История эта дошла до меня уже через пятые-седьмые руки. И случилась она в нашем маленьком городишке.
Одно время был у нас так называемый «новый русский», который занимался торговлей и лесом. А почему был (?), он, собственно, и сейчас жив-здоров, только уже работает на лесопилке разнорабочим. И, что интересно, на лесопилке, которая была когда-то в его собственности.
Как случилось его такое стремительное падение из «князья да в грязья»? Нет, он, будучи на высоте своего положения, не угодил в "синюю яму" и не проигрался в карты. Его просто… прокляли. Причем, его жизнь и здоровье не пострадали.
А теперь суть дела. Несколько лет назад торопился этот «крутой» по имени Паша на своем джипе по своим делам. Городок маленький, его пересечь на машине – минут десять всего, ан нет, все равно быстрее хочется: партнеры в офисе ждут скорее дела порешать да и в баньку попариться. А тут впереди – пешеходный переход, и бабка с клюкой по нему крадется. Ну, Паша тормознул перед самым переходом, ждет, пока бабка по зебре перевалится. Но та уж больно медленно шла. И до того медленно, что уж сил ждать никаких нет.
Не выдержал он такого испытания нервов, открыл окно да и крикнул:
- Шевелись, карга старая!
А бабка услышала и вовсе остановилась перед носом машины и повернула к нему голову. Вся морщинистая на лицо, беззубый рот, злые глаза и что-то ответить силится.
- Да ты двигай дальше, полоумная, не тормози! – кричит ей Паша.
А бабка вдруг собралась с духом и выдала с превеликим раздражением:
- А шоб за тобой беда ходила по пятам!
Потом развернулась и протопала дальше. Как только стало возможно, Паша рванул дальше. На слова бабки и внимания не обратил – мало ли что старуха с окаменевшими мозгами сказала.
Но беды начались практически сразу. Как только он вышел из офиса от переговорщиков, увидел, что переднее колесо – вообще в ноль. А он в костюмчике, в белой рубашке и галстуке. Чертыхнулся, позвонил, куда надо, ребята подскочили, колесо поменяли. На этот день ничего плохого больше не происходило. Но не знал он, что это только начало длинной серии невзгод, которые ему придется пережить.
День за днем его подкарауливали беды. Причем, каждый день – только одна беда, ни больше, ни меньше. И если ты ее пережил, то остаток дня будешь уже жить спокойно. И не было от этих печалей никакого продыху, без выходных они работали.
На другой день, явившись в свой коттедж (в нашей дыре у крутых нет того, что по телевизору у богатеньких показывают – не тот все же полет), он обнаружил, что заклинило дверной замок. И так, что ключ в нем остался. Войти никак, на окнах решетки. Бился Паша долго, в итоге пришлось приволочь ключного слесаря, вырвав его из рук недовольных заказчиков, которые требовали от того же слесаря удовлетворения своих замочных потребностей.
Необычный сюрприз преподнес третий день.
В какой-то кафешке, куда Паша днем заскочил ненароком, он запал на классную деваху, которая просиживала за столиком в одиночестве. Решив, что дела подождут, Паша подкатил к ней, и оказался вознагражден. Нет, к нему она ехать наотрез отказалась, потому что в этот день ей еще предстояло навестить больную маму, а вот к себе домой пригласила. И они, немало сумняше, покатили в ее уютную квартирку, вооружившись элитным напитком.
Но как только порог квартиры был пройден, у Паши вдруг резко закрутило живот, да так, что просто сил нет.
- Ну ты пока… - смущаясь, пробормотал он девахе, - а я – щас.
И с этими словами нырнул в туалет. И тут началось страшное. Живот просто распирало. Понос отмечал свой праздник, Паша пыхтел и пердел. И это было нескончаемо! А учитывая, что перегородки тонкие, и в комнате наверняка все было слышно, у него от злости и стыда волосы на голове встали дыбом. Минута шли за минутой, а желание покинуть унитаз никак не проходило.
В конце концов, деваха, видимо, уже наслушавшая его утробных звуков за тонкой перегородкой, не выдержала и крикнула:
- Ну ты когда уже проsрешься!
Наконец, Паша вывалился из-за туалетной двери. Весь красный, всклокоченный, злой и смущенный одновременно. Ни о каком сексе уже и речи не было – за ним шлейфом тащился крайне специфический запах. Боком-боком он стал продвигаться к двери из квартиры, и уже выныривал на площадку, когда вслед себе услышал крик девахи:
- А что, ты только за этим сюда приходил?
Но Паша уже мчался вниз по лестнице в спасительное чрево своего «крузака», побыстрее стараясь забыть, что побывал в объятиях не девахи, а унылого квартирного тубасрета.
Происшествий дальше было масса.
То рукав своего любимого пиджака раздерет о неизвестно откуда взявшийся ржавый гвоздь, торчащий из доски родимой калитки. То любимая собака сдохнет.
Потом пошли вещи уже посерьезнее. Вдрызг разругался с партнером. Вроде бы серьезная фирма, с которой работал годами, вдруг пала на бок, безвозвратно унося в пучину своего банкротства огромное количество его денег, проплаченнных за поставки.
Затем на горизонте замаячала налоговая, а вскоре арестовали все его счета. Потом выяснилось и то, что дорогущее импортного оборудование, которое он закупал, оказалось ворованным, и его экспроприировали.
Связывал ли Паша происходящее с проклятием бабки? Поначалу – нет, а потом – да. Он кинулся ту бабку искать, но она как сквозь землю провалилась, и никто не знал, кто она такая.
В итоге ситуация раскрутилась так, что его бизнес просто остановился. Торговый - потому, что пришлось распродать за бесценок все магазины. А лесной – потому что вдруг нашлись незаконные порубки леса в огромных размерах, которые раньше почему-то никто не замечал. А теперь вдруг взяли и заметили, и теперь ему корячилась еще и уголовка. Плюс ко всему внезапно нарисовались местные братки, которые припомнили его должок перед ними. Раньше не тревожили, а теперь вспомнили…
Вылезая из всего этого дерьма, Паша очнулся уже безо всего – в обычной городской двушке, с кучей пустых банковских карт, вываленных на залячканный кухонный стол. За ним-то он и сидел, уныло наблюдая, как усатый жирный таракан ползет по раковине на водопой.
Нет, он не сдался. Не запил и не наложил на себя руки. А устроился на работу на свою же лесопилку. Вернее, бывшую таковой.
Но неприятности не прекратились. Только стали совсем уж маленькими. То рабочий железный шкафчик для переодевания вдруг непостижимым образом заклинит. То вдруг поскользнется на ровном месте и в лужу загремит.
А, однажды, рассказывают, Паше под утро приснился сон: старуха стоит на перекрестке и скалится своим беззубым ртом. Бывает же такое!
Подписывайтесь на канал! Ставьте лайки!