Советский Союз и реабилитацией фашистских пособников под предлогом уравнивания фашизма и коммунизма. Это было необходимо коллаборационистам, что начали возрождаться в постсоветских и восточноевропейских странах. Видный российский политик и общественный деятель Борис Шпигель так оценивал подобную аргументацию: «Уравнение двух тоталитарных режимов — коммунистического и нацистского — не более чем попытка ряда стран Восточной Европы обелить преступные режимы, сотрудничавшие с Гитлером, переложить ответственность за геноцид исключительно на немцев, представить «борцами с коммунистическим режимом» тех, чьими руками совершались массовые убийства тысяч и миллионов людей».
Спросим: почему особенно усердствуют сегодня в фальсификации истории Великой Отечественной войны власти прибалтийских республик? Именно потому, что они ничем не отличаются от бывших профашистских марионеток в Прибалтике в годы Великой Отечественной войны. Последние — их политические и идеологические единомышленники, а фашизация прибалтийских республик была всегда их тайным желанием. Теперь, на волне антироссийских санкций, это стало явью. Происходит зачисление бывших коллаборационистов в разряд борцов за независимость Латвии, Литвы и Эстонии от сталинской России. Самих себя они выставляют авангардом в защите европейской демократии от путинской России. На это обстоятельство обратил внимание израильский историк Эфраим Зурофф, указав, что нацизм расцвел в Прибалтике после вступления в ЕС и НАТО. И то, что руководство Евросоюза фактически не реагирует на очевидную ксенофобскую, антисемитскую, русофобскую направленность политических режимов в странах Балтии, свидетельствует о ментальном родстве западной господствующей элиты и нынешних властей в восточно-европейских странах.
Вот что писал классик-коммунист Якуб Колос о предателях и коллаборационистах:«Колькасць такіх паскуд нікчэмна, як нікчэмна і сама іх урода. Але мы ўсё ж ведаем імёны з ліку гэтых нямногіх двуногіх жывёлін, забыўшых пра сваю чалавечую годнасць і ўзяўшых на сябе абавязак публічна праз прастытуцкую нямецкую прэсу лізаць тоўстыя зады нямецкіх баронаў. Да такіх лізуноў належаць выскрабкі людской погані, жывыя кучкі гною — здраднікі. Яны ўзялі курс на немца, звязалі свой лёс з лёсам разбойніцкай немчуры і за чачавічную пахлёбку прадалі сваё сумленне. Але ўсе гэтыя здраднікі павінны запісаць на сваіх іўдаўскіх лабацінах: усе яны стануць вядомы народу».
А у предателей нет ни Родины, ни родных, ни близких, ни друзей, ни родителей, ни детей. Ведь предатель никогда не признается никому, что он предатель, изменник. Он вынужден влачить свое жалкое существование под чужим именем, под чужой судьбой. Такой жизни не пожелаешь даже врагу. В этом плане примечательно признание на следствии в 1960-х годах эстонского эсэсовца Лепметса: «О том, что я участвовал в расстрелах, я никому, даже своим родным, не рассказывал, так как этого стеснялся». А в документальной повести белорусского писателя Алеся Адамовича «Каратели» (1981) приводятся откровения бывших полицаев. Вот одно из них: «Почему стал убийцей? Ничего другого не оставалось делать. Коль пошел к ним служить, то приходилось делать все, что заставляли… Если бы мою семью привели к яме и приказали мне стрелять, то, конечно, пришлось бы стрелять в них». И вот символику этих карателей, прямых участников геноцида белорусского народа активно «отбеливают» оппозиционные СМИ под смехотворным предлогом, что раз бело-красно-белый флаг не замечен в карательных операциях, то он не имеет никакого отношения к геноциду белорусского народа, а потому остается национальным символом. Даже несмотря на то, что этот символ освящал собой политику гитлеровских оккупантов в Беларуси. Это то же самое, как если бы сказать, что раз символика Третьего рейха не замечена в карательных операциях против белорусского и других народов, то она вполне может сохранять статус историко-культурной ценности современного человечества, а Гитлер — оставаться не только освободителем белорусского народа от большевизма, но и творческим духом стран Новой Европы.
В дневнике убитого немецкого офицера партизаны Рогачевщины нашли любопытные записи: «Здесь нам не улыбается солнце…», «Ты, Россия, могила моей молодости…» В самом деле, Беларусь и другие страны СССР стали могилой для немецко-фашистских крестоносцев
При этом сегодняшние идейные последыши немецко-фашистских пособников, занимаясь реабилитацией фашистского бело-красно-белого флага, апеллируют к мнениям ученых, которые якобы не видят ничего кощунственного в использовании коллаборационистами этой символики. Вот что они вещают: «В феврале 2021 года позицию белорусской академической науки высказал директор Института истории НАН Беларуси Вадим Лакиза, который занял эту должность за несколько месяцев до этого. Добавим, что в 2016-м он являлся делегатом V Всебелорусского народного собрания, а в 2021-м получил из рук Александра Лукашенко премию «За духовное возрождение» (за участие в создании археологического музея под открытым небом в Беловежской пуще).
В интервью «Нашай Ніве» Лакиза отметил: «Бел-чырвона-белы сцяг выкарыстоўваўся калабарацыяністамі — гэта прызнаюць усе... Сцяг не вінаваты ў тым, што яго хтосьці выкарыстоўваў. А выкарыстоўвалі канкрэтныя людзі». Лакиза процитировал один из ответов, подготовленных специалистами института:
— У гады Вялікай Айчыннай вайны мела месца выкарыстанне бел-чырвона-белых сцягоў на публічных мерапрыемствах з прапагандысцкімі мэтамі. Аднак не выяўлена дакументаў аб афіцыйным дазволе германскімі акупацыйнымі ўладамі аб выкарыстанні бел-чырвона-белых сцягоў калабаранцкімі арганізацыямі. У саміх статутах гэтых арганізацый бел-чырвона-белая сімволіка не згадвалася». И это позорное заявление специалистов Института истории НАН Беларуси выдается за оправдание фашистского бело-красно-белого флага. Разве не очевидно, что речь идет не об историках, а об абсолютно неспособных к историческому мышлению специалистах, лишенных элементарной логики? C подобной логикой эти «вучоныя» оправдают и гитлеровскую свастику на том основании, что фашистский «сцяг не вiнаваты у тым, што яго хтосьці выкарыстоўваў».
Вот и выходит, что нынешние поклонники западной «демократии» в Беларуси ничем не отличаются от гитлеровских пособников, активно участвовавших во время Великой Отечественной войны в геноциде белорусского народа. Слонимский гебитскомиссар тогда писал: «Белорусские шовинисты полностью отрицают большевизм. Они мечтают о белорусско-гитлеровском государстве, которое находилось бы под защитой западных демократий». Разве это признание Слонимского гебитскомиссара не созвучно писаниям нынешних коллаборационистов о том, что Беларусь — «цэ Европа», а поэтому бандеровцы на Украине и профашистские режимы в Прибалтике — их идеал.
Лев Криштапович, доктор философских наук
Инфографика Натальи Асинской
Карикатура Антона Островского