Скоро новый пляжный сезон. Я не помню ни одного года, чтобы бы не было новости о том, что кого-то унесло в море на матрасе. Надеюсь, что сегодняшняя история заставит прочитавших задуматься о мерах безопасности.
История произошла 24 июня 2007 года. Две подруги, Аля и Вика, отдыхали на базе отдыха в поселке Мелекино, что под Мариуполем. Альбине Жариковой было 19 лет, а ее подруге - 21 год. Они дружили с детства и работали парикмахерами в одном салоне.
Девушки чудесно проводили время на пляже и ближе к полудню решили поплавать на матрасе в море. Погода была солнечно и безветренной. Ничто не предвещало беды. Матрас был большим – 2*2 метра, но с дыркой, на которую поставили латку. Немного отплыв от берега, девушки легли на матрас и завели неспешную беседу. Волны убаюкивали, ветерок стих….. Только через какое-то время подруги поняли, что отплыли от берега уже далеко. Очертания поселка стали еле различимыми, а стоящие в открытом море корабли стали намного ближе чем суша. Течение стало усиливаться, оно оттаскивало матрас все дальше и дальше от берега.
Альбина запаниковала. Она не умела плавать и боялась утонуть. Вика была более собранной, предложила слезть с матраса и, держась за него, догрести до берега. Но у них ничего не получилось. Ветер усиливался и уносил матрас с девушками дальше в море. Тогда Виктория решила самостоятельно вплавь добираться до берега.
Мы попробовали плыть обратно, но Аля не умеет плавать, она сразу запаниковала, - вспоминает Вика. - И я поплыла обратно одна. "Курочка, я найду кого-нибудь, и мы приплывём за тобой".
Альбина осталась на матрасе в полном отчаянии, а Вика собирала по крупицам силы, чтобы доплыть до берега.
Волны накрывали меня с головой, так что я едва успевала дышать, а наш матрас вместе с Алей пропал из виду, как только я отплыла. Она не отзывалась на мой голос. До берега я плыла, наверное, час, по нарастающему звуку музыки определяя, что приближаюсь.
Альбина обреченно лежала на матрасе и надеялась на то, что Вике удастся доплыть и позвать кого-то на помощь. Музыку с берега уже давно не было слышно. Волны становились сильнее, солнце начало садиться, приближалась ночь.
Той ночью была сильная гроза с градом. Альбина позже вспоминала, что это была самая сложная ночь.
Альбина рассказала, что особенно тяжелой была первая ночь, - рассказывает ее сестра Елена Мошкова. - Представьте: одна в открытом море, сверкает молния, хлещет ливень...
Вика, добравшись до берега, первым делом бросилась на поиски спасателей. Она искала любую возможность помочь подруге.
Бросилась к лодкам. Они сказали: "Девочка, посмотри, какие волны, твоей подруги уже давно нет". Мы всё-таки упросили, чтобы лодка вышла в море: они вернулись - и привезли с собой один синий матрас... Я чуть с ума не сошла, пока искала на нём наш опознавательный знак - заплатку на дырке. И слава Богу, не нашла.
Тогда Вика помчалась к отцу и старшей сестре Альбины.
Мы не знали куда бежать,- вспоминает Лена, старшая сестра Альбины, - попросили помочь владельца катера, который катает отдыхающих на «банане». Он сразу согласился. Но поднялись волны, катер сильно болтало.
Катер был вынужден вернуться обратно, у него был на исходе бензин.
Пока родители бегали по берегу, в надежде, что матрас все же прибьет куда-то, Вика обратилась в милицию. Но дежурный заявил, что никого нет. В Мелекино правоохранители работают всего три дня в неделю и только в будние дни. А было воскресенье. Кроме того, выяснилось, что на всем побережье не было ни одной спасательной станции, которая располагала бы катером.
Оказалось, спасательный катер есть только в поселке Ялта. Но и там катер вышел из строя. К тому же, как нам сказали, техническое оснащение наших спасательных катеров не позволяет им выходить в море ночью. Стали звонить друзьям. Примчался Олег, парень Вики, и подняли тревогу.
Из порта Мариуполь на поиски Альбины вышли два судна. Из поселка Ялта все же вышел катер, но он вскоре опять сломался. Пока спасатели искали девушку они, между делом, отловили несколько браконьеров на перевернувшейся лодке и спасли нетрезвых пловцов. А девушку так и болтало в открытом море.
Шел второй день поисков. К спасательной операции подключились морские пограничники. С учетом направления ветра и шторма, спасатели очертили возможную площадь, где могла бы дрейфовать девушка на матрасе. Но поиски в заданном квадрате результатов не принесли.
И вот на третий день утром российские рыбаки, ловившие рыбу у города Ейск на небольшом катере, заметили синий матрас в нескольких километрах от них. Подплыв поближе, они увидели полностью обессиленную девушку с сильными ожогами. Подняв на борт «русалочку», так ее прозвали спасатели, решили плыть к берегу, но заглох катер. Пришлось вызывать прибрежную охрану и ждать пока катер отбуксируют к ближайшему побережью. Оттуда Альбину, уже по суше, отправили в районный центр Новоазовск в больницу.
Расстояние от Мелекино до Ейска около 70 км. Больше двух суток без еды, воды, под палящим солнцем и с холодными ночами. Альбина выгрызла свое право жить.
Думала, зубами буду держаться, а не отпущу, пока живая... – рассказывала Альбина- Сначала утонули очки. Потом намокли сигареты... Кричала проплывающим мимо скутерам, но рёв моторов всё заглушал. Матрас несло на корабли, стоящие на рейде у берега, и вдруг ветер поменял направление - мимо, мимо, в самую глубь... Я думала, что Курочка - мы с Викой друг друга так называем - наверное, не доплыла до берега, утонула в сильных волнах, и теперь никто не знает, что я здесь. И меня не будут искать, я же не пароход. К вечеру воскресенья пошёл дождь, молния хлестала по чёрной воде, а я думала, что теперь умру от воспаления лёгких. К вечеру понедельника от берега осталось только мерцание фонариков, и то чуть-чуть, через один, всё глуше и глуше. По ночам свешивала руки по локоть в воду, грелась. Днём ждала прохлады, ночью - тряслась от холода: скорее бы утро... Море - оно ведь мне родное. Я дышала им всю жизнь, все 19 лет. И в эту первую ночь всё никак понять не могла - ну почему я, за что, неужели это происходит со мной?! В ту же ночь начала молиться. Сначала про себя, потом вслух. Потом кричать, кричать громче волн. "Отпусти меня, я ещё замуж хочу, детей, хочу к маме!"
Ожогов я не чувствовала, голода тоже, только страх. И столько раз радость! Вот, вижу берег, ура! Гребла, руку до крови стирала, перебирала в уме: "Первым делом позвоню маме, нет, жениху", - и, пока гребла, забывала знакомый номер, а берег снова исчезал. Иногда казалось, что схожу с ума. Говорила как будто с Викой: "Да, Курочка, видно, я всё-таки первее тебя свадебное платье надену. В гроб нарядят"... Надо мной вертолёты летали. Я их лопасти слышала, а они меня нет... Хотела сама утопиться. А потом думала: у мамы же сердце больное. Пить захотелось только ко вторнику. И я хлебала эту водичку. Глупо ведь будет, если меня с матрасом всё-таки найдут, но мёртвую от жажды. И поэтому решила пить - соли даже не замечала. Во вторник я ещё не сдалась... Просто во вторник матрас стал сдуваться.
Рыбаки дали Але телефон и она смогла связаться с родными. Первой она позвонила Вике. Хотела убедиться, что она жива.
Альбина сильно пострадала от солнечных ожогов – она получила 90% повреждений поверхности тела. У нее обгорели даже пятки. Но воля к жизни была слишком сильно. Уже на вторые сутки в больнице девушка почувствовала себя лучше. Правда, чтобы уснуть нужно было снотворное.
Первый день я всё никак не могла поверить, что это происходит со мной. На второй привыкла, поверила. А теперь... теперь я не могу отвыкнуть... Всё не верится, что за окном стоят дома, деревья, а со мной люди.
Свой синий матрас девушка подарила рыбакам, сказав, что к морю больше не подойдет.
Алю спас счастливый случай, - обнимает сестру Елена. - Это счастье, что ее заметил проходивший мимо катер! Я горжусь своей сестренкой, она не сломалась там, где мог бы не выдержать и сильный человек.
Вот такая счастливая история. Но не все подобные истории имеют счастливый конец. Поэтому в преддверье отпусков и пляжного отдыха лучше лишний раз ознакомиться с правилами безопасности. Ведь все они пишутся кровью.