Интервью Клемана Брезникара, администратора ресурса It’s Psychedelic Baby Magazine, с оригинальными участниками группы GRACIOUSот 27 октября 2020 года.
Клеман Брезникар (далее – КБ): Где и когда ты вырос? Была ли музыка важной частью вашей семейной жизни? Повлияла ли на вас местная музыкальная среда? И что вдохновило вас заниматься музыкой?
Тим Уитли: Я вырос в 50-60-х годах в Клейгейте, графство Суррей, примерно в 20 милях к югу от Лондона. Моя мама играла на пианино и аккомпанировала местному хору на их концертах, а я часто слушал саундтреки к фильмам из мюзиклов на виниле, которые были у нас дома, - “Oklahoma”, “South Pacific” и тому подобное. Когда я услышал рок-н-ролл, я был очень взволнован, и уже в 8 лет у меня были синглы, включая “Lovin Up a Storm” Джерри Ли Льюиса. Артистом же, которого я любил больше всего, был Эдди Кокран, и я был опустошен, когда он умер в 1960 году, когда ему было всего 21 год. Местной музыкальной сцены в Клейгейте вообще не существовало. Была пара фолк-гитаристов. У моего отца был друг, который крутил пластинки и аккомпанировал им на барабанах. Удивительно, но он имел обыкновение получать заказы на это шоу.
Роберт Липсон: У меня были родители постарше. Моему отцу было 46 лет, когда я родился. Они слушали Фрэнка Синатру, Пегги Ли, Джорджа Ширинга, Тони Беннета и т.д. Итак, в доме была музыка, но именно Бадди Холли, Эдди Кокрэн и Элвис запустили мой мотор!
Пол “Сэнди” Дэвис: Я вырос в Эшере, графство Суррей. Нет, музыка не была важной частью нашей семейной жизни.
Алан Коудерой: Я вырос в Эшере, графство Суррей, и ходил в школу в Вейбридже в колледж Святого Георгия. Сэнди Дэвис тоже жил в Эшере и ходил в ту же школу. Мы решили создать группу с третьим одноклассником Питером Лозом. Я играл на гитаре, Сэнди был барабанщиком и солистом, Питер - другим гитаристом. Я предложил название SATAN’S DISCIPLES. Нас попросили сыграть в конце семестра в колледже. Я думаю, что мы играли последними, нам предшествовали еще несколько учеников-музыкантов, такие как лучший флейтист, пианист и т.д. Все они играли скучные классические произведения. Я был заинтригован, увидев, как нас представят очень строгие монахи в колледже, но они ловко обошли проблему, представив нас как учеников, поэтому мы вышли и сыграли несколько хитов того времени, - “Stay” THE HOLLIES, “Mashed Potato” Dee Dee Sharp’a и еще парочку быстрых рок-номеров. Аудитория из молодых учеников школ-интернатов, подростков, большинство из которых, вероятно, никогда не видела живьем настоящую рок-группу, просто абсолютно сошли с ума, стали орать и топать ... и это нас очень воодушевило! Мы стали выступать где только придется, в маленьких залах, на деревенских праздниках, на вечеринках у друзей и тому подобное. Иногда нас представляли, как COLLEGE BOYS, если SATAN’S DISCIPLES в этом месте считалось опасным для чувствительных ушей. Мой отец любил музыку, Ray Conniff Orchestra, Peggy Lee, Nat King Cole, Dave Brubeck, в таком духе. К счастью для меня и моей сестры, он владел магазином фототоваров в лондонском Сити, где также продавались пластинки, поэтому он приносил домой синглы и альбомы, которые мы с сестрой просили, - Duane Eddy, Cliff Richard, Bill Haley, Johnny & The Hurricanes плюс хит-синглы, популярные на тот момент... Я рос в пригороде и искал места, где можно было бы послушать музыку вживую. Я нашел еженедельное шоу под названием The Big Beat Night в The King Georges Hall в Эшере с участием рок-н-ролльных групп низшей лиги, на которое я пошел со своим соседом. Ближайшим крупным городом был Кингстон на Темзе, где я видел афиши концертов в кинотеатре Odeon с участием многих британских, но в основном американских исполнителей - Little Richard, Gene Vincent, Sounds Incorporated, Johnny & The Hurricanes и многих других, а также Screaming Lord Sutch с Джимми Пейджем на гитаре в маленьком зале плюс The Yardbirds с Эриком Клэптоном в Cellar Club. Когда я был подростком, мы с моим другом Ником каждое воскресенье ездили на эти выступления, среди известных мы видели THE TRIDENTS с Джеффом Беком, THE GRAHAM BOND ORGANIZATION.
КБ: Когда вы начали заниматься музыкой? Какой был первый инструмент? Кто оказал на вас наибольшее влияние?
Тим Уитли: Я никогда не изучал музыку и возился с пианино, молотя по клавишам чем придется, это все, что у меня получилось. В начале 60-х отец решил купить мне ударную установку (он сам не играл), и я начал играть на барабанах, подыгрывая альбомам, таким как ранние BEATLES, которые оказали на меня большое влияние. В 60-е было так много отличной музыки, так что трудно сказать, что на меня было больше всего повлияло, но я помню, как впервые услышал BLUESBREAKERS Джона Мэйолла с Эриком Клэптоном, и я был потрясен этим. Это было примерно в то время, когда я начал играть на бас-гитаре, я хотел собрать группу в школе, и двое из нас играли на барабанах, поэтому я переключился на бас.
Роберт Липсон: Я начал заниматься музыкой в 14 лет. Мои родители по глупости купили мне ударную установку, и я пропал. Я играл вместе с записями Битлз и Стоунз. У меня была двоюродная сестра постарше, которая любила музыку соул, и это оказало на меня огромное влияние. Я ходил в школу-интернат в 1962-63 годах, и Боб Дилан с Битлз были моими любимыми. Потом блюз. Джон Ли Хукер, Сонни Бой Уильямсон, Джимми Рид. В школе у меня был хороший друг, который очень увлекался джазом, поэтому Дэйв Брубек и Бэйси также были на слуху.
Сэнди Дэвис: В школе. Я выбрал ударные, и на меня сильно повлияли Битлз и сцена шестидесятых.
Алан Коудерой: Когда я был маленьким мальчиком, я любил программы альтернативной рок-музыки, которые у нас были: Six-Five Special и Drumbeat. Мне понравился внешний вид гитары Хэнка Би Марвина, и мне понравилась пара мелодий SHADOWS, но я предпочитал менее попсовые американские группы, такие как Duane Eddy, Johnny & The Hurricanes, ранний Элвис и т.д. Я выпрашивал у родителей купить мне гитару, но я был левшой и не мог играть ни на одной из гитар, которые продавались в единственном поблизости музыкальном магазине Bell Musical Instruments в Сурбитоне. Гитар для левшей было не так много, но Vox сделал красный Soundcaster для левшей, и именно ее я и получил. Гитара была очень похожа на Stratocaster, но не звучала как он и ее невозможно было точно настроить, но мне она очень нравилась, и я с ней не расставался, и даже спал с ней. У меня кружилась голова от запаха бархатного велюра внутри футляра гитары. “Peter Gunn” Дуэйна Эдди была первой мелодией, которую я выучил, а затем простой 12-тактовый рифф. Я видел Эрика Клэптона вживую с YARDBIRDS и Джоном Мэйоллом, и был так впечатлен его тоном, вибрато, плавным таймингом и тем, как он переключился с Telecaster на Les Paul в сочетании с усилителем Marshall, я был на небесах, как и все зрители. Я думал, что его невозможно заменить в BLUESBREAKERS, но Питер Грин был абсолютно выдающимся. Среди других гитаристов того времени были Джефф Бек и Джими Хендрикс. Я считаю, что мне очень повезло, что я был молодым впечатлительным подростком, и мне играли эти гитарные герои!
КБ: Участником каких групп вы были до создания GRACIOUS? Была ли ваша первая группа SATAN'S DISCIPLES предшественницей GRACIOUS?
Тим Уитли: Я сформировал свою первую группу в школе, и мы отыграли одно выступление в школе, потом у меня была группа ненадолго дома в Клейгейте, играющая поп и блюз, а затем я встретил барабанщика Криса Брейна, позже известного как Тачка (который некоторое время играл с GRACIOUS после того, как Роберт покинул группу), когда я учился в колледже в Гилфорде, и вместе с ним сформировал группу под названием MARKET, играющей блюз. Мы отыграли несколько концертов, в том числе в знаменитом клубе Gin Mill в Годалминге, где мы поддержали CHICKEN SHACK. Я не был связан с SATAN'S DISCIPLES, но они были местными музыкантами, с которыми я познакомился и присоединился, когда они изменили название на GRACIOUS. Менеджер Дэвид Бут жил за углом от меня. Он был барабанщиком и участвовал в некоторых джем-сейшнах, которые я устраивал у себя дома.
Роберт Липсон: THE UNEMPLOYED с Ником Ингманом, RUSH RELEASE Джоном Этериджем, затем GRACIOUS.
Сэнди Дэвис: Да. SATAN'S DISCIPLES была моей первой группой. Ироничное название, учитывая, что это была католическая школа!
Алан Коудрой: Да, SATAN'S DISCIPLES стали GRACIOUS, когда Роберт и Мартин присоединились к группе, и у нас появился наш первый менеджер Дэвид Бут.
КБ: Вы записывали какие-нибудь синглы с SATAN'S DISCIPLES? Есть релизы?
Тим Уитли: Не я.
Роберт Липсон: Никаких синглов с SATAN'S DISCIPLES. Я присоединился, когда группа была уже называлась GRACIOUS.
Сэнди Дэвис: Нет, но мы сделали несколько демо-записей, и я думаю, что “Good Time Man” было одной из них.
Алан Коудерой: Мы, конечно же, сделали несколько демо-записей, и собственных композиций и переработали кавер-версии прошлых и настоящих хитов, включая треки Motown.
КБ: Какую песню вы сочинили первой?
Тим Уитли: Вместе с Аланом Коудроем я написал песню под названием “Auntie Vi and Me”, причем, с классическими элементами это было довольно странно, мы использовали отрывок из Стравинского. Мы никогда не исполняли эту песню.
Роберт Липсон: Мы с Аланом пытались написать что-нибудь вместе в Корнуолле, но из этого ничего не вышло. Однако Алан, Тим и я сыграли важную роль в аранжировке финальных песен. Мартин и Сэнди приходили и играли нам демо-версии, и мы вносили множество поправок, добавляли временные последовательности и, тем самым превращали их уже в GRACIOUS.
Сэнди Дэвис: Я думаю, что это могло быть “Dizzy Spells”, но я не уверен.
Алан Кoудерой: Я все еще играю на гитаре и рифую для себя. Я думаю, будет справедливо сказать, что вместе с Робертом и Тимом мы были частью устойчивого ритм-н-блюзового влияния в аранжировках для GRACIOUS.
КБ: Расскажите о формировании GRACIOUS?
Тим Уитли: Когда я присоединился к группе, у них уже было название.
Роберт Липсон: Я присоединился к ним, когда Марк Лэрд был на басу, а Тим был нашим роуд-менеджером. Кейт Айрлэнд был певцом. Он ушел довольно быстро, и Тим заменил Марка. Пока я не ушел, был состав - Алан, Мартин, Сэнди, Тим и я.
Сэнди Дэвис: Алан и я сформировали группу в школе вместе с Питером Лоузом в качестве другого гитариста... Затем Грег играл на басу некоторое время, прежде чем к нам присоединились Мартин и Марк. После нескольких местных концертов примерно в 1968 году к нам присоединились Мартин Киткэт и Марк Лэрд, играющие на электрическом пианино и бас-гитаре соответственно. Поскольку играть на барабанах и петь было трудно, мы решили, что я сосредоточусь на пении, и пригласили Роберта Липсона из другой местной группы.
Алан Коудрой: После того, как Мартин с меллотроном завершил формирование группы, у нас были великолепные бас и ударные, хороший вокал, сложные аранжировки с расширенными гитарными партиями, плюс струнные и медные духовые при помощи меллотрона, которые в совокупности создали очень уникально звучащую группу.
КБ: Когда и где GRACIOUS отыграли свой первый концерт? Вы помните первую песню, которую сыграла группа? Как группа была принята публикой?
Роберт Липсон: Не помню, где, но некоторые песни помню. “Goodtime Man”, “Life Is On A Movie”, “Born To Be Wild”, “Open My Eyes”, “Reflections” THE SUPREMES, “I Put a Spell On You” и “Heaven Is In Your Mind” TRAFFIC. Группа была принята так себе, ничего особенного, хотя там были все наши люди!
Сэнди Дэвис: Вероятно, это было местное выступление. Я помню, у нас был полурегулярный концерт в пятницу вечером в Oxshott Village Hall. Думаю, мы играли такие песни, как “I Put A Spell On You” и “Heatwave”, и публика была очень восторженной.
Алан Кoудрой: Честно говоря, я не могу вспомнить, но до того, как мы начали профессионально гастролировать, мы поддерживали THE WHO, а также жили в Oxshott Village Hall.
КБ: На каких площадках раньше выступали GRACIOUS? Где они находились?
Тим Уитли: Группа играла в основном мелодичный поп с некоторыми каверами. Ранние выступления включали в себя базы ВВС в Великобритании и несколько небольших студенческих концертов и вечеринок. В декабре 1968 года группа отправилась в турне по Германии, и я поехал с ними в качестве тур-менеджера, в основном присматривая за оборудованием и был водителем, много времени проведя за рулем! В 1969 году я уже стал басистом, еще до подписания контракта с Vertigo.
Роберт Липсон: Вечеринки в Village Halls, Eel Pie Island, клуб в Кингстоне и т.д. Мы действительно получили резиденцию в Pheasantry Club на Kings Road, где мы встретили нашего третьего менеджера Джерри Филлипса. Наш первый профессиональный концерт был на разогреве группы WHO. Я помню, как был в Speakeasy Club на Маргарет-стрит в Лондоне, с Аланом, и Китом Ламбертом, это один из менеджеров WHO. Потом был немецкий тур. Это заставило нас играть как настоящая группа. Я помню, как мы играли неделю в Star Club в Гамбурге, по выходным мы начинали около 12.00 и играли час, затем перерыв, затем час до утра.
Сэнди Дэвис: Что ж, в 1968 году мы поддержали THE WHO в туре и выступали на разных площадках, в университетах и т.д. Я помню концерт с KING CRIMSON, это был из таких концертов, который радикально повлиял на группу. Я думаю, что Мартин Киткэт затем купил Меллотрон, который изменил наше музыкальное звучание и направление.
Алан Коудерой: Что-нибудь из местных деревенских залов, ярмарок, свадеб, вечеринок.
КБ: Как вы решили сменить название на GRACIOUS?
Роберт Липсон: Не могу вспомнить, Алан скажет наверняка.
Сэнди Дэвис: Я не уверен. Думаю, об этом подумал бывший менеджер Дэвид Бут.
Алан Коудрой: Я помню встречу с группой и Дэвидом Бутом, нашим менеджером, в его офисе. Я опоздал, и казалось, что все уже согласились с названием, всем понравилось двойное значение в слове. Это был бы не мой выбор, но я не мог придумать ничего более крутого.
КБ: Что повлияло на звучание группы?
Тим Уитли: Другие ребята будут говорить о влиянии KING CRIMSON, но лично я слушал и находился под влиянием CHICAGO, CAPTAIN BEEFHEART, Фрэнка Заппы и THE BAND и многих других, а также более ранних влияний.
Роберт Липсон: У всех нас были разные вкусы. От BEATLES до Заппы, Тодда Рaндгрена, SPIRIT, CHICAGO. Много влияний. Мы все что-то принесли на эту вечеринку.
Сэнди Дэвис: Думаю, именно KING CRIMSON изменили наше направление и музыкальное мышление.
Алан Коудрой: Мартин получил классическое образование, Сэнди любил гармонии и умные последовательности аккордов, особенно THE BEATLES, мне нравился блюз.
КБ: Увеличился ли размер аудитории после выхода вашего дебюта?
Тим Уитли: Думаю, да. Мы начали получать все больше и больше приглашений на концерты, и мы делились счетами за выступления с PINK FLOYD, Элтоном Джоном, FLEETWOOD MAC, MOODY BLUES и другими.
Роберт Липсон: Да, конечно. Хотя альбом продавался не очень хорошо, Кид Дженсен на “Радио Люксембург” полюбил его и ставил его почти каждый вечер. Насколько я помню, он брал у нас интервью, и он превратил большую часть шоу в вечер GRACIOUS! Можно было подумать, что наши менеджеры и звукозаписывающая компания использовали бы это для продвижения нас, но не повезло. Нам есть за что поблагодарить Дэйва «Кида» Дженсона.
Сэнди Дэвис: Трудно сказать, но я думаю, что да.
Алан Каудерой: Думаю, да. Наш лучший момент был, когда Кид Дженсен с “Радио Люксембург” влюбился в наш дебютный альбом и прокрутил более 20 минут наших треков во время своей часовой программы. Он был большим фанатом, и мы достигли 2-го места в их чартах. К сожалению, это не особенно повлияло на другие чарты или радиостанции.
КБ: Как вы попали на Vertigo?
Тим Уитли: Мы ходили по клубам и колледжам, и сотрудники из Vertigo пришли посмотреть, как мы играем в Klooks Kleek, известном лондонском пабе. Им понравилось то, что они увидели, и они предложили нам контракт. Я помню, в тот вечер также играли RENAISSANCE Кита Рельфа, и я восхищался игрой их басиста Луи Сеннамо. Как ни странно, одним из первых альбомов электрического блюза, которые я слышал, был Live At Klooks Kleek Джона Мэйолла!
Роберт Липсон: Не могу вспомнить, кто позвал Брайана Шепарда, но он и его люди пришли посмотреть, как мы играем в Klooks Kleek в Вест-Хэмпстеде. Мы получили счета на двоих с RENAISSANCE Кита Рельфа. Я помню, мы много играли “Opus 31”, симфонию из 4 частей, которую мы написали. Ник Ингман и Тим Райс на самом деле сделали всю работу, но когда все услышали эту новую пьесу, наши менеджеры вежливо сказали нам, что больше не могут с нами работать. Я помню, что Норри отнесся к этому очень благородно. Так что после того, как мы закончили наш сет, нам сразу же предложили рекордную сделку с Vertigo!
Сэнди Дэвис: В то время нами руководил Питер Эбби, и я думаю, что именно он обратился к Vertigo.
Алан Кoудрой: Я полагаю, что команда A&R приехала навестить нас в Klooks Kleek. Я бы сказал, что Олав Вайпер и Брайан Шеперд сыграли важную роль в подписании нас.
КБ: Какая история стоит за вашим дебютным альбомом? Где вы это записали? Какое оборудование вы использовали и кто был продюсером? Сколько часов вы провели в студии?
Тим Уитли: Мы начали отходить от сочетания каверов и оригиналов и начали писать и исполнять прогрессивный материал, поп-мелодии и гармонии все еще были вкраплены в гораздо более длинные части, и мы сделали некоторые странные вещи, такие как “Fugue in D minor”, что дало возможность нашему клавишнику продемонстрировать классические партии. Мы записывали альбом в студии Philips на 8 дорожек в Stanhope Place возле Marble Arch. Я не помню, чтобы мы тщательно планировали запись, мы пошли в студию и настроились, как на концерте, и вот так и записывались. Это был первый раз, когда я был в студии звукозаписи. Продюсировал альбом Хью Мерфи, и я не думаю, что мы проводили в студии много времени.
Роберт Липсон: Мы записали весь альбом в студии Phillips, в Marble Arch. Хью Мерфи продюсировал нас. Он был привлечен со стороны и не знал ни нас, ни нашей музыки. Он был прекрасным человеком и делал все, что мог. Думаю, мы записали его очень быстро. У нас было запланировано трехчасовая сессия, поэтому было давление, чтобы все успеть. Я был в маленьких студиях до записи с Норри, а также с моей предыдущей группой THE UNEMPLOYED, но эта большая студия меня немного смутила. У нас все получилось, потому что мы много играли песни в дороге и на наших ежедневных репетициях, но вживую в студии это было нечто другое. Я использовал свой обычный сценический комплект, барабаны Premier с малым барабаном Ludwig 500 и тарелками Paiste.
Сэнди Дэвис: Ну, мы написали материал и гастролировали с ним, так что к тому времени, когда мы вошли в студию, он был достаточно хорошо отрепетирован. Он был записан в Philips. Для записи мы использовали сценическое оборудование. Продюсером был Хью Мерфи, и я думаю, что он был записан относительно быстро.
Алан Коудерой: Для записи мы использовали наше сценическое оборудование. Я мог одолжить другую гитару, но, вероятно, оставил свою. Думаю, в студии были клавишные, органы, рояли, которые, возможно, использовал Мартин.
КБ: Поделитесь, пожалуйста, воспоминаниями о сессиях. Что повлияло на запись?
Тим Уитли: Я сосредоточился на своем выступлении и бэк-вокале. Я не думаю, что у нас был Меллотрон для первого альбома, Мартин тогда играл на электрическом пианино Hohner Pianet. Думаю, он тоже играл на клавесине на альбоме. Что касается влияний на музыку, Сэнди и Мартин считаются основными авторами, хотя вся группа собрала все вместе, мы много репетировали.
Роберт Липсон: Как я уже сказал, сессии проходили под давлением, заставляющего нас работать быстро. Я недавно обсуждал работу на Vertigo, мне совсем не понравилась запись. Фактически, единственный раз, когда я действительно расслабился в студии, был у Тима, когда он, Алан и я записывали альбом Echo.
Сэнди Дэвис: На нас повлияла классика и джаз-рок, очень разнообразные влияния… от Баха до BLOOD, SWEAT & TEARS. Сессии были хорошо организованы Хью Мерфи.
Алан Коудрой: Оглядываясь назад и роясь в своих дневниках, и кажется, что первый альбом был записан в течение нескольких дней в феврале и марте 1970 года и сведен за 6 часов в апреле, а затем альбом был выпущен 17 июля. Очень быстро все было сделано. Мы ожидали более длительных сессий, но Хью Мерфи, наш продюсер, который знал реальный бюджет, настоял, чтобы мы играли все вживую. Впоследствии, не считая пары гитарных наложений и вокала, все так и произошло.
КБ: Не могли бы вы поделиться своим мнением о треках альбомов?
Тим Уитли: Я не могу объективно ответить на этот вопрос, я вернулся к альбому спустя десятилетия и могу слушать и наслаждаться музыкой, которой я был очень привержен в то время. Мы были счастливы, что нас назвали прогрессивными, и это было очень счастливое и насыщенное время для меня.
Роберт Липсон: Мне нравились все треки, кроме “Fugue in D minor”. Это было немного претенциозно. Однако я знаю, что Тиму нравилось ее играть, и когда мы записали альбом вживую, это дало мне перерыв. Когда я слушаю его сейчас, мне больше всего нравится риф в “Hell”. Отличное чувство
Сэнди Дэвис: Это были музыкальные описания тем, которые нам показались интересными.
Алан Кoудрой: Я бы сказал, что “Introduction” на первом альбоме была хорошей вступительной песней. “Heaven & Hell” и сегодня звучит интересно. “Fugue in D minor” - это произведение, от которого сводит скулы, а вот “Dream” нечто потустороннее.
КБ: Вы знаете, сколько копий было отпечатано?
Алан Коудерой: Думаю, всего несколько тысяч, в то время мы не очень хорошо продавались, но впоследствии стали очень коллекционируемыми. Наш первый альбом также был выпущен на Capitol Records в США, но в другом конверте. Впоследствии оба наших альбома были выпущены в виде сборников двойных компакт-дисков, иногда с бонус-треками, на различных лейблах: Repertoire в Германии, Renaissance в США и BGO Records в Великобритании. Пару лет назад у Японии был роман с нами, и они выпустили первый альбом в виде компакт-диска и винила, и искусно подобрали ту же текстуру обложки, что и оригинальный релиз.
КБ: Как насчет сингла “Beautiful/What A Lovely Rain”?, который был выпущен в 1969 году на лейбле Polydor и сингле “Once On A Windy Day/Fugue In D Minor”, выпущенного Vertigo?
Тим Уитли: “Beautiful” был выпущен еще до контракта с Vertigo и до того, как я оказался в группе. “Once On A Windy Day”, вероятно, считался самым “коммерческим” треком, который у нас был, и нам пришлось выпустить сингл для продвижения первого альбома.
Роберт Липсон: “Beautiful” и “What A Lovely Rain” были спродюсированы Тимом Райсом и аранжированы Ником Ингманом. Не мои любимые музыкальные произведения, но по крайней мере мы были в деле! “Once On A Windy Day” - это вырезка из 11-минутной альбомной версии, который Хью Мерфи вырезал, чтобы сделать его более удобным для радио. Есть живая версия (не самое лучшее выступление) с фестиваля Isle of Wight 1970 года. В ней он сыгран целиком и там блестящее соло Алана Коудероя.
Сэнди Дэвис: Первый сингл был выпущен до того, как мы заменили поп-ориентированные песни на более прогрессивные композиции. “Once On A Windy Day”, я думаю, показывает эти изменения, а “Fugue In D-minor” хорошо демонстрирует классическое фортепиано Мартинса.
Алан Каудрой: Мы никогда не были группой, ориентированной на синглы, и предпочитали живую альтернативу с расширенным построением пьес от тихих начал до эпических крещендо.
КБ: Во время написания альбома вас вдохновляли психоактивные вещества, такие как ЛСД?
Тим Уитли: Я не думаю, что это было так. И без всего этого было достаточно, чтобы иметь “прогрессивные” идеи, это было время экспериментов во многих отношениях.
Роберт Липсон: Я спрошу пятого.
Сэнди Дэвис: Нет, я так не думаю, возможно, было несколько каких-то косяков, но мы не употребляли тяжелые наркотики.
Алан Каудерой: Не особенно. Мы даже не были большими пьяницами, но постоянно курили, к раздражению Мартина Киткэта.
КБ: Насколько группа была довольна звучанием альбома? Чем бы вы хотели изменить в нем?
Тим Уитли: Я не верю, что кто-то из нас думал, что в то время альбом действительно захватил лучшее в группе. Имея больше времени и мыслей, альбом мог бы быть другим, но я не думаю, что бюджет позволял это. В то время многие группы подписывались и выпускали альбомы, большинство из них просуществовали недолго, и так же было и с GRACIOUS. Прошло много времени, и я рад, что альбом по-прежнему вызывает интерес, я думаю, что некоторые треки работают очень хорошо.
Роберт Липсон: Первый раз мы услышали готовый микшированный альбом на квартире Шела Талми. Система, которая у него была, была потрясающей! Все, что мы на нем сыграли, звучало фантастически. И это были мы! Я был просто потрясен. Позже, когда он действительно вышел, я подумал, что это довольно тонкий звук, но немного приглушенный.
Сэнди Дэвис: Ни один артист никогда не бывает на 100% доволен законченной записью, даже Битлз. Но при этом я думаю, что мы все были довольны законченным мастером Хью.
Алан Коудрой: Тогда я был весьма доволен, и счастлив, что его можно слушать и сегодня. Но если вы действительно хотели услышать нас в лучшем виде, то увидеть нас вживую было единственным вариантом. Я думаю, что это справедливый комментарий о каждой группе тех дней, когда слышать кого-либо на живом концерте в 60-х и 70-х было таким радостным, воодушевляющим и волнующим.
КБ: Ваш второй альбом This Is… Gracious!! был выпущен Philips. Почему?
Тим Уитли: Vertigo - это лейбл Philips. Мы записали второй альбом, а потом группа распалась в основном из-за отсутствия доходов. Затем Philips решил выпустить альбом на бюджетном лейбле, а не на Vertigo, чтобы выполнить свои договорные обязательства. Алан может иметь другое мнение (позже он работал в Vertigo).
Роберт Липсон: Мы подписали контракт с Vertigo, дочерней компанией Philips, но так как мы расстались, и у них было обязательство выпустить 2 альбома, они выпустили наш второй альбом на своем бюджетном лейбле.
Сэнди Дэвис: Я не помню каких-либо подробностей, хотя предполагалось пересмотреть условия контракта, но кем я не помню.
Алан Кoудрой: Недавно я нашел копию нашего первоначального соглашения о записи, и, хотя аванс и гонорар не были особенно хорошими, наше руководство все-таки договорилось о первоначальной сделке с фирмой на 2 альбома, поэтому, поскольку второй альбом уже был записан, он был передан в бюджет Philips для выпуска.
КБ: Какая история стоит за этим? Где вы это записали? Какое оборудование вы использовали, и кто был продюсером? Сколько часов вы провели в студии?
Тим Уитли: Он был записан в Olympic Studios в Барнсе, что на дороге от Хаммерсмит-Бридж. Студия была шагом вперед от студии Philips, насколько я помню, там уже было 16 дорожек. Те же ROLLING STONES, среди прочих, записывались там. Мы потратили больше времени на этот альбом, и у нас был меллотрон, который существенно изменил наше общее звучание. Более короткие треки на альбоме, вероятно, отражают растущее влияние всей группы в целом как авторов материала, хотя основные авторы были, как и прежде, Сэнди и Мартин.
Роберт Липсон: Некоторые в Philips Studio в Marble Arch, а остальные в Olympic в Барнсе. Я думаю, по памяти, мы записали “Super Nova” на Phillips, а вторую сторону уже на Olympic. Мой личный опыт записи в Olympic был в миллион раз лучше, чем на Phillips, и я думаю, это сказывается на моей игре. Очень созвучен Тиму. Мои воспоминания об этих сессиях горько-сладкие, поскольку я уже сказал группе, что ухожу.
Сэнди Дэвис: Ну, как я уже сказал, мы написали материал и начали гастролировать с ним, поэтому к тому времени, когда мы вошли в студию, он был достаточно хорошо отрепетирован. Он был записан в Philips. Мы использовали много сценического оборудования, включая меллотрон. Продюсером был Хью Мерфи, и я думаю, что он был записан относительно быстро.
Алан Коудерой: Я помню, что в основном он записывался в Olympic Studios в Барнсе. Это был первый раз, когда мы записывали с меллотроном, и было трудно точно передать звук с инструмента на пленку.
КБ: Как бы вы сравнили его со своим дебютным альбомом?
Тим Уитли: Звук изменился из-за меллотрона и влияний, изменившихся на некоторых треках, в некоторых отношениях есть немного больше свободы.
Роберт Липсон: Мы нечасто играли “Super Nova” вживую, и хотя “CBS” и “Blue Skies And Alibis” были частью нашего концертного сета, мы не чувствовали себя так комфортно с материалом на этом альбоме, как на первом. Тем не менее, работа в Olympic шла с гораздо большим удовольствием, чем поспешные сессии на Philips. Он также был и сведен лучше, чем первый. Для меня этот альбом более приятный для прослушивания и звучит хорошо.
Сэнди Дэвис: Что ж, This Is… Gracious!!, наш второй LP, записывать было весело, насколько я помню, хотя некоторые треки были труднее других в поиске нужной атмосферы. Думаю, первый альбом Gracious! в итоге был сильнее.
Алан Коудрой: Наш второй альбом благодаря нашему возросшему концертному опыту работы продемонстрировал больше грува, чем в первом. Жаль, что он не был выпущен на Vertigo, поскольку этот лейбл сейчас так хорошо известен, однако, поскольку оба альбома доступны в виде двойных компакт-дисков, теперь каждый может услышать, как мы развивались, просто сравнив оба альбома. На Spotify есть только наш первый альбом, я стремлюсь добавить наш второй в ближайшее время и обновить нашу страницу.
КБ: Группа совершила тур в поддержку LP?
Тим Уитли: Группа закончилась до того, как вышел второй альбом. Мы впервые сыграли “Super Nova” на фестивале Isle of Wight в августе 1970 года, что, с нашей точки зрения, было чем-то вроде катастрофы: сломался меллотрон, и мы на время стушевались, хотя публику это не волновало, но, похоже, им понравилось! В действительности, я думаю, что, если бы на сцене залаяла собака, ее бы тоже вызвали на бис, но это, безусловно, было потрясающим выступлением.
Роберт Липсон: Не со мной - я ушел.
Сэнди Дэвис: Нашими площадками были университеты и клубы, такие как Marquee, но второй альбом был выпущен уже после распада группы.
Алан Коудрой: Да, мы отыграли несколько предрелизных шоу в Бельгии и проделали там промоушен, а после выпуска альбома мы отыграли несколько концертов в The Marquee в Лондоне, а также на фестивалях в Пламптоне и на острове Уайт.
КБ: Что вы можете сказать об обложках обоих альбомов?
Роберт Липсон: Teenburger Designs, также известная как Barney Bubbles, сделали первый конверт для LP. Роджер Дин сделал второй альбом. Меня не особо интересовала эта сторона вещей. Я просто любил играть.
Сэнди Дэвис: Думаю, каверы сделал Роджер Дин.
Алан Коудрой: Обложка первого альбома была разработана Барни Бабблз, который впоследствии работал в Stiff Records, занимаясь разработкой обложек для альбомов Элвиса Костелло, THE DAMNED, Иэна Дьюри и т.д. Я понял, что его первоначальная концепция для нашего конверта заключалась в том, чтобы иметь изображение внутренней разворота. всплывает, как 3D-книга, когда вы ее открываете, но бюджет не позволял этого. Роджер Дин сделал обложку второго альбома.
КБ: Была ли за альбомами какая-то концепция?
Тим Уитли: У нас были концептуальные треки на обоих альбомах, но не весь альбом. “Heaven & Hell” и “The Dream” на первом альбоме и “Super Nova” на втором имели единое повествование.
Роберт Липсон: Эти длинные композиции, оглядываясь назад, думаю, имеют определенный религиозный подтекст. Но мы ничего заранее не обсуждали.
Сэнди Дэвис: Да. Как я уже сказал, наши композиции в основном были описанием тем, которые мы сочли интересными.
Алан Коудрой: “Introduction”, “Heaven & Hell” были концептуально связаны, “Dream” - отдельная пьеса, “Super Nova” - это типичная история о привидениях, - последний из выживших человек сидел один, когда раздался стук в дверь…
КБ: Есть какие-нибудь сумасшедшие истории из концертов?
Тим Уитли: Происходило много странных вещей, но обычно это не было сумасшествием. Это скучно, извините.
Роберт Липсон: Много, в основном безумный юмор, но одна безумная ночь навсегда останется в моей памяти. Алан и я, насколько я помню, сидели в гримерной на университетском концерте, не могу вспомнить, на каком. Крис Бриггс, хороший друг моего брата Стива Липсона, вспомнил эту историю, он тогда руководил Студенческим союзом. Мы должны были выступать в поддержку Элтона Джона вместе с Арджентом, и мы с Арджентом сидели и обсуждали отели в США. Внезапно Бобу Хендритту, барабанщику Арджента начали делать минет, за которым последовал полноценный секс, пока мы обсуждали это. Мы, школьники из среднего класса, никогда не занимались сексом в комнате, полной людей! Мы были так взволнованы и потрясены, что пошли за остальной группой! Думаю, мне стоит оставить эту историю, но она стала чем-то вроде фольклора!
Сэнди Дэвис: Ничего подобного, но я уверен, что были…
Алан Коудерой: У нас были довольно дикие времена в Германии, особенно когда один из нашей дорожной бригады и светотехник потратил наш гонорар на сумасшедшие вещи во Франкфурте.
КБ: Что случилось после того, как группа распалась? Вы все еще общаетесь с другими участниками? Кто-нибудь из участников по-прежнему занимается музыкой?
Тим Уитли: Это долгая история. Я не буду утомлять тебя. Я всегда играл в группах со времен GRACIOUS. Некоторое время у меня была группа с Аланом Каудероем сразу после GRACIOUS, потом я был в группе TAGGETT, мы записали альбом и выпустили несколько синглов на EMI. Позже я открыл свою студию звукозаписи Chestnut Studios во Френшеме, и пока я пишу, я не могу играть из-за пандемии с моей группой CRYIN 'OUT LOUD из Годалминга. Я остаюсь рядом с Аланом и Робертом, и мы поддерживаем связь с Сэнди.
Роберт Липсон: Я ушел, но поддерживал связь с Аланом и Тимом, и по сей день мы втроем очень близки и стараемся общаться хотя бы раз в неделю. Со временем Сэнди перебрался в Германию после того, как побывал в разных группах. Тим никогда не переставал давать концерты, чему я завидую. Он владел и руководил отличной студией в стране, где мы записывали Echo. Алан был музыкальной суперзвездой. Он работал в Vertigo, Decca, затем был одним из “большой тройки” в Stiff. Затем он руководил продюсерами. Я до сих пор в какой-то мере увлечен музыкой, так как являюсь членом правления Королевского Альберт-Холла, что для меня огромная честь, и я занимаюсь программированием.
Сэнди Дэвис: Да. После распада группы мы все разошлись. Мартин Киткэт скончался в начале 2000-х годов. У Тима, нашего басиста, есть группа, и он никогда не переставал играть, Алан занимался бизнесом, а я ушел с концертной работы, но все еще сочиняю.
Алан Кoудерой: Роберт, Тим и я близки. Иногда я получаю известия от Сэнди. К сожалению, некоторое время назад скончался Мартин Киткэт.
КБ: Оглядываясь назад, что было самым ярким моментом в вашей жизни в группе? Какими песнями вы больше всего гордитесь? Где и когда был ваш самый запоминающийся концерт?
Тим Уитли: Я много записывался за эти годы, но концерты - это всегда то, что меня волнует, и так было и с GRACIOUS, мы отыграли несколько классных шоу, которые мне нравились, много фантастических моментов и несколько отличных концертов. Честно говоря, для меня это было все, пока я играл с группой, и я на время потерялся, когда она закончилась.
Роберт Липсон: Я думаю, что в то время выпуск нашего первого альбома был огромным событием! В плане игры мне нравится моя игра на втором альбоме. Я был гораздо более опытным. На самом деле я горжусь всем нашим материалом – кроме “Фуги”! Запомнились мне концерты. Фестиваль 1970 года на острове Уайт по понятным причинам. По ошибке мы приехали поздно, и они поместили нас в последний раз в четверг вечером! Понятия не имею, сколько там было людей - говорят, более 250 000! И они снимали наш сет. Мне потребовалось 20 лет, чтобы договориться о нашем разделе, и с большой помощью множества товарищей мы смикшировали его и синхронизировали, как могли. Меллотрон был настроен, как и гитара Алана, не ахти, и мы играли не очень хорошо, но как запоминающийся концерт, его трудно превзойти. Моим любимым выступлением было наше воссоединение через год после того, как мы расстались, в Marquee. Это было очень эмоционально.
Сэнди Дэвис: Я думаю, это было то, что я увидел выступление KING CRIMSON… Тогда они всех взорвали. Я думаю, что “Heaven & Hell”, возможно, лучший из всех наших треков, хотя я могу сказать, что мы все вкладываем душу и сердце в каждый трек, и у каждого свои воспоминания.
Алан Коудрой: Это было давно, но я думаю, что наше реюнион-шоу в Marquee было крутым. “Живая” версия “Once On A Windy Day” была сенсационной.
КБ: Какие ваши любимые воспоминания о группе и о шестидесятых в целом?
Тим Уитли: Это было удивительное десятилетие! Многое изменилось, и музыка стала невероятной. Фестивали начались, и в 1970 году мы с GRACIOUS отыграли три фестиваля, кульминацией которых стал остров Уайт, так что это особенные воспоминания.
Роберт Липсон: Тим, Алан и я едем на моем Mini на концерты. Отличные забавные времена. Просто быть в группе! Когда ты похож на меня, трудно заводить девушек. Участие в группе в этом очень помогало. 60-е были прекрасным временем. Мы думали, что можем изменить мир, но, к сожалению, не смогли этого сделать.
Сэнди Дэвис: Мы были вместе и веселились в дороге. Шестидесятые годы были прекрасным годами для взросления.
Алан Коудерой: Мне нравились 60-е, все соединилось в моде, музыке, кино, театре и искусстве, это было прекрасное время.
КБ: Не могли бы вы сказать несколько слов о альбоме Echo, выпущенном в 1996 году?
Тим Уитли: Роберт Липсон и я начали говорить о новом альбоме, и у меня была студия, так что нам нетрудно было сделать запись. Алан был немного не уверен в проекте, а Сэнди недоступен, и мы записали альбом вместе с клавишником Севом Левковичем и пригласили Стюарта Тернера на гитаре после того, как Алан почувствовал, что не может посвятить себя альбому. Лично мне очень понравились некоторые аспекты альбома, и я почувствовал, что он отражает дух GRACIOUS. Альбом был выпущен на небольшом специализированном лейбле Centaur и все. Мы мало об этом говорим.
Роберт Липсон: Я ездил из Лондона в Фарнхэм, где была студия Тима, в пятницу вечером, и начинал писать песни. В субботу и воскресенье мы репетировали их, записывали и оставляли Тиму для сведения. Так мы записали весь альбом. Это было очень весело, и, хотя я не прикасался к ударной установке с 1972 по 1995 год, за некоторыми исключениями, снова играть с Аланом и Тимом было поистине чудесно. Альбом был не лучшим для нас, но создание его было для меня самым большим удовольствием в студии.
Алан Коудрой: Я давно не играл на гитаре, но хотел сыграть с Робертом и Тимом в студии Тима и посмотреть, что получится. Моя идея заключалась в том, чтобы сыграть риф, отточить его до совершенства, затем найти припев и бридж и записать его на пленку. В отличие от любой из наших предыдущих сессий записи, я надеялся на медленное развитие. Это вроде как началось, но я не мог разделить их энтузиазм по поводу создания альбома ... если бы все зависело от меня, мы бы все еще работали над этим волшебным первым треком!!
КБ: Есть ли еще неизданный материал GRACIOUS?
Тим Уитли: Может быть, какие-нибудь демо-записи и недостающая кассета.
Роберт Липсон: Только неизданные демо и кассета с записью отрывка из “Four Seasons”, который мы сделали, под названием “Opus 31”! Претенциозно, знаете ли!
Алан Коудрой: Я действительно не могу вспомнить, я уверен, ничего особенного.
КБ: Спасибо, что нашли время. Последнее слово за вами.
Тим Уитли: Я устал - это было 50 лет назад.
Роберт Липсон: Спасибо, что задали все эти вопросы. Вспоминать все это было довольно эмоционально. Прекрасное время в моей жизни. Я так удивлен, что к нам кто-то проявляет хоть малейший интерес.
Сэнди Дэвис: Спасибо за проявленный интерес! Было приятно отвечать на ваши вопросы. Еще раз спасибо и оставайтесь здоровыми.
Алан Коудерой: Спасибо, что поддержали это, это было довольно слабым… это немного похоже на то, как Алиса спускается в кроличью нору.
Клемен Брезникар
Перевод Александр Ковтун
(© ProgIsland, СПб, февраль 2021)